Приход к власти в Венгрии нового премьера Петера Мадьяра может стать поворотным моментом для внешней политики этой страны, которая при прежнем главе правительства Викторе Орбане долгие годы отличалась самостоятельным и нередко конфликтным курсом в рамках Европейского союза. Новый премьер декларирует намерение восстановить отношения с Брюсселем, однако остаётся открытым вопрос, приведёт ли это к отказу от многовекторной политики или же Будапешт сохранит прагматичный баланс между ЕС, Россией, Турцией и партнёрами на Южном Кавказе.
О том, как может измениться внешнеполитическая стратегия Венгрии, чего ожидать в отношениях с Азербайджаном и какую роль будут играть энергетика и геополитика, в интервью Minval Politika рассказал ведущий советник Центра анализа международных отношений Султан Захидов.
— Как приход к власти Петера Мадьяра может повлиять на внешнеполитические приоритеты Венгрии: будет ли новый премьер дистанцироваться от курса Виктора Орбана с его более самостоятельной линией в рамках ЕС, или можно ожидать усиления координации Будапешта с Брюсселем?
— Приход Петера Мадьяра к власти на венгерских выборах, безусловно, повлияет на приоритеты внешней политики Венгрии. Хотя его избирательная кампания в основном была сосредоточена на внутренних вопросах, таких как решение экономических проблем страны, борьба с коррупцией и повышение качества государственных услуг, Мадьяр ясно дал понять, что одним из его ключевых внешнеполитических приоритетов станет восстановление отношений с Европейским союзом, которые были ухудшены из-за политики Орбана.
Хотя сам Петер Мадьяр ранее был сторонником партии «Фидес», он разорвал связи с ней в 2024 году после скандала, связанного с президентским помилованием чиновников, и впоследствии ушёл с государственных должностей. После этого он начал политическую кампанию против Орбана, критикуя его антиевропейский и пророссийский курс. В результате его часто называют проевропейским политиком, и он получил значительную поддержку со стороны представителей ЕС. Председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен, а также лидеры Польши, Франции и Германии были среди первых, кто его поздравил, что рассматривается как косвенный сигнал политической поддержки со стороны Европы. После того как его победа стала очевидной, Мадьяр заявил, что сначала посетит Варшаву, а затем Брюссель.
Одной из его главных внешнеполитических задач, как он отмечал в ходе кампании, станет разблокирование 18 млрд евро средств ЕС, предназначенных для Венгрии и замороженных из-за политики Орбана. Сроки получения этих средств ограничены, поэтому новому руководству придётся оперативно провести необходимые реформы и убедить Брюссель в приверженности Венгрии ценностям ЕС.
— В период правления Орбана Баку и Будапешт демонстрировали высокий уровень политического диалога. Сохранится ли эта динамика при новом руководстве?
— Что касается перспектив отношений между Венгрией и Азербайджаном, которые достигли наивысшего уровня в период правления Орбана, считаю, что серьёзных потрясений в этих отношениях не ожидается, хотя Петер Мадьяр в большей степени ориентирован на сближение внешней политики Венгрии с позицией Европейского союза. В ходе кампании он не уделял значительного внимания отношениям с Азербайджаном и другими государствами, поскольку его внешнеполитическая повестка была сосредоточена главным образом на ЕС, НАТО, США, России и Украине.
Существует лишь одно интервью, которое он дал в феврале текущего года, где Мадьяр критиковал Орбана за предпочтение тесных связей с Россией и рядом постсоветских государств, включая Казахстан и Азербайджан, вместо Европейского союза. Это отражает различие между Орбаном и Мадьяром во внешней политике: Орбан проводил многовекторный курс, основанный на балансе между Востоком и Западом, тогда как политика Мадьяра будет более западноориентированной и соответствующей позиции ЕС.
Тем не менее, если он будет следовать заявленному прагматичному подходу, ему придётся учитывать геополитическую и геоэкономическую значимость Азербайджана, особенно в контексте энергетической безопасности ЕС и евразийских транспортных проектов. Это означает, что Венгрия при Мадьяре, возможно, не будет так сильно поддерживать Азербайджан, как это было при Орбане, когда ЕС блокировал выделение средств Армении в рамках механизма Европейского мирного фонда, но тем не менее не поставит под угрозу свои экономические и энергетические интересы и, следовательно, сохранит связи как с Азербайджаном, так и с Турцией.
