Судебная система как механизм государственной защиты имеет большое значение в любом государстве. Исполняя роль общественного арбитра, она призвана защищать все сферы деятельности, регулируемые правом. Более того, система судебных органов должна обеспечивать незыблемость основ конституционного строя, охранять правопорядок, единство экономического пространства, имущественные и неимущественные права граждан и юридических лиц, а также гарантировать свободу экономической деятельности.
Однако очень нехорошая тенденция наблюдается в последние годы в судебной системе Азербайджана, которая ведет к полной потере доверия граждан к правосудию, чего в правовом государстве никак допускать нельзя. Потому что последствия ее отразятся на имидже страны на международной арене.
С одной стороны, глава государства прилагает максимальные усилия для признания Азербайджана страной благополучной для иностранного инвестирования, а с другой, судебные органы, создающие видимость работы, и забывшие про беспристрастность, подрывают авторитет страны. Именно подрывают, потому что информация о необъективном и неэффективном судопроизводстве выходит далеко за пределы страны, и способствует возникновению дурной славы.
Это при том, что совсем недавно, в 2019 году, в Азербайджане по указу президента Ильхама Алиева были проведены глубокие реформы в судебно-правовой системе страны. Более того, в Уголовно-процессуальный кодекс (УПК) были внесены изменения, согласно которым в рамках политики гуманизации наказаний следственные органы наделены полномочием прекращения уголовного дела в случае возмещения гражданами нанесенного материального ущерба, а также других обязательств, возникающих при расследовании экономических преступлений.
Как раз об этом мы и напишем, а точнее, о схеме, наработанной судебными органами в области рассмотрения дел о крупном мошенничестве. В Азербайджане очень остро стоит проблема возмещения вреда, причиненного преступлением, и неэффективного применения действующего механизма принудительного взыскания в уголовном процессе. На самом деле это очень большая социальная проблема, если учесть, что каждое третье совершаемое преступление в стране является мошенничеством.
Мошенничество — это хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, попросту говоря – воровства. По сути – это обращение в свою пользу не принадлежащего тебе имущества либо прав на него; для этого ты совершаешь противоправное действие; действуешь из корыстных соображений (забрать у жертвы блага); причиняешь при этом кому-либо материальный ущерб.
Компенсация ущерба пострадавшему является одним из главных показателей правосудия. Однако процедура компенсации материального ущерба жертвам преступлений перестала быть эффективной, нет действенного механизма.
Проблема в том, что мошенники нынче пошли ушлые и деньги, добытые преступным путем, вкладывают в имущество, оформляя его на чужие имена без личного официального участия в процессе купли-продажи. Чаще всего, этими подставными лицами служат близкие родственники и друзья. На свое имя мошенники ничего не оформляют, потому что знают, что придет время и с них спросится. Ведь пострадавшие в конце концов поймут, что их обманывают, и подадут жалобу в полицию.
Задача следствия отследить и выявить имущество, добытое обвиняемым преступным путем. В условиях отсутствия контроля за доходами физических лиц и их соответствия расходам это сделать крайне сложно, но не невозможно. И не редки случаи, когда следствие находит косвенную связь преступных денег с имуществом родственников обвиняемого и накладывает на него арест, чтобы таким образом помочь суду обеспечить возмещение нанесенного пострадавшим материального ущерба. Однако в ходе судебного разбирательства подсудимым «волшебным» образом удается «доказать» свою неплатежеспособность и непричастность к имуществу близких и родственников, на который прежде был наложен арест. В итоге суд, не пытаясь докопаться до истины, и не задавая лишних вопросов, приговаривает подсудимых к лишению свободы на определенный срок, а главная задача – обеспечение компенсации нанесенного материального ущерба пострадавшей стороне остается нерешенной.
Так случилось и в громком деле бывшего начальника Главного управления безопасности в энергетической и транспортной сферах упраздненного Министерства национальной безопасности (МНБ) Акифа Човдарова, и в деле соучредителя и фактического руководителя ООО «Кат Холдинг» Алекперова Эльчина Башир оглы, которого буквально месяц назад суд приговорил к 10 годам лишения свободы за то, что он обманул иностранного инвестора, гражданина Литвы Повиласа Поцюса в целом на 6 545 292 манатов.
Но легче от этого иностранному инвестору, вложившемуся в госпроект, не стало, потому как суд снял арест даже на то немногочисленное имущество Эльчина Алекперова, оформленное на подставных лиц, и таким образом полностью лишил литовского бизнесмена возможности вернуть хотя бы часть своих денег, присвоенных мошенником Алекперовым. То есть главная задача правосудия не решена. А это означает, что спустя несколько лет Э.Алекперов выйдет на свободу по УДО, сохранив при этом капитал, накопленный криминальным путем, и дальше продолжит обманывать граждан и кидать на крупные суммы. Потому что безнаказанность порождает вседозволенность!
А дело Акифа Човдарова и вовсе шокировало. В декабре прошлого года Бакинский Апелляционный суд вернул все имущество, конфискованное в связи с его привлечением к уголовной ответственности, а это 34 млн манатов. Судейская коллегия пришла к выводу, что конфискованное по приговору Бакинского военного суда имущество должно быть возвращено его владельцам, потому что вся эта недвижимость принадлежит членам семьи А.Човдарова. То есть суд признал Човдарова, которому было инкриминировано аж 20 статей УК АР, виновным (речь идет о тяжких преступлениях), но доказать криминальный характер имущества его супруги, сына и дочерей якобы не смог. Таким образом помилованному в 2020 году Човдарову было возвращено все имущество, а это — торговые объекты, земельные участки, дома, квартиры, многоэтажные здания, нежилые объекты. Суд не смог разобраться в том, куда Човдаров дел миллионы, накопленные им путем разбоя, получения взяток, злоупотребления властью, групповым присвоением, растратой и служебным подлогом. Или не захотел.
Човдаров, как и Алекперов, оказался гол как сокол. А потерпевшие остались не только ни с чем, но и с твердым ощущением оболванивания и обиды на судебную власть. В результате растет количество жалоб на судебных исполнителей и судебные органы в целом. Жалоба за жалобой и в итоге все это превращается в замкнутый круг. Проблема не находит своего решения, что в свою очередь бьет по авторитету государства, ведь решение выносится от имени государства. Создается впечатление, что судьи действуют, ограничиваясь формальностью, ради своих корыстных интересов. Иначе какой судье резон — не защищать права пострадавших и способствовать минимальным потерям мошенников?
Безусловно, возникла необходимость поиска путей оптимизации действующего в республике механизма возмещения вреда, причиненного преступлением. В судопроизводстве накопилось несчетное количество таких половинчатых дел.
Рамелла Ибрагимхалилова
