На фоне грандиозных побед доблестной азербайджанской армии развивается общая эйфория: мы свято верим в победу нашего оружия, с нетерпением ждем, когда наконец-то прозвучат три волшебных слова «МЫ ОСВОБОДИЛИ ШУШУ». Люди строят планы на проведение отпусков и покупку земли в освобожденном от оккупации Карабахе, экономические эксперты говорят о вложении средств в восстановление разрушенных войной территорий, олигархи уже составляют бизнес-планы, связанные со строительства «городов будущего» в зоне освобожденного Нагорного Карабаха, политики предвкушают, как Пашинян и его позорная клика будут растерзаны собственным народом, проигравшем процесс бессмысленной бойни. У каждого – свои планы, но надежда одна: Карабах – это Азербайджан, победа будет за нами!
Психолог, военный эксперт Азад Исазаде в беседе с Minval.az заявил, что мы обязательно победим, но тем не менее не следует расслабляться — все самое сложное еще впереди:
— Несомненно, события на фронте разворачиваются стремительно и победоносно. У нас есть пример первой Карабахской войны, во время которой не было таких наступательных действий, чтобы в течение одного месяца были освобождены 4 района. Даже в самые тяжелые дни лета 1993 года, несмотря на то, что азербайджанская армия отступала, мы в месяц теряли один районный центр. В процессе нынешней контрнаступательной операции мы освободили 4 районных центра и еще целый ряд деревень.
Даже чисто в количественном отношении освобожденных пунктов эта война резко отличается от первой Карабахской войны. Далее — технологическое преимущество нашей армии. В прошлой войне противнику не было нанесено столь значительного технического урона, я уже про уничтоженное количество живой силы не говорю.
Но если брать в расчет только технические потери – бронетехнику, артиллерию и системы ПВО, то военная машина Армении очень сильно треснула.
— Очень многие отмечают необыкновенный патриотический дух нашего народа. События, происходящие на фронте, мощный рывок нашей армии, речи главы государства, дух народа — все это рождает в нас надежду и уверенность в абсолютной победе нашего оружия.
— В течение 30 лет мы сидели и ждали этого момента, мы мечтали о нем. Кому-то эта мечта казалась несбыточной, полуфантастической, а если брать в качестве примера взрослое поколение, – особенно пожилых людей, в силу обстоятельств вынужденных 30 лет назад покинуть свои дома и свою землю, – то они вообще жили с ощущением, что никогда не увидят победы. Надеялись, что когда-нибудь ее увидят внуки или даже правнуки. И вдруг этот момент настал. В апреле 2016 года были успехи на фронте, но, конечно же, несопоставимые с тем, что происходит сейчас. Мы тогда говорили, что это не победа, а всего лишь успех, а победа – она еще впереди. А теперь представьте, как на население действует информация с фронта, когда наша доблестная армия занимает высоты, освобождая их от армянских оккупантов!
Кроме того, в этой войне практически нет беженцев из прифронтовых районов. Они покинули свои разрушенные дома, но остались на территории соседних сел, у родственников или же в райцентрах. Люди понимают, что военные действия – временная мера, и скоро можно будет вернуться и восстанавливать свои дома. Опять же – в сравнении с первой карабахской войной, этот факт весьма и весьма положительный!
Далее, посмотрите на поток добровольцев. Сотни ушли на фронт, многие с нетерпением ждут призыва в огневые точки. А ведь у нас в стране объявлена лишь частичная мобилизация, но, тем не менее, недостатка в солдатах нет. Армия двигается вперед, и постепенно формируются учебные части для замены и пополнения частей, участвующих в боях, так как линия фронта удлиняется. И в каждом населенном пункте надо размещать гарнизоны, усиливать охрану и оборону освобожденных территорий. Естественно, сейчас понадобится больше солдат, и желающих – достаточно. Это нормально, чего нельзя сказать об обратной стороне.
— Народ в социальных сетях торопит армию, призывает двигаться вперед, к окончательной победе. Скажите, насколько правильно сейчас торопить армию?
— Это, конечно же, неправильно, но это — факт. Другое дело, мы понимаем, что наши генералы и командиры сейчас соцсети не читают, и не обращают внимания на эти призывы. Они действуют, согласно своим планам и директивам. Где есть возможность – действуют быстро, а где надо осторожничать, то значит – так надо. Дело в том, что это не просто война, мы имеем дело не с благородными рыцарями, а воюем с коварным и лицемерным противником, который пока что не полностью раздавлен, и все еще пытается сопротивляться. А, как вам известно, даже умирающая змея может в последний раз смертельно ужалить. Поэтому здесь поддаваться на общие эмоции, на эйфорию нельзя, голова кружиться от успехов не должна. Нужно к этому вопросу подходить трезво, тем более что сейчас боевые действия перешли в горные и лесные зоны, где, естественно, передвигаться сложнее, где коммуникации удлинились. Но армия знает, что она делает.
