Сейран Оганян, соучастник Ходжалинского геноцида и бывший министр обороны Армении, решил напомнить о себе. И в беседе с журналистами раскрыл подробности апрельских боев 2016 года. Бывший глава армянского военного ведомства старательно уверял, что армия, дескать, поставленную задачу выполнила, что проблемы с обеспечением боеприпасами, питанием и топливом действительно имели место, но не в том виде, как это преподносится некоторыми деятелями, и вообще, по его словам, боевые действия были прекращены именно благодаря действиям армии. А затем, отвечая на вопрос, были ли военные действия в апреле 2016 года спровоцированы сговором третьих стран, в частности России и Азербайджана, о чем заявлял премьер-министр Армении Никол Пашинян, Сейран Оганян отрезал: «Могу развеять все сомнения. И если речь идет о каком-то сговоре, то имел место исключительно турецко-азербайджанский сговор. Давайте поставим точку на этом».
Намеренно оставим в стороне «разбор» внутриполитических страстей, бушующих сегодня на армянском поле, анализ попыток Никола Пашиняна «навесить» обвинения в некоем сговоре на своих политических противников из числа «карабахцев» и т.д. Воздержимся от экскурсов в историю и не станем подробно рассказывать, как Армения совершала свои территориальные захваты в то время, когда на ее стороне воевали российские регулярные части. Не станем даже с изрядной долей иронии интересоваться у Сейрана Мушеговича, не забыл ли он, как весной 2016 года армянское руководство слезно умоляло Россию вмешаться и как Москва «включала дипломатию», чтобы спасти свой «форпост» от окончательного разгрома. Важно другое. Оганян, занимавший пост министра обороны Армении с апреля 2008 по октябрь 2016 года, прямо и недвусмысленно дал понять: Азербайджан вышиб Армению с высоты Лелетепе без посторонней помощи и того, что, к примеру, в футболе весьма непочтительно именуется «договорняком». Никаких «закулисных соглашений» не было. Произошло другое: изменился расклад сил. Азербайджан создал новую, подготовленную и прекрасно вооруженную армию и продемонстрировал ее в деле. Оставалось только добавить что-то вроде «на войне как на войне» или «фортуна изменчива».
А если чуть-чуть «потянуть за логическую ниточку», то становится понятно и другое. Оганян может, пардон, старательно «вешать лапшу на уши» восприимчивой аудитории и уверять, будто бы армянская армия свою задачу выполнила, но, будучи профессиональным военным, не может не понимать, с какой пугающей скоростью рухнули боевые порядки его армии весной 2016 года. И уж тем более отдает себе отчет, что в окрестностях высоты Лелетепе имела место «точечная операция». А еще демонстрация силы. Азербайджан продемонстрировал свою армию в действии и показал, как сильно изменился в регионе расклад сил. Который уже мало напоминает картину начала девяностых, когда сам Оганян командовал одним из батальонов 366-го полка.
Плюс ко всему Сейран Оганян рассыпал в пух и прах многие мифы армянской пропаганды последних месяцев в весьма чувствительный момент — как раз на фоне очередной встречи министров иностранных дел Азербайджана и Армении в Женеве. Да еще после серии таких заявлений Никола Пашиняна и членов его «команды», что в экспертном сообществе уже открыто озвучивают вопрос: а имеет ли вообще смысл вести переговоры? Можно выстроить десятки версий, что обсуждали Мамедьяров и Мнацаканян в течение 7 часов накануне, что в повестке дня сегодняшней встречи, понадобилось ли столько времени, чтобы объяснить Зограбу Мнацаканяну, что международное право, границы и резолюции СБ ООН никто не отменял, или же сам Зограб Грачевич раскрывал своему азербайджанскому коллеге такие детали армянского закулисья, которые должны были поддержать его «пикирующее реноме» и уверить собеседников, что они имеют дело с серьезным переговорщиком, а не дутой фигурой. Просто заявления Оганяна еще раз напомнили уже новому армянскому истэблишменту: апрельские бои 2016 года показали, что теперь у конфликта есть военное решение. И следующая вспышка боевых действий уже не будет, вероятнее всего, «точечной операцией». И то, что Азербайджан пока еще не дал свое2й армии приказ наступать, еще не значит, что это «пока» очень уж надолго. И если труды военных стратегов и их переложение на южнокавказские реалии — непосильная задача для пашиняновской «команды», то им, скорее всего, доступен для понимания популярный статус в столь любимом Николом Воваевичем Фейсбуке: «Не злите терпеливых людей. Когда у них терпение заканчивается, они сжигают порты, а не корабли»
Нурани, политический обозреватель
