Инцидент в Ханкенди расследуют правоохранительные органы. Напомним: накануне, как раз в то время, когда в Ханкенди проходили мероприятия с участием президента Азербайджана Ильхама Алиева, местный житель армянского происхождения Карен Аванесян, 1967 года рождения, забрал из тайника оружие — автомат Калашникова и несколько гранат — и попытался прорваться на одно из мероприятий. По дороге вступил в перестрелку с полицейскими. Несмотря на весь внушительный арсенал, Аванесяна обезвредили. Один из полицейских получил ранение. Сейчас идёт расследование.
Здесь, конечно, есть обстоятельства, о которых надо бы сказать вслух. С первого дня восстановления суверенитета Азербайджана над Ханкенди наша страна предоставила и безопасность, и социальные гарантии оставшимся здесь этническим армянам. Им выплачивается пенсия (без вопросов, за какие такие заслуги перед нашей страной), оказывается продовольственная помощь, действуют другие социальные программы и гарантии. И вдруг один из них берёт автомат, гранаты и отправляется стрелять, по крайней мере, по азербайджанским полицейским. После чего уже не получится не спросить: а один ли он такой — носитель террористического менталитета? Насколько мы можем доверять этим самым оставшимся этническим армянам? Насколько плотной должна быть здесь работа спецслужб? И не повторяем ли мы собственных ошибок начала восьмидесятых, когда просто не могли поверить, что на фоне улыбок, дружбы народов, общения и т. д. в армянской среде собирали «национальную дань» на сепаратистский мятеж в Карабахе?
Но это ещё не всё. Ещё в тот период, когда в Карабахе стояли российские миротворцы, верхушка местной оккупационной хунты констатировала: на руках у местного населения слишком много оружия, число инцидентов, связанных с ним, растёт. Один местный житель принялся палить из автомата из окна. Были и более пугающие инциденты: 13 ноября 2021 года гражданин Армении Норайр Мирзоян подъехал на своей легковушке к блокпосту у села Дошел Алтай и попытался забросать гранатами азербайджанских военнослужащих. Уже потом, после антитеррористических рейдов Азербайджана 19–20 сентября 2023 года, оружие в Ханкенди находили не только на территории «военных частей», «полицейских баз» и т. д., но и в таких неожиданных местах, что это напоминало «закладки» для партизанской и террористической войны. Обнаружить все подобные «закладки» очень сложно, особенно в горно-лесистой местности. И это одна из причин, по которой въезд на освобождённые территории до сих пор ограничен.
Но есть и куда более важная сторона вопроса. Об этом многие предпочитают не говорить вслух, но в армянской среде террор считался и считается вполне допустимым методом борьбы. Корни политического террора уходят здесь ни много ни мало в XIX век — на фоне такой истории и итальянские «Красные бригады», и немецкая RAF, не говоря уже о палестинских группировках, выглядят первоклашками-неофитами. Из террористов старательно лепят героев на протяжении нескольких поколений. Им ставят памятники, посвящают литературные произведения, в их честь называют улицы…
Понятно, что в такой среде возникают террористические группировки. Что мир мог видеть, например, в семидесятые–восьмидесятые годы ХХ века, когда армянские террористы устроили охоту на турецких дипломатов. Опять-таки, об этом не всегда любят говорить вслух, но группа армянских террористов во главе со Степаном Затикяном ещё в 1977 году устроила серию взрывов в Москве. Одна из бомб сработала в метро. Взрывы гремели в московских гастрономах, просто на улице; террористы пытались заложить «адскую машину» на Курском вокзале, но она не сработала.
По меньшей мере требует расследования «армянский след» в теракте на Пушкинской площади в Москве 8 августа 2000 года, за два дня до 80-й годовщины подписания Севрского договора. В том, что он остался на бумаге, многие армянские радикалы обвиняют Россию.
Но, кроме террористических группировок, есть ещё одна опасность. Это — вот такого рода одиночки. Они вроде бы живут обычной жизнью, ничем не отличаются от окружающих… А в какой-то момент, раздобыв оружие, идут стрелять. Или бросать гранаты. Или закладывать «адскую машину» в метро. Или устраивают ещё что-нибудь.
27 октября 1999 года пятеро террористов ворвались в зал заседаний парламента Армении и убили спикера, премьера, нескольких министров и депутатов. Этот печальный рекорд до сих пор не удалось побить ни одной террористической группировке в мире. И речь не только о том, что надо найти единомышленников, надо раздобыть оружие, миновать посты… Куда важнее другое — особенности менталитета. Убеждённость, что так можно. И что это сработает. Далеко не всегда речь идёт о какой-то разветвлённой сети или продуманной провокации. Как признают в правоохранительных органах, такой вот экзальтированный одиночка — это самый опасный субъект. Его труднее всего «отследить», его действия труднее всего предугадать. В армянской среде с существующим культом террора таких одиночек будет возникать ещё немало. И нам к этому просто надо быть готовыми.
