Азербайджан готовится к формированию собственной модели регулирования криптовалютного рынка на фоне стремительного развития цифровых активов в мире. О том, когда может появиться соответствующий законопроект, какой международный опыт может быть полезен стране и какие возможности и риски несет легализация криптоактивов, Minval поговорил с директором ООО Crypto Consulting и преподавателем Бизнес-школы UNEC Эльнуром Гулиевым.
— Когда ожидается подготовка и принятие законопроекта, регулирующего правовой статус и обращение криптовалют в Азербайджане?
— Правовой статус криптовалют в Азербайджане и ожидаемое принятие законопроекта, регулирующего их оборот, сегодня являются одним из безотлагательных вопросов. Ожидалось, что до конца 2025 года, в том числе в декабре, будет представлен законопроект по регулированию виртуальных активов, однако в тот период мы не дождались презентации проекта общественности.
В то же время известно, что Центральный банк не стоит на месте и формирует институциональные механизмы для управления виртуальными активами. Опубликованные данные также показывали, что Центробанк является одной из основных сторон, участвующих в подготовке законопроекта. Считаю, что теперь главный вопрос тут заключается не столько в том, когда будет принят закон, сколько в том, какую модель он сформирует. Новый закон должен чётко определить правовой статус криптоактивов, деятельность поставщиков услуг виртуальных активов, защиту инвесторов и отношение банковского сектора к этому рынку.
В то же время с правовой точки зрения следует разграничивать использование криптовалюты в качестве инвестиционного актива и как средства платежа. Наиболее оптимальной моделью для Азербайджана должна стать не модель, запрещающая рынок, а приводящая его в прозрачные и контролируемые рамки.
— Может ли новая модель России по регулированию криптовалютного рынка послужить примером для Азербайджана? Какие механизмы из данного опыта и других стран Азербайджан может применить при регулировании своего крипторынка?
— Шаги, предпринятые Россией в направлении регулирования криптовалютного рынка, в определённом смысле являются интересным примером для Азербайджана. Однако применять модель какой-либо страны в Азербайджане в неизменном виде было бы неправильно. Азербайджану также следует учитывать модель MiCA (первый законопроект ЕС, касающийся сферы криптовалют), опыт ОАЭ, Сингапура и Бразилии. Например, MiCA создала единую систему по эмиссии, торговле, прозрачности, лицензированию и надзору за криптоактивами. На мой взгляд, для Азербайджана более целесообразно принятие национальной модели, объединяющей положительные элементы этих моделей. Сюда можно включить лицензирование криптобирж и брокеров, установление требования к капиталу и прозрачности, ведение учёта клиентских активов и принятие стандартов AML/KYC. Можно рассмотреть и разделение инвесторов на профессиональные и розничные категории. Главное тут — относиться к криптовалюте не только как к источнику риска, но и как к новой инвестиционной и финансовой технологии.
Формируя собственную модель, Азербайджан должен сбалансировать интересы инвесторов, финансовой системы и инновационного бизнеса.
— Насколько целесообразно в Азербайджане лицензирование криптобирж и криптоброкеров, определение требований к их деятельности по капиталу, прозрачности и другим параметрам?
— Считаю, что лицензирование криптобирж и криптоброкеров должно стать одним из основных элементов будущего регулирования. Инвестор должен знать, каким правовым статусом обладает платформа, которой он доверяет свои средства, и какой орган контролирует ее. При лицензировании могут быть определены требования по минимальному капиталу, управлению рисками, технической безопасности, AML/KYC и финансовой отчётности. Особо важна и хранение активов клиентов отдельно от собственных средств компании. Это послужило бы защите средств инвесторов в случае банкротства биржи или возникновения других правовых проблем.
В международной практике мы уже видим различные формы этого подхода. Например, рамки MiCA ЕС определяют механизмы авторизации и надзора для поставщиков услуг криптоактивов. Бразилия же в 2025 году установила отдельные правила для поставщиков услуг виртуальных активов, сформировав механизмы их деятельности и контроля. Для Азербайджана главной целью должно быть не создание чрезмерных бюрократических препятствий для входа на рынок, а обеспечение отбора надежных и прозрачных участников.
— Целесообразно ли для защиты криптоинвесторов, особенно розничных, применение инвестиционных лимитов и разделение инвесторов на категории на основе их риск-профиля?
— Защита инвесторов на криптовалютном рынке важно, так как волатильность цен на эти активы может быть выше, чем у традиционных инвестиционных инструментов. В частности, вложение розничными инвесторами всех своих средств в высокорисковые криптоактивы может создать серьезные финансовые риски. Поэтому разделение инвесторов на категории на основе их риск-профиля можно считать целесообразным подходом. Например, оценивать профессионального инвестора и лицо, только вступающее на крипторынок, в одинаковых рамках риска некорректно.
