Весьма интересное заявление прозвучало на днях в Ереване. Депутат армянского парламента от правящей фракции «Гражданский Договор» Гурген Арсенян заявил, что Турция никогда не угрожала Армении.
«Военное присутствие России на границе с Турцией – это военная угроза, направленная против Турции. Если в какой-то стране есть военное присутствие третьей стороны и это объясняется угрозой, исходящей от Турции, то нужно сказать, что Турция никогда не угрожала Армении. У нас нет фактов, доказывающих, что Турция когда-либо угрожала Армении после обретения ею независимости», – отметил Арсенян.
Поэтому если российские войска уйдут из страны, Турция станет «обычным соседом» для Армении, добавил он.
Армянский политик также сообщил, что сейчас власти республики собираются урегулировать отношения с соседями на основе принципов добрососедства и обеспечить возможности для дальнейшего развития страны. Если эти цели будут достигнуты, то российское военное присутствие станет неважным для страны.
Следует отметить, что это весьма необычное заявление из уст армянского политика, представляющего в парламенте правящую партию страны. Любопытно, какую цель оно преследует. Вариантов тут несколько. Либо это сигнал о том, что действующая власть хочет избавиться от военного присутствия России в Армении. Либо же Пашинян хочет опосредованно уведомить мир о том, что в реальности он хотел бы установить мирные отношения с соседями, но как раз российское присутствие «не позволяет» ему сделать это.
Своими мыслями на этот счет поделился с «Минвалом» израильский политолог, культуролог, политический и общественный деятель Давид Эйдельман.
Он считает, что Армения более всего заинтересована в заключении мирного договора не только с Азербайджаном, но и с Турцией.
«Более того, мы знаем, что это идет в комплекте – мирный договор с Азербайджаном и мирный договор с Турцией. Это положение возникло далеко не сегодня, оно длится с начала 90-х, после отчуждения части азербайджанской территории, которая была оккупирована армянами. Азербайджан в ответ закрыл Армении коммуникации через собственные территории, закрыл границы. Вслед за Азербайджаном это сделала и Турция. В результате Армения оказалась в настоящей коммуникационной блокаде. Потому что единственная цивилизованная дорога, которая у них есть – через Грузию, и она очень ненадежная. А иметь Иран как окно в мир, это всё равно как для общения с человеком выбрать не лицо, а противоположную часть тела.
Поэтому Армения заинтересована в открытии коммуникаций вообще. Это одна из самых важных для нее задач. Вопрос мира в регионе для Азербайджана – это вопрос усиления дальнейшего роста. Для Армении это вопрос выживания. Потому что то, что происходит с армянской экономикой, с армянской демографией – это очень большие и очень проблемные вещи. Поэтому вопрос мира очень важен», — рассказал политолог.
Понятно, что сегодня у них есть в отношении Турции очень хороший вариант, потому что Эрдоган находится перед выборами в последний раз, он сам сказал, что следующая его каденция будет последней, отметил Эйдельман. «Он хочет подойти к выборам с хорошими достижениями, поэтому для него вопрос Армении — это то, что может добавить ему дополнительные бонусы.
Опять-таки, скорее всего, по итогам этого года одним из главных кандидатов на Нобелевскую премию мира будет Эрдоган. Если Эрдоган станет одним из главных кандидатов на Нобелевскую премию мира, он не сможет получить ее, если не будет решен вопрос мира между Турцией и Арменией. Вплоть до того, что в какой-то форме Турция готова сегодня признать преступления против армян в 1915 году. Та или другая формулировка – это вопрос поиска, подбора. Но без мира с армянами не будет Нобелевской премии и не будет нынешней легитимации Турции как международного посредника и региональной державы.
Отсюда мы переходим к вопросу о том, что происходит внутри Армении. Там есть несколько полюсов, векторов развития. Если, глядя на Азербайджан, мы можем говорить о единой политической воле, то в отношении Армении вопрос так не стоит. Армения на сей день не едина и не субъектна. Когда-то наш бывший президент Шимон Перес говорил, что можно договориться о мире только там, где есть субъектность и есть единая власть. Он говорил, мы смогли договориться о мире с Египтом, потому что там есть одна армия, одни силы безопасности и одна власть. То же самое с Иорданией. Но мы не смогли договориться о мире с Ливаном, где нет единства власти. И тем более мы не смогли договориться с палестинцами. К сожалению, сегодня возможность договориться с Арменией очень ограничена по похожим причинам. Армения недоговороспособна, потому что как только возникают какие-то вопросы, Армения раскалывается. Обратите внимание, в сентябре Пашинян уже сообщал о том, что до конца года будет подписан мирный договор с Азербайджаном. Более того, насколько я знаю, Пашинян и его команда реально были к этому готовы. Но тут выяснилось, что кроме Пашиняна есть московская армянская диаспора, есть воля Москвы, которая влияет на Карабах, есть карабахский клан, есть французская, есть американская армянская диаспора – и все они имеют возможность сказать свое веское слово, то есть, говорить вразнобой. И в этих условиях достигнуть мира очень тяжело.
Сможет ли внутри армянского народа преобладать единый вектор и вектор, ведущий в сторону мира? Вот это главный вопрос», — заключил Эйдельман.
Самир Ибрагимов
