Удастся ли Еревану провести на этот пост своего кандидата?
Армянская община Турции прощается со своим духовным лидером — константинопольским патриархом армянской церкви архиепископом Месропом Муфатяном. Соболезнования выразили президент Турции Эрдоган, его пресс-секретарь Калын, экс-премьер и экс-спикер парламента Турции Йылдырым. Внимание более чем понятно. Во-первых, официальные власти здесь относятся к лидерам местных конфессиональных меньшинств с подчеркнутым уважением. А во-вторых, и «в-главных», Месроп Муфатян был не только авторитетным духовным лидером, но и мудрым политиком, который в годы своего патриаршества выстроил весьма конструктивные отношения с властями Турции.
Как ожидается, похороны пройдут в конце недели. И после истечения 40 дней после смерти патриарха можно будет говорить о выборах его преемника. И вот вокруг этих выборов завязывается нешуточная политическая интрига. Точнее, речь идет не о выборах акак таковых, а о попытках Еревана протащить на этот пост своего кандидата.
Поясним. Сам факт существования в Турции армянской общины, со своими школами, церквями, благотворительной больницей, газетами и т.д., да еще не живущей в состоянии «гетто», а прекрасно интегрированной в турецкое общество, уже входит в сильнейший клинч с усиленно насаждаемыми мифами о «геноциде армян». Попытки раздуть вокруг турецких армян провокационную возню предпринимались и предпринимаются постоянно. Гаро Пайлан с его регулярными провокационными заявлениями то в интервью СМИ, то в турецком парламенте — пример показательный и далеко не единственный. Осенью 2017 года в фокусе внимания армянских СМИ находился некий Севан Нишанян. В Турции он выступал с призывами немедленно признать «геноцид армян 1915 года» и издавал книги в жанре «альтернативной истории», в 2014 году получил 17 лет тюрьмы, после долгих увещеваний правозащитников через три года отсидки был переведен на более мягкий режим, затем сбежал и уже из-за границы публиковал «твиты» такого вот содержания: «Турция в состоянии 1914 года, и конец будет 1918 годом. Надеюсь, что на этот раз не будет проявлено понимание». То есть по сути дела призывал к уничтожению турецкой государственности. Но при этом и в Турции, и за ее пределами понимали: речь идет об отдельно взятых провокаторах, которых, к сожалению, всегда можно отыскать. Можно представить, как заманчиво было бы и в прямом, и в переносном смысле освятить эту провокационную возню именем духовных иерархов константинопольского патриархата армянской церкви, но архиепископ Муфатян в подобные игры не втягивался. И не позволял втягиваться в них другим иерархам армянской общины в Турции.
И вот теперь Муфатян скончался, а политическую «тусовку», причем не только и не столько в Турции, сколько в Армении, интересует другое: кто станет его преемником? Точнее, удастся ли Еревану провести на этот пост своего кандидата? После такого, будем реалистами, соучастие патриархата в политических провокациях, будем реалистами, станет уже делом техники. Вряд ли имеет смысл напоминать, что армянская церковь в Армении всегда была крайне политизирована и куда чаще, чем это положено духовным пастырям, втягивалась в весьма сомнительные дела, начиная от банальной спекуляции импортным ширпотребом еще в советские годы и заканчивая патронироанием армянского террора.
Правда, Эчмиадзин — не единственный «духовный центр». Есть еще «великий дом киликийский», который был создан в семидесятые годы в качестве альтернативы «советскому» Эчмиадзину в ливанском Антилиасе. Но сегодня в Ереване активно «сближают позиции», премьер-министр Армении на днях принимал одновременно эчмиадзинского католикоса Гарегина II и киликийского — Арама I. Так что здесь вряд ли возникнет большое соперничество. Тем более что заказчиков у этой возни предостаточно, и не только в Ереване, но и в Москве, чьим форпостом была и остается Армения.
В самом деле, разговоры о «потеплении» между Москвой и Анкарой успели уже набить мозоли на ушах, но российские «стратегические планы», где Турции отводится роль мишени, а не союзника, вряд ли убраны в дальние уголки сейфов. Захват Крыма, самой удобной точки базирования Черноморского флота на случай удара с моря по Босфору, стремление России укрепить свои позиции в Сирии вообще и недавние «анонимные» бомбовые удары по Идлибу в частности — «информации к размышлению», как и косвенных доказательств, предостаточно. Эрдоган ведет, конечно, свою тонкую игру в полном соответствии с советом «держать друзей близко, а врагов — еще ближе», и продолжает «обнадеживать» Москву, по крайней мере пока не «зачищено» сирийское приграничье, но «генеральные» тренды здесь остаются прежними.
На этом фоне у выборов нового константинопольского патриарха нет даже теоретических шансов остаться сугубо «внутрицерковным» вопросом.
Строго говоря, острая борьба за будущий патриарший престол разгорелась еще при жизни Муфатяна. Ныне покойный патриарх уже несколько лет страдал болезнью Альцгеймера, а в последнее время находился в коме. Разговоры о том, что надо бы заранее определить его преемника, тоже идут давно. Назван, собственно говоря, и преемник — архиепископ Арам Атешян, который в последнее время и руководил работой патриархата.
Но, как того и следовало ожидать, категорически против него выступили в Ереване. Ашетяна тут же объявили «человеком Эрдогана». Сначала на этот пост попытались возвести Гарегина Бекчяна, главу епархии армянской церкви в Германии (по «случайному совпадению», именно там наиболее сильны позиции российского, точнее, «газпромовского» лобби). Но в конце концов он вынужден был покинуть Турцию, заявив. что не желает, мол, «политизации» процесса. Теперь у Эчмиадзина новый фаворит — архиепископ Сепух Чулджян, глава Гугаркской епархии армянской церкви.
Эксперты, однако, советуют не забывать: решающее слово все равно останется за армянской общиной Турции, которой вряд ли хочется втягиваться в сомнительные и весьма опасные игры. Не говоря о том, что есть такая реальность, как турецкое министерство по делам религий, и действовать наперекор ему у ереванских церковных интриганов вряд ли получится. Но вот для провокаций и опасной мышиной возни вполне хватит и тех сил, которыми они уже располагают. И уж тем более никто не отменял попыток компенсировать слабость позиций радикализмом действий. Особенно с учетом существующих в армянской среде традиций террора и политического насилия. Недостаточно радикальных иерархов армянской церкви дашнакские террористы безжалостно убивали еще в начале ХХ века. Другое дело, что турецкие правоохранительные органы не зря едят свой хлеб, и такие сценарии в современной Турции вряд ли пройдут. Даже если этого очень хочется их внешним заказчикам.
Нурани, обозреватель
