Парламентские выборы в Израиле, состоявшиеся 27 октября, завершились без убедительной победы одного из политических лагерей. Несмотря на то что партия «Ликуд» Биньямина Нетаньяху заняла первое место, правящий право-религиозный блок получил лишь 53 мандата из 120, тогда как оппозиционный лагерь во главе с Гади Айзенкотом располагает 48 местами. Еще 19 мандатов получили арабские политические силы, фактически превратившись в ключевого участника предстоящих коалиционных переговоров.
Таким образом, ни один из двух основных лагерей не располагает необходимым 61 голосом для формирования устойчивого парламентского большинства. При этом нынешняя коалиция сократила свое представительство с 64 до 53 мест, а арабские партии, напротив, добились беспрецедентного результата. Явка избирателей составила 77,9%, став самой высокой за последние десятилетия.
Итоги голосования свидетельствуют не только о серьезном ослаблении позиций Нетаньяху, но и о глубоком политическом расколе израильского общества, преодолеть который не удалось даже на фоне продолжительных военных конфликтов и сохраняющихся угроз безопасности.
О том, что означают результаты выборов для будущего израильской политики, какие варианты формирования правительства остаются наиболее реалистичными и как политическая неопределенность может отразиться на внешнеполитическом курсе страны, в комментарии для Minval Politika рассказал израильский эксперт, общественный деятель и публицист Михаил Пелливерт.
По его мнению, нынешние результаты прежде всего демонстрируют глубокий раскол израильского общества. При этом политический кризис нельзя сводить исключительно к падению популярности действующего премьер-министра.
«Это означает, прежде всего, что есть глубокий раскол в израильском обществе. Биньямин Нетаньяху потерял 11 мандатов по сравнению с предыдущим составом Кнессета: если нынешняя правящая коалиция располагала 64 местами, то теперь ее представительство сократилось до 53. При этом у оппозиции тоже нет возможности самостоятельно создать большинство. Это кризис доверия и к Биньямину Нетаньяху, и к способности оппозиции стать полноценной альтернативой, и в принципе к государственным системам и институтам власти. Самый главный вывод из этих выборов, конечно, заключается в беспрецедентно высоком уровне голосования израильских арабов. Их политическое представительство достигло исторического максимума: арабские партии получили в совокупности 19 мандатов. Это дает им огромное политическое влияние в следующем Кнессете», — отметил собеседник.
Говоря о возможных сценариях формирования правительства, Пелливерт выделяет три основных варианта:
«Сейчас есть три главных сценария. Первый сценарий — это правительство национального единства. Это возможно, если Биньямин Нетаньяху вместе с Гади Айзенкотом, нарушив данные ранее обещания, все-таки решат, что интересы страны важнее и необходимо создать широкое правительство. Речь идет о правительстве, которое сможет приступить к решению системных проблем, выработать институциональные механизмы, принять закон о призыве, предусматривающий прохождение военной службы всеми на равных основаниях, провести определенную юридическую реформу и так далее. Второй сценарий — повторные выборы, возможно, через несколько месяцев, если ни одной из сторон не удастся создать устойчивую коалицию. Третий сценарий — правительство меньшинства. То есть если Гади Айзенкот создаст правительство меньшинства с опорой на арабские партии. Я все еще придерживаюсь варианта, при котором выборы могут состояться повторно, поскольку никому, ни одной из сторон, не удастся создать устойчивую коалицию».
Отдельное внимание эксперт уделяет тому, насколько события 7 октября 2023 года и последовавшие за ними военные кампании повлияли на политические предпочтения израильтян. По его оценке, результаты голосования показывают, что общественный раскол имеет гораздо более глубокие корни и сформировался задолго до нападения ХАМАС.
«Оказалось, что события 7 октября не настолько сильно повлияли на результаты выборов, как можно было предположить. Еще в январе 2023 года опросы показывали приблизительно ту же самую политическую ситуацию, которую мы наблюдаем сегодня. Главное исключение — очень резкий рост арабского голосования и арабской явки. Это подтверждает предположение, что глубокий идеологический и эмоциональный раскол израильского общества возник не во время и не вследствие событий 7 октября, а значительно раньше. Здесь, конечно, Биньямин Нетаньяху играет очень важную системообразующую роль в этом расколе, поскольку эти выборы также прошли под знаком «Биби — не Биби», то есть Нетаньяху или не Нетаньяху. Безопасность, безусловно, играет роль, и на этих выборах она тоже играла важную роль. Но мы видим, что глава оппозиции Гади Айзенкот, который является боевым генералом и бывшим начальником Генерального штаба, несмотря на свой военный опыт, не смог получить достаточное количество голосов, чтобы самостоятельно сформировать коалицию. Поэтому безопасность — это, конечно, важный критерий, но далеко не единственный. Главным все-таки остался, видимо, критерий противостояния консерваторов и условных либералов. Или, как у нас в Израиле это иногда называют, противостоянием евреев и израильтян», — сказал политолог.
