Специальный корреспондент «Коммерсанта» Андрей Колесников в своем репортаже коснулся встречи премьер-министра Армении Никола Пашиняна и президента РФ Владимира Путина, которая состоялась в Москве 8 сентября. Ниже – представляем читателям выдержки из данной статьи:
На переговоры Владимира Путина с Николом Пашиняном я все-таки успел. И я удивился, какая большая у него делегация: в Представительский кабинет Кремля вошли сразу много людей вслед за ним. В принципе я понимал, что еще со времен своей более или менее мирной революции эти люди по одному не ходят, потому что решать судьбы народа не под силу мятущемуся одиночке, но даже китайская делегация в Кремле была в последний раз поскромнее… Похоже, здесь были все, кто еще в Ереване попросился в Москву у господина Пашиняна…
А вот журналистов было мало: приехали только телевизионные и фотокорреспонденты. А я-то слышал, что армянский премьер-министр, который сам много лет работал журналистом, разрешил работать в его пуле всем, кому заблагорассудится: характер аккредитации стал уведомительным. То есть даже мне, например, предлагали…
Но тут ничего подобного не наблюдалось. При этом личные оператор и звукооператор премьер-министра Армении вели себя по крайней мере как их американские коллеги. То есть они мгновенно освоили пространство Представительского кабинета, проверили, как работают колонки, потеснили всех, кто стоял или хотя бы мог встать на их пути и теперь, довольно-таки нервно оглядываясь по сторонам, дожидались своего премьер-министра, слегка расставив на всякий случай локти, причем машинально. Одеты были между тем опрятно и вообще производили впечатление людей, давно работающих на власть и осознающих вместе с ней свою собственную ценность, а не то, что у них там недавно выбрали народного трибуна, и вот он вышел не к людям даже, а в люди…
Что-то мне все это напоминало… Все эти быстрые превращения… Ну конечно, это Грузия, это внезапно победивший Михаил Саакашвили и так далее…
У одного из журналистов я поинтересовался, как настроен их премьер-министр.
— Конструктивно,— откликнулся он.— Будет говорить о том, что любит Россию и что намерен дружить. Потому что после ареста Кочаряна все осложнилось… Но его выпустили же! А ваш президент поздравил Кочаряна с днем рождения, причем публично, у себя на сайте!!! То есть мы намек поняли… Так что все хорошо у нас!
— Прежде всего позвольте вас поздравить с Днем Москвы! — сказал Никол Пашинян Владимиру Путину.— Я уже почувствовал, что намечается очень большой праздник (то есть его тоже, что ли, куда-то не пускали? — А. К.)!
Он еще попросил у Владимира Путина разрешения сказать про «особый характер между нами, особый характер наших личных отношений»:
— Хочу подчеркнуть, что вопреки некоему пессимизму, который сейчас присутствует и в армянской, и в российской прессе, и в социальных сетях, думаю, что наши отношения развиваются очень динамично, очень естественно!
Странно, что президент России хотя бы раз в ответ на такую любезность не кивнул.
— Это не значит, что в наших отношениях нет вопросов! — продолжал Никол Пашинян, и вот только тут Владимир Путин наконец согласился.
Похоже, на него и правда сильное впечатление произвел арест Роберта Кочаряна.
— Упаси Бог от такой ситуации, когда в отношениях нет вопросов! — продолжал Никол Пашинян.— Потому что это означало бы, что нет вообще никаких отношений! Могу с уверенностью сказать, что в наших отношениях нет нерешаемых вопросов!.. Конечно, у нас блестящие отношения (как искренне он в этом так убеждал сейчас своего собеседника.— А. К.), но я думаю, что не надо на этом останавливаться!
А я понял, что никто тут и правда не собирается останавливаться, когда увидел, как один из членов делегации, пока Никол Пашинян говорил, вышел и вернулся через полминуты, держа руки за спиной, и в руках была довольно-таки мятая желтая картонная коробка. На ней было написано по-русски и, видимо, по-армянски: «Армянский коньяк». Судя по тому, что коробка была сильно мятой, коньяк был выдержанный.
Со своим коньяком в Представительский кабинет приходили, надо полагать, впервые.
Короткими этими переговоры, как и следовало предположить, не стали. Возможно, поэтому в парке «Зарядье» Владимира Путина больше часа прождали на открытии концертного зала.
