Выражение «диверсификация внешней политики» в постсоветских странах пользуется немалой популярностью. Вопрос в том, что понимают под ним далеко не одинаковые по своей сути процессы. И если, к примеру, для Армении разговоры о «диверсификации политики» — это «розовая мечта» о выходе из-под монопольного политического контроля России (которая так и останется «розовой мечтой» до полноценного урегулирования конфликта с Азербайджаном и нормализации отношений с Турцией), то для Азербайджана диверсификация — это действительно развитие связей с новыми партнерами — даже если среди них есть партнеры, знакомые еще по советским временам, но отношения с которыми теперь строятся на новой основе.
Так, на 9 августа запланирован визит в нашу страну президента Таджикистана Эмомали Рахмона. Подробности намеченной повестки дня пока не раскрываются, но в Душанбе уже давно стремятся привлечь в свою экономику азербайджанские инвестиции.
Однако накануне визита Рахмона в Азербайджан из Таджикистана приходят драматичные новости — здесь произошло нападение на туристов.
Трагедия случилась вечером 29 июля на юге Таджикистана — в Дангаринском района Хатлонской области. По трассе на велосипедах ехали семеро иностранных туристов — из США, Нидерландов, Франции, Швейцарии и Германии. Все было тихо. Но внезапно велотуристов сбивает черный автомобиль. Более того, совершив наезд, водитель машины разворачивается и начинает целенаправленно давить упавших велосипедистов. Затем из машины выходят люди и принимаются добивать пострадавших при помощи огнестрельного и холодного оружия. Итог: четверо туристов — два гражданина США, гражданин Швейцарии и гражданин Нидерландов — погибли, еще двое получили ранения. Президент Таджикистана Эмомали Рахмон выразил соболезнования президенту США Дональду Трампу, королю Нидерландов Виллем-Александру и президенту Швейцарии Алену Берсе в связи с гибелью туристов.
Конечно, нападения, в том числе и на иностранных туристов, случаются во многих странах. Достаточно вспомнить недавнюю трагедию в Грузии, где была убита целая семья из США, известная своей любовью к азербайджанскому искусству ковроткачества. Но на сей раз — и эксперты в этом не сомневались — речь шла о теракте, напоминающем по своему почерку недавние прецеденты «автомобильного террора» в США и странах Западной Европы.
Ответственность за нападение на велосипедистов уже успела взять на себя террористическая группировка «Исламское государство». Нападавшие были «солдатами ИГ и совершили нападение, следуя призывам выбрать в качестве мишени граждан стран коалиции», говорится в заявлении группы. Правда, не исключено, что ИГ берет на себя ответственность за чужой теракт, и правоохранительные органы от комментариев по этому поводу тоже воздерживаются.
Однако 31 июля МВД Таджикистана вполне официально заявило, что речь идет о теракте, но с другим «следом». Как передает радио «Озоди» (радио «Свобода» на таджикском языке — Minval.az), в причастности к убийству велотуристов обвиняется преступная группировка под руководством Хусейна Абдусамадова. Сам Абдусамадов четырежды побывал в Иране, в том числе в городе Кум, а также в остане (провинции) Мазандаран (на южном берегу Каспия — Minval.az), где прошел идеологическую обработку и диверсионную подготовку. Там же, в Иране, он встретился с Носирхуджой Убайдовым по прозвищу Кори Носир, активистом «Партии исламского возрождения Таджикистана» (ПИВТ), находящимся в розыске, и дал присягу на верность ПИВТ. Именно по поручению Носирхуджи Убайдова, члена ПИВТ с 1992 года, и было совершено нападение на иностранных туристов в Дангаре. «Заказчик преступления Н. Убайдов, который с 1992 года является членом экстремистско-террористической организации ПИВТ, с 2015 года находится в розыске по ст. 187 УК РТ. Хусейн Абдусамадов с целью дестабилизации обстановки в Таджикистане под непосредственным руководством Н. Убайдова совершил вместе со своими сподвижниками жестокое нападение на иностранных туристов. После убийства они планировали через Пянджский район перебраться в соседний Афганистан, чтобы присоединиться к террористическим группировкам», — поясняют таджикские правоохранители. Всего же в причастности к нападению на велотуристов подозреваются 10 человек, чьи фотографии опубликованы на веб-сайте МВД Таджикистана. Некоторые из них оказали ожесточенное сопротивление при задержании и были ликвидированы.