Особое значение в новой политической конфигурации приобретают арабские партии. Полученные ими 19 мандатов позволяют существенно влиять на перспективы формирования следующего правительства. Однако вопрос заключается в том, готовы ли сами арабские политические силы воспользоваться открывшимися возможностями и насколько далеко готовы зайти их потенциальные партнеры из еврейских партий.
Пелливерт считает, что нынешняя ситуация создает качественно новые условия для израильской политики, поскольку прежние ограничения на сотрудничество с арабскими партиями могут оказаться серьезным препятствием для формирования парламентского большинства:
«В роли арабских партий сейчас складывается беспрецедентная ситуация. Им предстоит определиться, хотят ли они активно участвовать в политической жизни, в том числе в правительственной коалиции, или нет. Еврейским партиям, в свою очередь, придется пересмотреть данные ранее обязательства не опираться на арабские голоса. Сейчас сложилась качественно новая ситуация, когда арабские партии располагают 19 мандатами в Кнессете. Это очень серьезный политический ресурс. На данном этапе очень сложно сказать, какой именно сценарий будет реализован, но последствия для внутренней политики в любом случае будут значительными. Если арабские партии будут участвовать в работе правительства, им придется нести ответственность за принимаемые решения. Это может привести к дальнейшей интеграции израильских арабов в политическую систему страны, что, в принципе, является положительным процессом. Но, с другой стороны, если мы пойдем на повторные выборы, вполне возможно, что столь высокая арабская явка уже не повторится, и тогда политическая ситуация может измениться. Сегодня среди израильских арабов есть прагматики и идеологи. Прагматики считают, что необходимо сотрудничать с еврейскими партиями и входить в правительственную коалицию. Идеологи, напротив, полагают, что этого делать нельзя до тех пор, пока не будет решен палестинский вопрос. Какая сторона победит в этом споре, мы еще увидим».
Переходя к возможным изменениям во внешней политике Израиля, Пелливерт отмечает, что пока оснований говорить о кардинальном пересмотре курса нет. При этом дальнейшее развитие ситуации во многом будет зависеть не только от результатов коалиционных переговоров, но и от позиции Вашингтона, а также от динамики противостояния с Ираном.
«Пока не приходится говорить о смене внешнеполитического курса. С высокой вероятностью Биньямин Нетаньяху останется премьер-министром на период формирования нового правительства, поскольку до этого момента он продолжает руководить переходным кабинетом. Однако пока нельзя исключать и другие варианты развития событий. Предполагается, что после 3 ноября может произойти определенная военная эскалация, и это тоже может «смешать карты». Сценарии вполне могут измениться. Дональд Трамп несколько раз повторил, что начатое дело в Иране необходимо довести до конца, и он предпочел бы сделать это вместе с премьер-министром Нетаньяху. Есть предположение, что в случае, если Трамп снова будет действовать вместе с Израилем на иранском направлении, то впоследствии он может потребовать от Израиля определенных уступок по палестинскому направлению. Трамп недвусмысленно дал понять, что хотел бы видеть в Израиле прагматичное, широкое правительство без крайних политических элементов. То есть без Бен-Гвира и Смотрича. Посмотрим, насколько это окажется возможным», — указал Пелливерт.
Отдельно собеседник остановился и на отношениях Израиля с Азербайджаном. Недавняя встреча президентов Ицхака Герцога и Ильхама Алиева в Баку вновь подтвердила заинтересованность двух стран в развитии стратегического партнерства. По мнению Пелливерта, смена политической конфигурации в Израиле вряд ли приведет к пересмотру этих отношений, поскольку они имеют долгосрочную основу и не зависят исключительно от персонального состава правительства.
«Отношения с Азербайджаном имеют стратегический и долгосрочный характер. Маловероятно, что даже если изменится правящая коалиция, к власти придет принципиально другая, левоцентристская коалиция. Поэтому я не думаю, что что-либо существенно изменится в отношениях Израиля и Азербайджана. Израиль настроен не только поддерживать эти отношения, но и укреплять их. Я предполагаю, что именно на этом направлении будет наименьшая политическая турбулентность. Но в любом случае сейчас в регионе мы наблюдаем вполне вероятное изменение баланса сил: значительно ослабевший Иран и усилившийся Израиль. Вполне возможно формирование нового дипломатического союза не только с Объединенными Арабскими Эмиратами, но и даже с Саудовской Аравией. Например, присоединение Саудовской Аравии к Авраамским соглашениям. Это может привести к совершенно новой геополитической реальности на Ближнем Востоке. И в этой реальности, вне всякого сомнения, Азербайджан как светское, но при этом мусульманское государство, поддерживающее хорошие отношения с Израилем и обладающее значительным энергетическим потенциалом, может стать очень важной осью и точкой влияния. Так что в этом смысле отношениям Израиля и Азербайджана, на мой взгляд, в ближайшее время ничего не угрожает», — заключил Пелливерт.
