«Такого рода контакты всегда существовали между министрами обороны. Иной вопрос, когда эти контакты были более или менее активны. Насколько я знаю, в последние несколько лет, а точнее, после апреля 2016 года такие контакты были малоиспользуемые».
Об этом в интервью Minval.az заявил экс-министр иностранных дел Азербайджана Тофиг Зульфугаров, комментируя итоги краткой встречи лидеров Азербайджана и Армении, Ильхама Алиева и Никола Пашиняна, которая состоялась в рамках саммита глав стран СНГ в Душанбе.
Напомним, Пашинян с полей саммита СНГ в Душанбе заявил, что в ходе беседы с президентом Азербайджана договорился с ним о сохранении мира на границах, а также о приверженности диалогу и переговорам. Третьим важным решением сторон, согласно официальным заявлениям, стала организация оперативной связи между ними.
Как отметил Т.Зульфугаров, мы увидели две вариации того, как на краткую встречу лидеров Азербайджана и Армении отреагировали пресс-служба президента Азербайджана и сам премьер-министр Армении.
— Политическая ситуация ясна. Она заключается в том, что мы намерены придерживаться режима прекращения огня. Это максимум того, что можно сказать. В отношении реализации перспектив достигнутых договоренностей, сказать сложно. В данном случае элемент коммуникации присутствует, но говорить о каком-то доверии, а тем более о каком-то шаге в направлении урегулирования, я бы не стал.
Потому что процесс политического урегулирования никак не связан с этим техническим контактом. С другой стороны, мне кажется, что для Пашиняна, для его внутренней политики, было важно, чтобы его в Баку признали в качестве партнера. По крайней мере партнера для контактов. И в этом контексте, это для него большой успех.
С другой стороны, Азербайджан также подает сигнал, связанный с тем, что Баку готов к политическому урегулированию. Этот сигнал направлен не Пашиняну, а международному сообществу. После тех заявлений, которые озвучил Пашинян, надежд на то, что его позиция станет конструктивной, практически нет.
Мне сложно сказать, насколько достигнутые договоренности в Душанбе укрепят режим прекращения огня и доверия между сторонами. Однако то, что этот шаг не решает проблему, это однозначно
С другой стороны, тот факт, что Азербайджан оставляет за собой право применить силу и восстановить конституционный порядок на своих оккупированных территориях, остается в повестке дня.
-Тофиг муаллим, на кадрах, которые распространили армянские и российские СМИ видно, что Пашинян первым подошел к президенту Азербайджана. Более того, Администрация президента Азербайджана сегодня заявила, что инициатива встречи исходила от армянской стороны. Но бытует версия, что встрече способствовала российская сторона.
— Мы не должны исключать тот вариант, что инициатива исходит от Москвы. Это, во-первых. А во-вторых, инициатором может быть и сам Пашинян. Вновь повторюсь, эта ситуация выгодна с точки зрения интересов его внутренней политики, и противостояния с достаточно сильными политическим фигурами в самой Армении.
Что касается вероятности возобновления боевых действий по чьей-либо инициативе, я остаюсь при том понимании, что эта вероятность слишком высока. Иное дело, что в настоящее время не существует такого правила об объявлении войны, либо ожидания того, что кто-то заранее объявит, мол, такого-то числа приступаю к наступательным действиям. Поэтому вся эта опасность возобновления боевых действий реально присутствует. Я бы не переоценивал те договоренности, которые были достигнуты в Душанбе.
— Тофиг муаллим, а как все эти договоренности будут реализованы технически, если учесть то, что армянская сторона неоднократно нарушала ранее достигнутые договоренности?
— Технически существуют каналы для связи между определенными оперативными дежурными, которые затем докладывают военному командованию, а те в свою очередь политическому руководству. Предполагаю, что стороны обменялись еще какими-то контактами, которыми они могут в случае необходимости воспользоваться для установления прямой связи, без каких-либо излишних процедур. Это техническая сторона вопроса.
Что касается вероятности соблюдения договоренности со стороны Еревана, то для того, чтобы реализовать свое продекларированную прозападное стремление, Пашиняну следует избавить армянское общество от иллюзии того, что Россия придет ее защищать.
Поэтому всплеск военных действий, а затем и отсутствие помощи со стороны Москвы, Ереван будет однозначно использовать во внутренней политике для того, чтобы сблизиться с Западом, и получить инвестиции, о которых они мечтают. В данном случае стратегическое направление их политики ясно. Армяне ничего не получат от России, они это понимают. И Ереван хочет получить что-то от Запада. Однако Запад новому армянского руководству особо не верит. Так как такое сочетание, как инвестиции Запада и зонтик безопасности России, несовместимые вещи. Исходя из вышеизложенного, Армения продолжит провокации. Азербайджан с нетерпением будет ожидать некоторые из этих провокаций, чтобы нанести удар.
— Возможен ли прорыв в переговорном процессе, если учесть то, что обе стороны активно проводят военные учения и фактически готовятся к предстоящим боевым действиям? И какую здесь роль может сыграть Минская группа ОБСЕ?
— Посредничество Минской группы ОБСЕ не даст результата. Во-первых, из-за того, что очень долго отсутствовал результат. Во-вторых, концепция подхода МГ ОБСЕ полностью себя дискредитировала. Политические переговоры невозможны. Так как позиции сторон взаимоисключают друг друга. Любые переговоры направлены на то, чтобы искать точку соприкосновения. А то, что продекларировано армянской стороной, и азербайджанская позиция, связанная с тем, что она не будет делать какие-либо уступки в вопросе территориальной целостности, они взаимоисключающие. Поэтому переговоры не возможны. Переговоры всегда, к сожалению, создавали политическую иллюзию политического урегулирования.
Возможно, у Армении иные задачи, о которых я упомянул ранее. В любом случае политического урегулирования ожидать не приходится. Оно наступит только тогда, когда произойдет всплеск военных действий. И после этого будут созданы новые условия.
Нечто подобное наблюдалось в ходе арабо-израильского конфликта, когда Анвар Садат (экс-президент Египта – прим.автора) начал форсирование Суэцкого канала, развязал наступление, и всем известно, чем это завершилось. Но Садат заранее говорил, что ему необходимо «взорвать ситуацию». Об этом очень хорошо в своих воспоминаниях упомянул политолог Вафа Гулузаде. Исходя из этого, «взрыв ситуации» может стать событием, которые инициируют переговоры. Без этого «взрыва», при существующей базе, переговоры невозможны.
Бахтияр Сафаров
