Обострение ситуации вокруг Ирана продолжает оказывать давление не только на энергетические рынки, но и на транспортно-логистические проекты региона. Эксперты отмечают, что даже при отсутствии масштабной войны уже фиксируются перебои в транзитных поставках и приостановка ряда контрактов. Кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики Азербайджанского государственного экономического университета (UNEC) Эмин Гарибли в комментарии для Minval Politika заявил, что негативный эффект для транспортно-энергетической архитектуры региона очевиден.
«Естественно, влияние будет отрицательным. Уже сегодня товары, которые транзитом перевозились через Иран или другие страны — из Дубая, из других свободных экономических зон, — по моей информации, приостанавливаются. Это все скажется как минимум в краткосрочной перспективе», — отметил эксперт.
По словам Гарибли, эскалация неизбежно отражается на проектах региональной логистики, в том числе на международном транспортном коридоре «Север-Юг».
«Пока идут военные действия, естественно, реализация таких проектов замедляется. Если война затянется, страны будут искать альтернативные пути», — подчеркнул он.
Экономист напомнил, что в рамках маршрутов через Иран фактически существуют два направления: через территорию Азербайджана и через Туркменистан.
«Иран в последние годы делал большую ставку именно на туркменское направление. Мы видели активизацию, строительство железных дорог, новых участков инфраструктуры. Этот процесс шел сложно, и Тегеран довольно инертно относился к ускорению ряда проектов, несмотря на заинтересованность других стран», — пояснил Гарибли.
По его словам, при усилении рисков логистика неизбежно будет перераспределяться.
Говоря о возможном энергетическом кризисе, эксперт занял сдержанную позицию.
«Я не верю в долгосрочный энергетический кризис. Спекулятивные эффекты, безусловно, будут. Уже сейчас цены на нефть реагируют на любые сигналы. Некоторые аналитики даже отмечают, что военные действия начались в выходные дни, когда биржи не работали, чтобы минимизировать мгновенную панику», — отметил он.
В этой связи собеседник затронул тему Ормузского пролива — ключевой артерии мировой торговли нефтью, к которому приковано особое внимание.
«Если будут попытки воздействия на Ормузский пролив, это ударит прежде всего по самой экономике Ирана. В долгосрочной перспективе такие шаги нанесут Тегерану больший ущерб», — считает Гарибли.
Он также подчеркнул, что потенциал Ирана ограничен в случае возможной эскалации против стран Персидского залива.
«Я не думаю, что у Ирана есть ресурсы, чтобы серьезно дестабилизировать такие экономики, как Саудовская Аравия или Ирак. Это крайне сложная задача», — добавил эксперт.
Отдельно Гарибли остановился на влиянии ситуации на Азербайджан. По его мнению, последствия будут двойственными.
«С одной стороны, война увеличивает значимость Срединного коридора. Геополитическая роль Азербайджана возрастает. Рост цен на нефть может дать дополнительные доходы бюджету. В этом смысле плюсы очевидны», — отметил он.
Однако, по его словам, остаются и риски.
«Мы находимся рядом с Ираном. Любая эскалация — это фактор неопределенности. Инвесторы всегда учитывают фактор региональной безопасности», — подчеркнул эксперт.
В то же время он не исключает, что в случае затяжной нестабильности часть капитала может перераспределиться в пользу Азербайджана.
«Инвесторы, которые работали в Иране, или иранский бизнес могут искать более стабильные юрисдикции. Азербайджан в этом плане может стать альтернативной площадкой», — считает Гарибли.
Причин для паники, уверен он, нет.
Экономист при этом отметил, что многое зависит от масштаба и продолжительности конфликта: «Исход предсказать сложно. Все зависит от того, какие страны будут вовлечены и насколько расширится зона боевых действий. Но я не думаю, что это перерастет в глобальный конфликт мирового масштаба».
По его словам, Азербайджан в последние годы проводит политику, направленную на минимизацию внешних рисков.
«Наша страна готовилась к подобным сценариям. Государственная политика нацелена на то, чтобы потери были минимальными, а возможные политические дивиденды трансформировались в экономические. Поэтому, на мой взгляд, причин для серьезного беспокойства нет», — резюмировал Гарибли.
