Франция пожинает плоды многолетнего правления Эммануэля Макрона. Массовые протесты, погромы, столкновения с полицией и глубокий раскол общества стали итогом политики президента, который слишком долго предпочитал диктовать французам свои решения, а не прислушиваться к их требованиям. Сегодня страна расплачивается за это противостоянием, масштабы которого уже невозможно скрыть за официальными заявлениями о поддержании порядка.
Нынешний кризис не возник за одну ночь. Он вызревал годами, и власти прекрасно видели, к чему всё идёт. Движение «жёлтых жилетов», массовые выступления против пенсионной реформы, забастовки и столкновения с полицией свидетельствовали о растущем разрыве между руководством страны и населением. Однако Макрон продолжал проводить непопулярные решения, игнорируя масштабы сопротивления.
Президентское упрямство превратилось в проблему общенационального масштаба. Франция оказалась глубоко расколотой, а доверие к главе государства обрушилось. Согласно октябрьскому исследованию Elabe, лишь 17% французов доверяют Макрону в решении проблем страны, тогда как 79% выражают недоверие. Для президента, завершающего своё правление, это показатель практически полной утраты общественной поддержки.
Нынешние протесты начались с требований улучшить условия образования, но быстро объединили недовольных ростом стоимости жизни, состоянием государственных услуг и экономической политикой властей. Демонстрации сопровождались погромами и столкновениями с полицией. По данным Le Monde, за выходные задержали около 2400 человек, ранения получили 997 полицейских, жандармов и пожарных.
Макрон поспешил потребовать сурового наказания участников погромов. Безусловно, поджоги, грабежи и нападения на людей нельзя оправдать политическими требованиями. Однако сводить происходящее исключительно к действиям радикалов означает игнорировать причины, заставившие сотни тысяч французов выйти на улицы.
Отдельного внимания заслуживает поведение силовых структур. Претензии к французской полиции возникли задолго до нынешних событий. Правозащитники неоднократно указывали на чрезмерное применение силы, произвольные задержания и ограничения права на мирные собрания.
Не менее важен вопрос о радикальных группах, превращающих демонстрации в погромы. Кто организует их действия и почему правоохранители не способны своевременно пресекать насилие? Возникают и более серьёзные подозрения — о возможном использовании провокаторов режимом Макрона для дискредитации мирных протестов.
Особую тревогу вызывает политический контекст. До президентских выборов 2027 года остаётся несколько месяцев. Макрон покидает пост на фоне глубокого кризиса доверия, а его союзникам предстоит бороться за сохранение влияния. В таких обстоятельствах соблазн заменить политический диалог чрезвычайными полномочиями становится особенно опасным.
Пока Макрон не объявил чрезвычайное положение, однако власти уже допустили возможность запрета отдельных собраний. Под предлогом борьбы с беспорядками нельзя допустить ограничения законной деятельности оппозиции, студенческих движений, профсоюзов и независимых СМИ.
Кризис обостряет и вопросы прозрачности государственных расходов и подотчётности руководства. Любые коррупционные обвинения требуют доказательств и независимой проверки. Но общественное недовольство невозможно устранить полицейскими операциями, оставив без ответа вопросы о расходовании бюджетных средств и качестве управления.
Ответственность за происходящее выходит за пределы Елисейского дворца. Европарламент, Еврокомиссия и руководство ЕС годами выступают с заявлениями о демократии, верховенстве права и гражданских свободах. Теперь последовательность этих принципов проверяется во Франции. Массовые задержания, применение силы против демонстрантов и сообщения о пострадавших требуют не меньшего внимания, чем события в странах, которым Брюссель привык адресовать свои резолюции и рекомендации.
Европейским чиновникам, включая председателя Еврокомиссии Урсулу фон дер Ляйен, следовало бы проявить к французским событиям ту же обеспокоенность, которую они демонстрируют в отношении других государств. Если права человека действительно универсальны, география не должна определять степень внимания к их нарушениям.
Французский кризис становится испытанием не только для Макрона, но и для всей европейской политической системы. Он показывает, к чему приводят многолетнее игнорирование общественного недовольства и попытки подменить политические решения силовыми.
И если европейские институты намерены и дальше учить остальной мир демократии, им для начала придётся доказать способность защищать её у себя дома.