В целом, следует отметить, что внешнеполитические приоритеты лидеров часто меняются в зависимости от геополитической ситуации, дипломатии и других факторов. Поэтому, если Венгрия будет стремиться снизить зависимость от российской энергетики, значение Азербайджана как поставщика энергии будет возрастать, что должно отражаться и на межгосударственных отношениях.
— Какими Вы видите отношения Будапешта с Москвой при Мадьяре?
— Об отношениях между Россией и Венгрией в период правления Петера Мадьяра можно сказать, что они не будут такими тесными, как при Орбане, хотя это не означает их полного разрыва. Следует отметить, что в ходе избирательной кампании Мадьяр критиковал Россию за вмешательство в дела Венгрии и попытки превратить страну в зависимое государство. В своих выступлениях он также обращался к историческому контексту, особенно к событиям 1956 года, когда Венгрия восстала против советской власти. Одним из лозунгов его сторонников был «Ruszkik, haza!», что в переводе означает «Русские, идите домой!». Это отражает недоверие Мадьяра к России и его стремление изменить пророссийский курс внешней политики Венгрии. Он также заявлял, что Венгрия будет постепенно снижать зависимость от российской энергетики, однако этот процесс будет длительным и, по его оценкам, не может быть полностью завершён до 2035 года.
При этом такая позиция не означает разрыва отношений с Россией или перехода к конфронтации, учитывая прагматичный подход, который он отстаивает.
— А с Киевом?
— В отношениях между Венгрией и Украиной Мадьяр занимал достаточно сдержанную и осторожную позицию. Это связано с тем, что Орбан в ходе кампании критиковал его за возможное втягивание Венгрии в российско-украинский конфликт. Перед выборами я находился в Венгрии и лично видел билборды вдоль дорог, на которых были изображены Мадьяр, Урсула фон дер Ляйен и Владимир Зеленский рядом с венгерским солдатом. Эти материалы были частью правительственной информационной кампании, направленной на формирование представления о том, что в случае победы Мадьяра Венгрия может быть вовлечена в войну. Поэтому Мадьяр не делал акцента на прямой поддержке Украины, а сосредоточился на необходимости прекращения огня и достижения мира. При этом он подчёркивал, что Венгрия не будет направлять вооружения или военных в Украину и не поддержит ускоренное вступление Украины в ЕС, что также отражает его осторожный и прагматичный подход.
В то же время косвенная поддержка Венгрии Украине может проявиться, как только новое правительство разблокирует выделение Украине 90 млрд евро, которые ранее было заблокированы Орбаном.
— Как при Мадьяре может измениться подход Венгрии к участию в Организации тюркских государст (ОТГ): сохранит ли Будапешт прежний уровень вовлечённости, либо возможна корректировка этого направления?
— Наконец, говоря о перспективах участия Венгрии в ОТГ, можно сослаться на февральскую речь Мадьяра, где он критиковал Орбана за предпочтение Организации тюркских государств Европейскому союзу, предоставляя Венгрии статус наблюдателя в этой организации. Это свидетельствует о том, что проевропейская линия во внешней политике Мадьяра возьмет верх и ограничит его действия на других региональных форумах. Тем не менее Мадьяр также говорил об укреплении тесных связей с НАТО, и здесь роль Турции как одного из важных игроков в НАТО не следует недооценивать.
Кроме того, как я уже упоминал, геоэкономические и энергетические факторы могут заставить Мадьяра пересмотреть свою стратегию в отношении ОТГ, поскольку политика диверсификации энергоснабжения Венгрии во многом зависит от ее отношений со странами-членами организации. Не следует забывать и о том, что Мадьяр также критиковал Орбана за чрезмерную зависимость от российских энергоносителей и отсутствие целесообразной диверсификации энергетической политики. Поэтому, не думаю, что Венгрия при Петере Мадьяре кардинально изменит свою политику в отношении Организации тюркских государств, даже несмотря на то, что её участие может быть не таким активным, как в прошлые годы.
