Проведение в Армении COP17 — Конференции сторон Конвенции ООН о биологическом разнообразии — дает Еревану возможность выступить с заявлениями о защите природы. Однако на фоне международной экологической повестки открытым остается вопрос о том, какой ущерб был нанесен азербайджанским территориям в период оккупации, когда уничтожались леса, деградировали сельскохозяйственные земли, а природные богатства использовались для добычи полезных ископаемых…
Речь идет о конкретных последствиях для экосистем, которые не исчезают вместе с окончанием оккупации. Вырубленные леса не восстанавливаются за один сезон, а загрязнение горнодобывающими отходами способно десятилетиями воздействовать на почву и воду, поврежденные природные комплексы требуют дорогостоящих восстановительных работ.
Известно, что в период оккупации было утрачено около 8 900 гектаров лесных угодий, а отдельно сообщалось об уничтожении более 50 тысяч гектаров лесных территорий. Кроме того, в 1995–2015 годах около 54 544 гектаров сельскохозяйственных земель были выведены из продуктивного использования.
Серьезный ущерб был нанесен охраняемым природным территориям, включая Баситчайский государственный природный заповедник, известный своими реликтовыми восточными платанами. Уничтожение редких деревьев и деградация лесных массивов означают не только потерю растительности, но и нарушение естественных местообитаний, сокращение биоразнообразия и изменение экологического баланса.
Показательно, что проблема лесной деградации актуальна и для самой Армении. В докладе Всемирного банка о климате и развитии страны, опубликованном в ноябре 2024 года, отмечается, что деградировано около 70% армянских лесов. Среди факторов названы горнодобывающая деятельность, незаконные рубки и использование древесины для отопления. Это еще раз подтверждает серьезность проблемы лесных экосистем и необходимость более эффективной охраны природных ресурсов.
Не менее остро стоял вопрос эксплуатации месторождений на некогда оккупированных азербайджанских территориях. В числе объектов, разработка которых связывается с периодом оккупации, называются Гызылбулагское золото-медно-пиритное, Демирлинское медно-молибденовое, Вежналинское кварц-золото-сульфидное месторождения, а также Агдуздаг, Тутхум, Мехмана, Шорбулаг и ряд объектов добычи полезных ископаемых.
Азербайджанская сторона заявляла о незаконной эксплуатации этих ресурсов и экологических рисках, связанных с горнодобывающей деятельностью. Проблема заключается не только в присвоении природных богатств. Добыча металлов без надлежащего контроля над хвостохранилищами, промышленными стоками и отходами способна приводить к накоплению опасных веществ в почве и водных системах. Если после завершения разработки не проводится полноценная рекультивация, загрязненные территории могут оставаться источником экологической угрозы на долгие годы.
То, что обращение с горнодобывающими отходами требует серьезного внимания и в самой Армении, подтверждает Программа ООН по окружающей среде. UNEP прямо указывала на необходимость усиления экологического надзора в развитом горнодобывающем секторе страны и совершенствования управления отходами рудников.
Именно поэтому международная экологическая повестка должна включать не только декларации о сохранении биоразнообразия, но и вопросы ответственности за последствия промышленной эксплуатации природных ресурсов.
Особенно наглядный пример — река Охчучай, протекающая из Армении в Азербайджан. В декабре 2022 года азербайджанские специалисты сообщили об изменении цвета и резком ухудшении запаха воды. Анализы проб, взятых у границы, выявили повышение концентраций железа, марганца, молибдена, аммония и сульфатов. По данным мониторинга, содержание аммония в отдельных пробах превышало нормальные показатели в четыре-пять раз, а концентрация сульфатов также была повышена.
Собранные материалы были переданы в Генеральную прокуратуру Азербайджана для правовой оценки. Одним из основных источников загрязнения азербайджанская сторона называла деятельность, связанную с Каджаранским (Зангезурским) медно-молибденовым комбинатом в Армении. Загрязнение переносится вниз по течению, затрагивая водные экосистемы соседнего Азербайджана. Тут важны независимые исследования, регулярный мониторинг и прозрачные данные о составе промышленных стоков и состоянии водных объектов. Для Азербайджана принципиально важно установить полный масштаб ущерба, определить источники загрязнения и обеспечить восстановление пострадавших экосистем. Экологическая безопасность не должна зависеть от политических отношений между государствами.
Армения, которая является хозяином международной экологической конференции, должна продемонстрировать содержательность мероприятия, что определяется не масштабом дипломатических заявлений, а готовностью обсуждать реальные проблемы, в том числе последствия деятельности, осуществлявшейся в период оккупации азербайджанских территорий.
Сохранение биоразнообразия невозможно совместить с избирательным отношением к экологическому ущербу. Если международная природоохранная повестка претендует на универсальность, она должна учитывать и уничтоженные леса, и деградировавшие земли, и загрязнение вод горнодобывающими отходами. А так, громкие заявления о защите природы рискуют остаться декларациями, за которыми не последуют ни полноценная оценка ущерба, ни восстановление экосистем.
