Судя по тому, что пишут зарубежные СМИ, в Украине в последнее время стал ощущаться некий разброд мнений относительно того, стоит ли садиться за стол переговоров или целесообразнее продолжить войну. Как пишет британская газета The Times, депутат Верховной Рады от партии «Слуга народа» Марьяна Безуглая обвинила командующих Вооружённых сил Украины (ВСУ) в потерях личного состава в результате безуспешных штурмов. Газета приводит слова украинских политаналитиков, которые считают, что критика украинского генералитета из уст Безуглой является отражением настроений как в офисе украинского президента, так и в некоторых военных кругах.
Если учесть, что речь идёт о президентской фракции, то, согласитесь, что в связи с происходящим не могут не возникнуть некоторые вопросы. За подтверждением информации Minval.az обратился к депутату Одесского райсовета, члену фракции «Европейской Солидарности» Павлу Шандре.
– Что может стоять за подобного рода высказываниями в Верховной Раде в период войны – это проявление демократии, которая, бесспорно, имеет место быть в Украине, или начало каких-то игр с перестановками в силовом блоке с использованием депутатского корпуса?
– В последнее время в Украине чувствуется активизация политического процесса. В обычных условиях этот процесс находит выход в парламентских и президентских выборах. Но в условиях войны выборы провести невозможно, поэтому политический процесс выносится на страницы украинских и зарубежных медиа. Внутри политического и предпринимательского класса Украины есть острое ощущение приближающихся перемен. Но подобные перемены всегда должны иметь точку опоры.
Очевидно, что этой точкой опоры выступают противоречия внутри власти. Их пока ещё нельзя назвать конфликтом, это скорее попытка выиграть право на формулирование новых основ политики государственной власти, попытка упрочить своё влияние на процессы, отодвинув конкурентов. С другой стороны, выход в СМИ депутатов и комбатов говорит о потере каналов коммуникации и информационном вакууме, который присутствует в высших эшелонах украинской политики.
– В международных СМИ появились сообщения о том, что Зеленский не исключает начала мирных переговоров по принципу, например, зерновой сделки, то есть без прямых контактов украинской и российской сторон. Как, по-вашему, насколько реально начало таких переговоров? Кто может выступить в роли посредника — ООН, Турция или какая-либо другая сторона, и, если другая, то какая именно?
– Предложение президента Владимира Зеленского интересное, но сложно осуществимое. Во-первых, опыт диалога Азербайджана и Армении наглядно показывает, что каждый новый внешний актор спешит привнести в переговоры свои собственные интересы, которые очень часто противоречат интересам договаривающихся сторон.
Во-вторых, на сегодняшний день обе стороны сформулировали взаимоисключающие территориальные требования друг к другу. В таких условиях речь о мире идти не может, потому что мир означает признание нового статус-кво в отношениях сторон, а на уступки ни одна из конфликтующих сторон пока не готова. К тому же президент Украины неоднократно декларировал территориальную целостность Украины как базовый принцип переговоров.
– Готово ли, на ваш взгляд, украинское общество на переговоры? Если да, то на какой максимальный компромисс оно может согласиться?
– На сегодняшний день в украинском обществе есть самые разные настроения. Люди устали от войны. Но украинское общество точно не готово к официальному отказу от части украинских территорий. Здесь важна поддержка не только общества, но и военных. Среди военных тоже нет консенсуса. Например, реагируя на интервью президента Владимира Зеленского, начальник штаба Азова Богдан Кротевич заявил, что мир возможен только через победу и эту войну никто следующим поколениям не оставит. А если кто-то попробует, заявил Кротевич, то будет плохо. Таким образом, подобное заявление красноречиво доказывает существование разницы во мнениях не только внутри общества, но и среди военных.
Рауф Насиров
