В эти дни вновь с особой остротой на повестке дня встала ситуация с Сарсангским водохранилищем. Один из крупнейших искусственных водоемов на Южном Кавказе, построенный еще в 1976 году, расположен на оккупированной азербайджанской территории. Но дебаты вокруг водоема носят по большей части политический характер, и совершенно упускается из виду масштабность проблемы с точки зрения экологической катастрофы, если она произойдет. Как мы уже сообщали, в середине прошлой недели в Комитете по социальной политике ПАСЕ при обсуждении вопроса о водохранилище произошла перепалка между докладчиком Милицей Маркович и армянскими депутатами. Но армяне перевели обсуждение в политическую плоскость. Дескать, докладчик по вопросу Сарсангского водохранилища должна обратиться к властям «НКР» для получения разрешения на посещение объекта. Милица Маркович, в свою очередь, парирует, что «НКР» непризнанная республика, и она к ее властям обращаться не будет.
Повторимся, что в пылу полемики и освещении данной проблемы за скобками остается факт экологической катастрофы, которая грозит Азербайджану вследствие действий преступных властей армянских оккупационных сил. Что же может произойти? Попробуем разобраться.
Начнем с того, что Сарсангское водохранилище с 1992 года находится под контролем армянских вооруженных сил, в результате чего прифронтовые районы лишены возможности пользоваться его водами. Что делает агрессор? Зимой спускает воду из водохранилища, затопляя земли и разрушая дороги, а летом, когда люди и сельское хозяйство особенно нуждаются в воде, перекрывает ее.
Азербайджанская делегация в ПАСЕ представила все необходимые доказательства вероятности гуманитарной катастрофы, экологическом и биологическом кризисе. Ситуация, действительно, не так проста, как это может показаться на первый взгляд. По сути, масштабная экологическая катастрофа уже началась. Ведь экологические катастрофы подобного уровня не возникают в одночасье. Это не цунами, землетрясение или извержение вулкана. Если окунуться в жуткую статистику, то по расчетам специалистов жертвами разлива водохранилища могут стать сотни тысяч людей, причем с обеих сторон в прифронтовой зоне. Более конкретно, около 400 тысяч человек. Преимущественно, пострадают граждане Азербайджана, проживающие по эту линию фронта.
Между тем, в случае полного разлива водохранилища пострадают, прежде всего, северные и центральные регионы страны, включая оккупированные территории. Если говорить конкретно, Агдам, Барда, Геранбой, Тер-Тер. По сути семь районов, находящиеся вне зоны оккупации, могут уйти под воду. Пока же изменяются флора и фауна, приходит в упадок почва. Эксперты утверждают, что почва любит воду в разумных дозах. А происходящее сегодня вокруг водохранилища приводит к реальному заболачиванию местности, не пригодной для сельскохозяйственных работ. Разлив воды приведет к чудовищным последствиям, но при этом ответственность за это ляжет на армянскую сторону, которая ведет себя на оккупированных территориях как временная хозяйка.
Так что опасность масштабной гидродиверсии со стороны Армении имеется и вполне реальная. Это отчасти напоминает приказ Гитлера затопить берлинское метро в последние дни битвы за нацистскую цитадель. Тогда погибло большое количество немецких беженцев, укрывавшихся в подземке. Но фюрер руководствовался принципом «после нас хоть потоп», видимо, в прямом и переносном смысле. И нет никаких гарантий, что оккупанты не возьмут этот принцип на вооружение. Кстати, в армянских националистических кругах уже давно проталкивается мысль о том, чтобы использовать естественные водные ресурсы на оккупированных землях и в самой Армении для давления на Азербайджан. Предлагаются самые разные методы, вплоть до перекрытия рек, которые географически и по усредненному ландшафту Южного Кавказа стекаются в Азербайджан. Перекрыть, перенаправив их для орошения собственных армянских земельных угодий. Дескать, это приведет к подрыву экономики Азербайджана, росту социальной напряженности и даже массовой миграции людей из засушливых мест.
Конечно, над фантазией армянских «гидростратегов» можно только посмеяться. Достаточно вспомнить «великий проект поворота сибирских рек вспять». А ведь он разрабатывался не абы кем-нибудь, а порядка 160 НИИ, и 32 министерствами СССР. На работы ушло 20 лет, когда пришло, наконец, осознание, что реализация проекта невозможна не только по финансовым соображениям. Она грозила катастрофическими природными катаклизмами. Как собираются изменять течение рек армянские псевдоученые и главное, на какие деньги остается загадкой.
Но это все, повторимся, из области фантастики. А что касается Сарсангского водохранилища, то опасность здесь более чем реальная. Поэтому мировое сообщество должно быть проинформировано о том, что неумелое, и даже более того, преступное обращение с этим искусственным водоемом может вызвать экологическую и гуманитарную катастрофу регионального масштаба.
Намик Ибрагимов