— Многие эксперты уже взялись озвучивать время окончания военных действий, и называют срок – еще максимум это 2 месяца. Скажите, насколько это реально, и какие прогнозы можете сделать Вы?
— Давайте определимся с понятием «Победа». Вы же понимаете, что речь не идет о таком грандиозном событии, как победа 9 мая 1945 года, когда Германия полностью капитулировала и официально признала себя побежденной. В данной ситуации это нереально. Мы не возьмем Ереван, и Ереван не подпишет капитуляцию. Для каждого гражданина понятие победа – своё. Для кого-то достаточно освобождения Шуши. А как в Ханкенди будут жить армяне, признают ли они себя гражданами Азербайджана, останутся там или уедут в Армению – кого-то это вообще не интересует. Кто-то считает, что должны взять Ханкенди, и полностью освободить все территории Нагорного Карабаха. Но хочу отметить главное: даже если мы освободим все оккупированные территории, водрузив флаг Азербайджана над Ханкенди, война на этом не закончится. Противник перейдет к партизанской войне, к террористическим актам, будет продолжаться обстрелы с армянской территории, будут попытки и информационной, и дипломатической войны, и так далее. Это надолго, и мы должны быть готовы к такому раскладу событий. А потому расслабляться и говорить о том, что «через пару месяцев мы отпразднуем победу, война закончится, и больше нам никто не будет угрожать» – нет. На это рассчитывать не стоит. Нужно правильно и грамотно распределить свои эмоции, потому что после победы человек как бы демобилизуется внутренне, расслабляется. А мы должны четко понимать, что основные удары перейдут на внутренние территории, удары будут по нашим посольствам, ударам могут подвергаться наше туристы (после снятия карантина и открытия границ, естественно), наши торговые представительства. Азербайджанские диаспоры всего мира должны быть к этому готовы, они должны оставаться бдительными и понимать, что сегодня-завтра армия свою миссию закончит, но общество должно быть готово ко всем видам других атак, другой войны, которую будет навязывать Армения.
— Если армяне, проживающие на территории нагорного Карабаха, признают его частью Азербайджана и согласятся жить бок о бок с азербайджанцами, так как наш Баку обещал безопасность проживания карабахским армянам, то это наверняка будет самый сложный социально-психологический момент. Смогут ли ужиться два народа, столько лет воевавшие друг против друга?
— После первой Карабахской войны, когда мы проводили психосоциальную реабилитацию детям беженцев, некоторые международные организации предлагали проекты «по снятию образа врага». Мы тогда отказались от этих проектов, так как это было нереально: невозможно снимать образ врага, когда у нас в любой момент может начаться новая война. Про нынешнюю ситуацию скажу так: когда боевые действия закончатся полной победой азербайджанской армии, наверняка нужна будет уйма мероприятий, в том числе и какая-то кооперация психологов Армении и Азербайджана именно «по снятию образа врага» — хотя бы в зоне совместного проживания. Далее: проблемы все равно будут – я говорю о чисто технических моментах. Приведу условный пример: какая-то армянская семья поселилась в свое время в Шуше, в доме азербайджанца, покинувшего свою землю из-за войны. И представьте, что в этом доме азербайджанца уже родились дети, котором под тридцать лет и больше, и у них есть свои дети уже. Или в каких-то деревнях поселились иностранные армяне, скажем, из Ливана… Мы должны понимать, что на территории Карабаха живет три категории армян. Это люди, которые там родились, росли и были гражданами Советской социалистической Республики Азербайджан; это армяне, переехавшие из Армении и заселившиеся в азербайджанские села, и армяне, родившиеся и выросшие в период оккупации. В отношении к каждой из этих групп нужны будут особые, индивидуальные подходы. Я уже не говорю о тех людях, которые совершали военные преступления, хотя уверен, что они просто убегут, не дожидаясь, пока их привлекут к уголовной ответственности. Но, даже если брать мирное население, то и оно делится на несколько категорий, и нужно будет решать и юридические, и социальные вопросы, и психологические вопросы. Я думаю, что армян — граждан иностранных государств, проживающих в Нагорном Карабахе, нужно будет попросту депортировать. Но это будет решаться на государственном уровне, кого считать гражданином Азербайджана, а кого – не считать таковым.
Беседовала Яна Мадатова