Но… намеренно воздержимся от параллелей с недавними трагическими событиями в Гяндже, где многие «фигуранты» тоже проходили подготовку в иранском Куме. Не будем даже задавать вопросы, как повлияет обнаружение «иранского следа» в теракте, где погибли два гражданина США, на развитие нынешнего кризиса между Вашингтоном и Тегераном. Важно другое — нападение на велотуристов произошло на фоне масштабных политических процессов в Таджикистане.
Страна эта бедная и не поражающая остальной мир заоблачными темпами развития, но потенциал у нее действительно огромный. В таджикских недрах скрыта едва ли не вся таблица Менделеева. О запасах местных ценных руд было известно еще в годы существования СССР. Но Москва разрабатывать таджикские «подземные кладовые» не спешила. По официальной версии, эту республику «держали про запас». По неофициальной, в лояльность Таджикистана, особенно рядом с неспокойными Афганистаном, Пакистаном, Индией и даже Китаем, Москва верила не очень. В результате республика оставалась бедной и слаборазвитой.
После распада СССР Таджикистан пережил жестокую гражданскую войну, что тоже не способствовало укреплению суверенитета. И даже после ее окончания оставался под достаточно жестким контролем Москвы. На территории Таджикистана действует российская военная база, другие военные объекты, и даже границы с Афганистаном и Китаем довольно долго охраняли российские пограничники.
Но в «нулевые», когда в соседнем Афганистане в результате натовской военной операции рухнул режим талибов, и в Кабуле начали активно налаживать связи с США, «сдвинулась» и ситуация в Таджикистане. Где решили отказаться от «политики одного окна». Уже в 2004 году Таджикистан покидают российские пограничники — страна переходит к самостоятельному контролю над собственными границами. И заодно началась работа над привлечением в страну и туристов, и инвесторов. Насколько успешной она была — спор из разряда «стакан наполовину пуст или наполовину полон». Тем не менее еще в 2012 году корреспондент издания «Мегаполис» так описывал базар в столице Памира Хороге: «Базар в Хороге – сам по себе достопримечательность. Несмотря на удалённость от мировых центров, здесь можно встретить людей с разных концов света. Два японца с фотокамерами прицениваются к древнего вида кувшину, чуть дальше француз на велосипеде пытается узнать у окружающих, как ему найти здесь гостиницу. Двухметровый негр в натовском камуфляже с помощью разговорника пытается узнать у аборигена, как проехать до Мургаба…» Стало понятно: монопольного контроля над Таджикистаном у России уже нет. Но вот вернуть ситуацию к распределению сил времен девяностых в Москве явно не прочь.
Плюс ко всему изрядную пищу для размышлений дают и новости за рамками «таджикского трека». Тем более что не стоит забывать старую мудрость: рассматривая отдельные ворсинки, никогда не понять красоты всего ковра. Ситуация в Центральной Азии меняется, и не последнюю роль здесь играет наша страна. Азербайджан активно налаживает связи с Афганистаном. Президент Ильхам Алиев регулярно проводит переговоры с главой Афганистана Ашрафом Гани (очередная такая встреча прошла в рамках саммита НАТО в Брюсселе). Азербайджанская дипломатическая академия готовит для Афганистана дипломатические кадры, наша страна реализует в этой стране проект ASAN. Наконец, страны Центральной Азии проявляют понятный интерес к транскаспийской паромной переправе и железнодорожной магистрали Баку-Тбилиси-Карс, которая вместе с железнодорожными проектами Турции, включая тоннель Мармарай, уже дает возможность выхода на железные дороги Европы в обход России. В ноябре 2017 года представители Афганистана, Туркменистана, Азербайджана, Грузии и Турции в Ашхабаде подписали соглашение о «Лазуритовом коридоре». Таджикистан формально за его рамками, но к новому логистическому проекту здесь присматриваются с понятным интересом.
И вдруг на этом фоне в Таджикистане происходит громкий террористический акт. Да, счет жертв не идет на десятки и сотни, но его политический резонанс может оказаться весьма и семь громким. И хотя, конечно, один инцидент вряд ли разрушит все последние политические «тренды», но теракт и гибель людей — это, простите за цинизм, надежный способ отпугнуть от Таджикистана и туристов, и потенциальных инвесторов.
И на нынешнем фоне у него могут оказаться куда более серьезные «заказчики», чем «Партия исламского возрождения Таджикистана».
Нурани, политический обозреватель
