Накануне визита Пашиняна в Москву Владимир Путин подписал документы, учреждающие статус «наблюдателей» и «партнеров» в ОДКБ
Конец декабря по традиции считается временем политического «затишья». Во многих странах уже наступают рождественские и новогодние каникулы, мировой «болтающий класс» вполне официально берет тайм-аут. Однако из Москвы, где безо всякой иронии живут по своему календарю, продолжают приходить новости с пометкой «Срочно!» и «Очень важно!». Президент России Владимир Путин согласился на подписание документов, которые учреждают в ОДКБ институт партнеров и разрешают странам-участницам направлять на саммит организации не только глав государств, но и премьеров. Проект второго протокола предполагает, что страны-участницы могут быть представлены в главном органе ОДКБ — Совете коллективной безопасности — не только лидерами, но и премьерами. Что, без сомнения, в первую очередь касается Армении. А вот проект третьего протокола уже внес нешуточную интригу. Он вводит в устав ОДКБ понятие «партнера организации». Если наблюдатели ОДКБ — это страны и организации, заинтересованные в изучении ее правовой базы и опыта работы, то партнерами будут страны и организации, решившие вести с ОДКБ взаимовыгодное сотрудничество в областях, представляющих взаимный интерес. Кроме того, партнеры — в отличие от наблюдателей — будут принимать обязательства по участию в практических мероприятиях ОДКБ.
Волны обсуждений в экспертном сообществе на тему «станет ли наблюдателем или партнером ОДКБ Азербайджан?» в такой ситуации, возможно, следовало ожидать. Тем более что уже не первую неделю (и не первый месяц) в информационное пространство вбрасываются идеи вроде того же «плана Лаврова», содержание которых сводится к тому, что РФ посодействует освобождению оккупированных Арменией азербайджанских территорий, а вот Азербайджан взамен вступит в ОДКБ. Более того, нельзя не заметить, насколько отчетливо обострились отношения России с Арменией и насколько испорчены позиции Еревана в ОДКБ. Процесс назначения на пост генсека этой организации кандидата от Беларуси Станислава Зася идет полным ходом.
В Ереване демонстрируют «обидки», Пашинян отказывается встречаться с Засем, но сам Зась уже предупредил: хорошо бы решить вопрос консенсусом, но если не получится, то в ОДКБ есть механизм, позволяющий обойти армянское вето. Пашинян намекает даже на возможность пересмотра отношений своей страны с ОДКБ: «Вопрос назначения генсека ОДКБ – не самый важный, — цитировал неделю назад Пашиняна «Интерфакс». — И мы, учитывая нашу безопасностную атмосферу, должны также задать самим себе вопрос – надо ли относиться к ОДКБ серьезно или нет? Это важная констатация, и, конечно, эти темы обсудим». И, наконец, появились эти распоряжения Путина как раз накануне переговоров с Пашиняном. Исполняющий обязанности премьер-министра Армении Никол Пашинян 27 декабря отправится с рабочим визитом в столицу России, о чем сообщается на телеграм-канале правительства Армении. Напомним: в Армении грозились наложить вето, если Азербайджан будет вступать в ОДКБ или даже претендовать на статус наблюдателя.
И что же — можно выстраивать логическую цепочку и заявлять, что приоритеты Москвы меняются, самым близким союзником становится уже не Армения, а Азербайджан, Кремль содействует реальному продвижению в Карабахе, а Азербайджан становится наблюдателем или партнером ОДКБ?
Прежде всего, институт, скажем так, «гибкого сотрудничества» существует во многих организациях. К примеру, в НАТО, кроме полноценного членства, есть еще и программа «Партнерства ради мира», индивидуальные планы сотрудничества, «планы действий по членству», предоставляемые странам — реальным кандидатам на вступление…Появления подобных институтов в ОДКБ следовало ожидать. И какие государства первыми воспользуются этой возможностью — вопрос открытый. Да, в Баку развивают активное «двустороннее» сотрудничество со всеми странами — членами этого блока, кроме Армении. Но вот партнерство не с отдельными государствами, а со всем блоком целиком — это уже другой вопрос, который требует прояснения в том числе и в связи с обязательствами Азербайджана как участника Движения неприсоединения. Более того, на уровне экспертного сообщества идея о вступлении Азербайджана в ОДКБ в обмен на реальную помощь Москвы в продвижении карабахского урегулирования обсуждалась и обсуждается весьма широко, но вот официально Азербайджан никоим образом не обозначал своего интереса к сотрудничеству не с отдельными странами — членами ОДКБ, а с ОДКБ как военным блоком.
