«Один отец значит больше, чем сто учителей»
(Джордж Герберт)
Моему отцу – Гулиеву Гусейну Мурсал оглы – сегодня (9 мая) исполняется 100 лет. Он всего лишь 4 года не дожил до этой славной даты. Он умер в октябре 2009 года в возрасте 96 лет. Умер на моих глазах, в полном здравии и сознании, спокойно и тихо – просто от старости. Он очень хотел перешагнуть столетний рубеж, всегда приводил в пример своего отца, который прожил 105 или 106 лет. И кто знает, наверно, ему это удалось бы, если бы не серия тяжелых для него утрат. За 15 лет до своей кончины он проводил в мир иной свою любимую супругу, мою мать, Джафарову Захру, затем умерли его младшие сестра и брат, а 5 лет назад его окончательно подкосила скоропостижная смерть его первенца, моего брата, профессора Гасана Гулиева. Мой отец внешне стоически перенес эту утрату, но в итоге всего лишь на год пережил своего сына. Теперь они все мирно рядом покоятся на кладбище, где уготовано место и для меня.
Он прожил яркую жизнь
Писать о своем отце трудно. Всегда думаешь о том, кому это важно и интересно? Но он был из тех, кто делал историю страны, прожил на редкость яркую и насыщенную жизнь, был активным участником всех общественно-политических процессов в довоенной, военной, послевоенной жизни Советского Азербайджана и с глубоким интересом отслеживал развитие событий в период независимости республики. В его жизни активно преломилась история целой эпохи.
Он родился в 1913 году в простой и бедной крестьянской семье в Товузском районе Азербайджана. Вся его последующая жизнь стала ярким воплощением английского принципа «Salf-made Man» — человек, сделавший сам себя, обязанный всем самому себе. Благодаря упорству, способностям и целеустремленности он окончил с отличием школу и сельскохозяйственный институт, а затем и Высшую партийную школу ЦК КПСС. С молодости он вел активную комсомольскую деятельность и, вступив затем в ряды коммунистической партии, всю свою трудовую жизнь работал на различных ответственных партийных работах. В годы второй мировой войны он добровольцем ушел на фронт, хотя имел бронь и мог уклониться от военной службы. В чине офицера он воевал с первого и до последнего дня войны, участвовал во взятии Берлина и Праги, был отмечен рядом высоких боевых наград, имел несколько ранений. Сразу после демобилизации он в составе советского военного контингента на полгода был командирован в Южный Азербайджан для содействия революционному режиму Пишевари.
Я не собираюсь давать обстоятельную биографию личной, трудовой и общественной жизни своего отца — цифры и факты очень мало говорят о человеке. Тем не менее, коротко коснусь важных вех в его жизни – поскольку он всецело заслуживает того, чтобы его знали и помнили.
В послевоенные годы (1946-1972) отец, с присущим ему самозабвенным пылом, настойчивостью и бескорыстным усердием отдался всецело партийно-государственной деятельности. С 1946 по 1948 гг. он был инструктором в ЦК КП Азербайджана, с 1948 по 1952 гг. – первым секретарем Сафаралиевского Райкома партии, с 1952 по 1953 гг. — секретарем Гянджинского Обкома партии, с 1953 по 1954 гг. — работал в отделе парторганов ЦК КП в Баку, с 1954 по 1960 гг. – первым секретарем Исмаиллинского райкома партии, с 1961 по 1971 гг. – директором знаменитого Губинского плодового совхоза №12, а с 1972 по 1977 гг. – главным агрономом Министерства совхозов Азербайджана.
Он был депутатом Верховного Совета Азербайджанской ССР 3, 4 и 5 созывов. Был делегатом съездов КПСС и КП Азербайджана, избирался кандидатом в ЦК и членом ревизионной комиссии. Был отмечен рядом медалей, грамот, наград и занесен в республиканскую Книгу почета.
До последних дней жизни отец сохранил прекрасную память и, будучи словоохотливым и интересным рассказчиком, часто вспоминал эпизоды своей яркой жизни. У него были хорошие отношения и личные контакты со всеми прежними руководителями Советского Азербайджана — Багировым, Мустафаевым, Ахундовым.
Отец почти до самой смерти продолжал активную жизнь – выращивал цветы и деревья, оказывал консультационную помощь, совершал многочасовые прогулки, занимался йогой, отслеживал газеты и телеканалы, мастерил дома разные вещи. Он был крайне деятельной натурой, имел широкий спектр интересов и обладал яркой харизмой.
Некоторые штрихи к портрету:
Отец был коммунистом старой закваски – из тех, которые действительно верой и правдой служили стране, народу, партии. Но он не был догматиком и уже в период брежневского застоя в СССР изрядно разочаровался в идеологии и, особенно, в практике коммунистической системы. По этой причине развал СССР его особо не удивил, он воспринял это спокойно и был рад обретению Азербайджаном независимости.
Карабахская война, события 20 января и ходжалинская трагедия значительно изменили его отношение к Москве, политике Кремля и к проводникам этой политики в Азербайджане. Если раньше мы с братом часто вступали в идеологические споры с отцом, то в годы независимости Азербайджана его позиции по многим вопросам уже были близки с нашими – он всецело поддерживал наше активное участие в национально-освободительном движении и в борьбе за демократизацию страны.
Из прежних политиков советского периода он до конца жизни сохранил уважение к Сталину, Жукову, М.-Дж. Багирову (последнего хорошо знал лично) и презирал Брежнева и Горбачева.
В годы активной партийной работы на ответственных должностях мы его почти не видели дома – он всецело отдавался работе и всегда считал, что дом и праздность обесценивают мужчину. Будучи первым секретарем райкома (теперь это иджракомы) он даже в кабинете не засиживался, а целыми днями лично обходил весь район, совершал один за рулем частые ночные объезды садов и объектов, всегда был открыт для встреч с людьми, запросто трапезничал с ними в полевых условиях, , сам лично решал многочисленные их проблемы и при этом, как ни странно звучит в условиях сегодняшних реалий, жил всегда на одну зарплату и премиальные.
Он с детства приучал нас к труду, скромности, простой жизни, не позволяя нам хоть чем-то выделяться в ведомом им районе. Может в силу всего сказанного, когда я в 1978-80 гг. поехал после института по направлению работать в Исмаиллинский район, где в годы моего детства он работал первым секретарем, я был поражен и тронут той добротой, заботой и вниманием, которым меня окружили все жители района, помнящие моего отца. По сей день я с удовольствием посещаю этот район, который стал для меня родным. Уже не осталось здесь того поколения, которое работало и знало моего отца, но по сей день в этом и в других районах, где он работал (Товузе, Гяндже, Губе и др.), сохраняется и передается добрая память об этом человеке.
Я мог бы долго говорить о своем отце, ибо он прожил достойную яркую жизнь и заслужил это. В заключение скажу одно, как бы это не звучало банально: я, мой брат, а также мои сестры – всем чего достигли в жизни во многом обязаны своему отцу. Именно он с детства привил нам интерес к книгам, к чтению, к творческой жизни и к честному созидательному труду, именно он своим примером научил нас скромности и простоте, именно он взрастил в нас любовь к природе, красоте и жизни в целом. И я ему бесконечно благодарен за всё это. Аллах рехмет елесин!
Зафар Гулиев
