О внутриполитической ситуации в Турции, а также о ситуации в регионе Южного Кавказа рассказал в интервью Minval.az турецкий политолог Орхан Гафарлы.
— Как вы оцениваете предвыборную ситуацию в Турции?
— Ситуация еще непонятная. Если доверять социологическим опросам, очевидно, что в первом туре победителя не будет. Обе стороны наберут около 40% и подадутся в парламент как партия и президенты. Сейчас в Турции 15% избирателей считаются неопределившимися. Основная борьба между основными партиями и кандидатами именно за эти 15% неопределившихся кандидатов. Потому что именно они будут играть решающую роль на выборах, именно они могут решить вопрос даже в первом туре.
— С какой программой идет на выборы Реджеп Тайип Эрдоган? Какие у него позиции? Готова ли Турция к политическим переменам, которые обещает Кемаль Кылычдароглу?
— С экономической точки зрения в Турции все достаточно сложно. Высокая продовольственная инфляция. Правда, в последние несколько месяцев мы видим стабилизацию и падение инфляции, что, естественно, хорошо для правительства в предвыборной ситуации. С другой стороны, правительство повысило зарплаты почти на 100%, ведет борьбу с инфляцией, а оппозиция в качестве аргументов приводит именно экономику и инфляцию. С другой стороны, правительство уже начало закладывать фундаменты жилых зданий в регионах, пострадавших от землетрясения, что также дает надежду определенному количеству людей.
Как показывают социологические опросы Турции, для большинства турок на первом месте стоит идентичность, а потом экономическое положение. Что касается того, насколько Турция готова к политическим переменам, то нужно сказать, что вне зависимости от того, победит Эрдоган или нет, уйдет с поста или нет, эти политические перемены в Турции будут — это однозначно. Тем не менее сейчас рано что-либо говорить, время покажет, как будет развиваться ситуация.
— Отношения Азербайджана и Ирана очень напряженные. Азербайджан и Турция подписали Шушинскую декларацию. В случае войны с Ираном готова ли Турция поддержать Азербайджан, потому как риторика — это одно, а реальность — другое?
— Экономически Турция и Иран зависимы друг от друга и война болезненно отразится на обеих странах. Однако, в случае конфликта, эскалации Турция всячески попытается остановить его дипломатическим путем, помогая диалогу Баку и Тегерана. Новая война в регионе не соответствует интересам Азербайджана, Турции и Ирана. Я, конечно, не думаю, что будет война, но, если ей быть, то Турция будет поддерживать Азербайджан.
— Как будут развиваться отношения Турции и России в случае победы Кылычдароглу?
— Кемаль Кылычдароглу давал даже интервью на этот счет и заявил, что он будет поддерживать ровные отношения с Россией. Однако оппозиция состоит из коалиции разных кругов, и тут нужно будет проводить сбалансированную политику в соответствии с интересами всех политических сил, представленных в ней. Главное — то, кто будет заниматься иностранными делами, а кто — экономикой. Если, конечно же, они придут к власти.
Нельзя считать, что во внешней политике Турции все радикально изменится. В отношениях Турции и Запада есть структуральные проблемы. Интересы и риски очень разные и сегодняшняя политика Турции направлена на стратегическую автономию, ориентированную на национальные интересы в первую очередь. Даже если оппозиция придет к власти. Да, будет какое-то сближение с Западом, но многовекторная политика может продолжаться и дальше. Я не думаю, что будет такая прозападная политика, как в нулевых годах, потому что международная конъюнктура поменялась, геополитическая ситуация в мире поменялась, межотношения поменялись, разрушилась западная неолиберальная экономика, ее идея. Сейчас, после пандемии, мы видим, что мир возвращается к экономике до глобализации. Система и логика международных отношений очень сильно поменялись, и выйти и сказать, что мы за глобализацию и неолиберальную экономику, уже даже неприлично. Причем нужно сказать, что оппозиция — левоцентристская, которая должна развивать госсектор, государственную экономику, а не либеральную.
— Если говорить о кейнсианстве и протекционизме государства, то откуда брать деньги на протекционизм?
— Деньги дают разные международные финансовые институты. Оппозиция говорила о том, что они не будут брать кредиты у МВФ. Потому что, когда ты берешь деньги у них, то они начинают требовать допуск к контролю над госорганами, прозрачность того, как эти деньги тратятся в госструктурах, и начинают диктовать свои условия, учить, как работать. Тем не менее для начала оппозиции нужно победить, а потом мы уже сможем анализировать, какую политику они проводят.
Ниджат Гаджиев