В качестве дополнительного защитного механизма могут применяться и инвестиционные лимиты по определённым высокорисковым продуктам. Однако эти лимиты не должны быть чрезмерно жёсткими, иначе инвестиционные возможности инвесторов могут быть ограничены. Более эффективным механизмом тут является информирование инвестора о риске, тесты на соответствие и применение прозрачных требований к раскрытию информации. В рамках MiCA информирование инвесторов, прозрачность и защита потребителей также являются важными элементами. То есть цель должна заключаться не в том, чтобы помешать гражданину инвестировать в криптовалюту, а в том, чтобы обеспечить полное понимание им того, на какой риск он идёт.
— Какие правовые и регуляторные механизмы должны быть созданы для того, чтобы банки в Азербайджане могли предоставлять услуги по покупке, продаже, хранению Bitcoin и других криптовалют, а также предоставление иных услуг виртуальных активов?
— Выход азербайджанских банков на рынок виртуальных активов может значительно ускорить интеграцию криптовалют в традиционную финансовую систему. Но для этого недостаточно просто дать банкам разрешение «работать с криптой»: должны быть прописаны отдельные правила по конкретным услугам и рискам. Например, для предоставления банками кастодиальных, брокерских и других услуг виртуальных активов могут применяться специальные пруденциальные, технологические требования и требования AML/KYC (правила финансовой безопасности).
Опыт Бразилии здесь особенно интересен. В 2025 году Центральный банк Бразилии установил отдельные правила по предоставлению услуг виртуальных активов, разрешающие поставщикам и институтам деятельность в этой области.
В Европейском союзе же в рамках MiCA банки могут предоставлять услуги криптоактивов при соблюдении определённых процедур и для этого придерживаются требований по внутреннему контролю, сегрегации активов, AML и информационно-коммуникационным технологиям. Для Азербайджана на начальном этапе я считаю целесообразным фокусирование банков не столько на прямой высокорисковой криптоторговле, сколько на кастодиальных кошельках и брокерских услугах. Собственные средства банка и криптоактивы клиента также должны быть полностью разделены. В то же время должны быть определены специальные стандарты по кибербезопасности, адекватности капитала и управлению рисками. Эта модель ограничила бы риски банков и обеспечила бы более безопасную интеграцию криптовалют в финансовую систему.
— Возможно ли создание правовых и технических условий для осуществления в Азербайджане платежей в Bitcoin и других криптовалютах?
— С технической точки зрения принимать платежи в Bitcoin и других криптовалютах в Азербайджане вполне возможно. Главная проблема здесь заключается не в технической, а правовой стороне: как будет определяться налоговый и бухгалтерский статус перечислений. Например, должно быть заранее определено, какой курс будет взят за основу в момент принятия платежа в Bitcoin и как эта операция будет отражена в налоговом учёте. В то же время должны быть урегулированы вопросы AML/KYC, прав потребителей и возврата операций. В международной практике существуют разные модели.
Бразилия в 2025 году связала правила по услугам виртуальных активов с требованиями валютного рынка и международного движения капитала. В ОАЭ же определённые формы платежных услуг с виртуальными активами включены в рамки регулируемой финансовой деятельности. Это показывает, что вместо полного запрета криптоплатежей возможно их интегрирование с существующей системой платежей, валюты и AML/KYC. Для Азербайджана на начальном этапе пилотные применения выглядят более целесообразными, чем широкомасштабная модель по применению криптовалюты всем видам бизнеса. В частности, такие механизмы могут быть протестированы на компаниях, работающих с цифровыми услугами, туризмом и иностранными клиентами. Это и сформирует реальный рыночный опыт, и даст регулятору возможность оценить риски.
— Какие экономические преимущества может создать внедрение криптоплатежей в Азербайджане и наряду с этим какие риски могут возникнуть в сфере финансов, налогообложения, прав потребителей и волатильности цен?
— Основным преимуществом криптоплатежей является создание альтернативного платёжного канала, особенно для международных операций. Однако было бы неправильно ограничивать их экономический эффект только самими платежами. Если в Азербайджане будет создана чёткая правовая база для криптоэкосистемы, вокруг неё возможно появление новых компаний, FinTech-проектов, криптобирж, кастодиальных услуг и платёжных платформ на базе блокчейна. А это может создать условия для появления новых рабочих мест, развития технологического предпринимательства и привлечения новых инвестиций в страну. В долгосрочной перспективе возможно даже формирование собственной местной криптобиржи Азербайджана или специализированных платёжных FinTech-компаний по цифровым активам. С этой точки зрения регулирование криптовалют должно оцениваться не только как регулирование финансового рынка, но и как создание нового сегмента цифровой экономики.
С другой стороны, основные риски связаны с высокой волатильностью цен Bitcoin, AML/KYC, налогообложением, бухгалтерским учётом и правами потребителей. Для определения источника операций с криптоактивами и мониторинга подозрительных транзакций могут потребоваться дополнительный контроль и механизмы блокчейн-аналитики. С точки зрения налогообложения должно быть точно определено, в какой момент и по какому курсу будет признаваться операция, совершённая с криптоактивом.