Наконец, далеко не факт, что институт «наблюдателей» и «партнеров» создается именно с прицелом на Азербайджан. Уже сегодня статус наблюдателей в Парламентской ассамблее ОДКБ имеют Афганистан и Сербия, и вполне логично предположить, что институтом наблюдателей и партнеров тоже воспользуются в первую очередь они. Наконец, напомним еще раз: 7 ноября 2018 года председатель Парламентской ассамблеи ОДКБ (ПА ОДКБ) Вячеслав Володин сообщил, что статус наблюдателя при ассамблее может получить Узбекистан, ранее входивший в ОДКБ.
И, наконец, самое главное. В Баку на уровне экспертного сообщества вопрос членства в ОДКБ рассматривался и рассматривается в прочной «увязке» с содействием России в освобождении оккупированных азербайджанских земель. И вот этого содействия уже не просматривается. Оружейные транши Армении есть, истерика МИД РФ в ответ на заявление Болтона, что Вашингтон после завершения парламентских выборов в Армении ждет от Никола Пашиняна решительных шагов в урегулировании, тоже налицо, а вот российского содействия уже не просматривается. Так что стремление Москвы вернуть прежнее влияние на Кавказе и вытеснить отсюда «дядей в пробковых шлемах» налицо, но вот на смену приоритетов мало что указывает.
Другое дело — приоритеты России на внутриармянском поле. Точнее, готовность Москвы это самое поле «отрихтовать». Николу Воваевичу Пашиняну, и.о. премьер-министра Армении, сегодня можно, по примеру известных литературных героинь, восклицать: «В Москву! В Москву!» Правда, если чеховские героини повторяли «В Москву! В Москву!», мечтая вырваться в столицу из провинциального захолустья, то настроение у Никола Воваевича совсем другое: его в российскую столицу «вызывают на ковер». Где ему предстоят более чем непростые переговоры. Москва не стала реагировать «вслух» на повторный арест Роберта Кочаряна, но за «закрытыми дверями», вполне возможно, тема будет затронута, причем в весьма жестком варианте. Не на шутку раздражает Россию и существование в Армении такой партии, как «Сасна црер», и деятельность американских биолабораторий, о чем открыто говорил, в частности, Сергей Лавров: Москва требует по сути дела предоставить российским специалистам контроль над ними, Армения отчаянно сопротивляется…Наконец, есть и такой болезненный для официального Еревана вопрос, как то самое анонсированное Лавровым соглашение, по которому на территории Армении не будет иностранных военных, кроме российских: в Армении уверяют, что они вообще не в курсе, Москва настаивает на своем.
Еще одной «болевой точкой» переговоров может стать трагический инцидент в Гюмри, где, по просочившимся в СМИ сведениям, российский военнослужащий-«контрактник», находясь в состоянии алкогольного опьянения, избил до смерти местную пожилую женщину, работавшую в Гюмри уборщицей. Накануне перед зданием посольства России в Армении прошла акция протеста: как уверены ее организаторы, «неуставные взаимоотношения» и поведение российских военнослужащих с дислоцированной в армянском Гюмри 102-й российской военной базы угрожает безопасности граждан РА.
Донельзя испорчены и отношения Армении с партнерами по ОДКБ. И то, что подобный митинг вообще состоялся, Москве вряд ли понравилось. Наконец, остается нерешенным и такой деликатный вопрос, как цена на газ для Армении. В Ереване ходят упорные слухи, что Москва намерена ее повысить, и для армянской экономики это будет тяжелейшим ударом. Тем более что армянские газовые сети принадлежат «Газпрому», и вопрос, у кого и за сколько Армения будет покупать «голубое топливо», решает уже не Ереван.
Вряд ли Никол Воваевич добросовестно заблуждается насчет степени зависимости своей страны от РФ. Скорее «революционный премьер», намеренно «догружая» повестку дня перед переговорами, пытается оставить себе побольше «предметов торга» и пространства для маневра, с тем, чтобы в обмен на отступление по другим вопросам, от лабораторий до поста генсека ОДКБ, выторговать нечто более осязаемое, от новых оружейных траншей до прямой военной поддержки в Карабахе.
Другой вопрос, станет ли РФ торговаться с Николом Пашиняном. Здесь вполне могут предпочесть«перекроить поле» по своему усмотрению. Так что внутриполитическая перекройка в Армении, несмотря на столь лестные для Пашиняна результаты выборов, вполне реальна, а вот геополитческая смена приоритетов — вряд ли. Путин, напомним, прямо дал понять на своей пресс-конференции, что Армения остается «форпостом России», и предмет дискуссий тут лишь один — вписывается ли в ее планы нынешний «революционный премьер». Другое дело, что «зачистить внутриполитическое поле» в Армении России вполне по силам, но вот вернуть себе прежнее влияние на Южном Кавказе, опираясь на такой «форпост», у нее уже не получится. Просто потому, что Южный Кавказ стал другим.
Нурани, политический обозреватель
