Ровно 100 лет назад, 30 декабря 1922 года, было объявлено о создании СССР — Союза Советских Социалистических Республик. И можно представить себе, какой размах торжеств был бы устроен в эти предновогодние дни, если бы СССР существовал и сегодня: с торжественными собраниями, юбилейными медалями… Только СССР до своего столетнего юбилея не «доковылял»— распался 31 год назад, буквально за несколько дней до очередной, пусть и не юбилейной, даты своего создания —25 декабря 1991 года. Теоретически сегодня, через 30 лет после того, как, выйдя в последний раз в общесоюзный эфир, растерянный Михаил Сергеевич Горбачев выдавил: «В силу сложившейся ситуации с образованием Содружества Независимых Государств я прекращаю свою деятельность на посту президента СССР», можно было бы отнестись к этому «юбилею без юбиляра» просто как к исторической дате.
Но в том, что касается СССР, и сегодня политика превалирует над историей. А в экспертном сообществе не только разворачивается дискуссия, как надлежало действовать союзному центру, чтобы не допустить распада СССР. В массы продвигается и такая идея: именно тогда, в декабре 1922 года, большевики, дескать, совершили роковую ошибку и заложили «мину замедленного действия», признав за республиками право на выход из СССР. И даже делаются попытки провести «работу над ошибками»: то, по какой схеме РФ объявляла о включении в свой состав украинских областей, напомним еще раз, никоим образом не оговаривая их «украинский» статус, оставляет мало сомнений — Кремль стремится восстановить уже не некое подобие СССР, а именно Россию в границах Советского Союза без намеков на суверенитет национальных окраин.
Но дело не только в том, что, как показывает пример Херсона, удержать эти регионы под военным контролем получается не очень. Просто реальные события, происходившие на пространстве бывшего СССР с 1917 по 1922 год, мало напоминают прямолинейную схему «революция положила конец царизму, большевики во главе с Лениным одержали победу в гражданской войне, «разгромили атаманов, разогнали воевод», а потом сделали разного рода «нацменам» и «инородцам» подарок — государственность». Образованию СССР предшествовал распад Российской Империи, где за Бакинской, Елизаветпольской или Эриванской губерниями уж точно не было никакого «права выхода». Но это не спасло ни Николая II, ни саму империю. Более того, на обломках Российской Империи возникали полноценные независимые государства, в числе которых была и Азербайджанская Народная Республика. Эти государства были признаны Лигой Наций, их делегаты участвовали в Парижской конференции, они создавали национальные армии и открывали посольства, заключали договора, открывали у себя университеты, учреждали национальные флаги и гербы…
А потом все закончилось. Об этом в Москве не очень любят говорить вслух, но будущие союзные республики не получили государственность в подарок от большевиков. Они были завоеваны и аннексированы. А 30 декабря 1922 года, объявив об образовании СССР, большевики подводили черту под намеками на суверенитет республик: единое структурированное государство с жёсткой вертикалью власти, как сказали бы сегодня.
Большевики могли тешить себя надеждой, что надежно контролируют республики, и жестко подавлять любое проявление инакомыслия, а тем более национального движения. Но репрессивные стяжки просто не могли действовать вечно. И в 1991 году сработала «мина замедленного действия», заложенная не при распаде СССР, а при силовой аннексии его будущих республик. Более того, ровно по той же причине не имели шансов сработать и прекраснодушные планы, предлагаемые разного рода «розовыми пони» из либеральной тусовки в стиле «надо было постепенно, с помощью реформ, преобразовать СССР в нечто подобное Европейскому союзу». Европейский союз, если кто забыл, представляет собой добровольное объединение. Ни одну страну не затаскивали туда при помощи бронепоездов и не удерживали в его составе при помощи танков, как это делалось в бывшем СССР.
И, наконец, еще одно обстоятельство. Теоретически образование СССР, существовавшее в нем национально-территориальное деление, границы республик могли бы обеспечить по крайней мере «цивилизованный развод». Но не получилось и этого. Да, союзные республики по горячим следам были признаны в своих постсоветских границах. Но за годы существования Советского Союза Москва заложила здесь предостаточно настоящих «мин замедленного действия» — таких, как, к примеру, искусственно выкроенная в нагорной части Карабаха армянская автономия. Или передача Армении земель Западного Зангезура и Гейчи. И хладнокровно привела их в действие, старательно раздувая так называемые «локальные конфликты». Шанс на «цивилизованный развод» был намеренно уничтожен с понятной целью: расшатать государственность бывших республик, не позволить состояться их реальной независимости, Но не вышло. Повернуть распад СССР вспять не получилось. А сегодня Азербайджан уже избавляется от этого дурно пахнущего «советского наследства» — НКАО на карте больше нет, а есть Карабахский экономический район.
А теперь уже ставится под вопрос и легитимность советских «территориальных перекроек». Эстония уже требует вернуть ей Петсери и Ивангород — согласно Тартусскому договору, и настаивает, что, аннексировав страну в 1940 году, Москва не имела никакого права отрезать куски от ее территории.
И если Эстонии удастся добиться успеха, то такой прецедент возвращения к досоветским границам полностью изменит «правовую папку» для Зангезура и Гейчи. Постсоветское пространство решительно избавляется от советского наследия. И даже не стоит пытаться повернуть здесь время вспять.
Нурани
