В России продолжают проявляться последствия санкций. РосСМИ публикуют список брендов, прекративших работу в Российской Федерации. Уже закрылись магазины Apple, H&M, Hermes, Acne Studios, Swarovski, Golden Goose, и это далеко не полный список. Прекратили поставки своей продукции ведущие автомобильные бренды. Уходит с рынка частная почтовая служба Fedex. Отказываются от поставок на российский рынок ведущие производители алкоголя.
Еще накануне в русскоязычном секторе соцсетей натужно шутили: дескать, российские мужчины благодарны Apple, что та закрыла свои магазины как раз перед 8 марта, и теперь джентльменам не придется тратиться на айфоны и айпады по случаю Международного женского дня. Сегодня юмора поубавилось. Во-первых, список получается слишком длинный. Во-вторых, с российского рынка уходят не только поставщики модных платков, бижутерии или «блузок-кофточек», но и, к примеру, автомобилей, а это и грузовики, и спецтранспорт, включая автомобили «Скорой помощи», и т.д. В-третьих, с рынка уходят поставщики микрочипов, включая Intel, программного оборудования, в том числе Microsoft, крупнейший поставщик программного обеспечения в сфере строительства и машиностроения — AutoDesk… Российские заводы останавливают сборку моделей, которые вроде бы считались российскими, но производились с использованием импортных комплектующих, прежде всего электроники.
Но самое тяжелое — финансовые санкции. Семь ведущих банков уже отключены от SWIFT, и не исключено, что этот список будет расширен. Сокращаются закупки нефти и газа. На земле 4/5 авиапарка.
И тем более показательно, что в России заявляет о себе «олигархическая фронда». Крупные бизнесмены уровня Олега Дерипаски и Вагита Алекперова выступают с призывами к миру, переговорам и скорейшему прекращению войны. Не то чтобы фигуранты российской части списка Forbes заблуждаются насчёт того, насколько важна для их благополучия близость к Кремлю. И вряд ли озабочены только тем, чтобы «смягчить» отношение Запада к себе, любимым, и своим компаниям. Просто эти самые олигархи по вполне понятным причинам куда лучше, чем среднестатистическая «бабушка из очереди», знают, как работает мировая экономика, что означают введённые против России санкции, и что закрытие магазинов ведущих мировых брендов в России — это не проблема. Проблема, что в условиях финансовой нестабильности, отключения крупнейших банков от SWIFT, падения рубля и т.д. продавать что-либо в России — и в Россию! — становится весьма проблематично. На повестке дня — массовые увольнения, рубль, который будет неумолимо обесцениваться, дефицит на все, пустые полки и т.д. Как утверждают, в России набирает популярность поисковый запрос «как живут в Северной Корее». Но не менее показательном является пример Венесуэлы — с первым местом в мире по запасам нефти, самой обесценившейся в мире национальной валютой — боливаром, «голодными бунтами», острейшим дефицитом самых необходимых лекарств и прочими «прелестями».
Понятно и другое. Война в Украине и «санкционно-финансовый шок» в России создают риски и для других стран, включая даже тех, кто сам эти санкции вводит. Азербайджан здесь даже теоретически не может быть исключением. Вопрос в степени этого риска.
Да, у нашей страны обширные экономические связи с Россией, многообещающее сотрудничество с Украиной, у Киева закупали зерно, в Россию экспортировали сельскохозяйственную продукцию, и теперь все эти экономические проекты оказываются в зоне риска. Но Азербайджан остается самостоятельным игроком на рынке. И если нет возможности закупить пшеницу в Украине, то ее можно приобрести в Казахстане, в Канаде, в США или еще где-нибудь. Россия регулярно вводила «необъявленные санкции» против азербайджанской сельхозпродукции, находя, к примеру, в помидорах таких «вредителей», которых там не могло быть в силу ботанических реалий, и в результате в Баку уже не первый год работают над расширением географии своего сельскохозяйственного экспорта.
Да, это может быть дороже, сопряжено с известными логистическими трудностями, но Азербайджан сохраняет главное — свободу рук, доступ к собственным резервам, пространство для маневра, не говоря о том, что главные статьи экспорта — нефть и газ —не под ударом. И самое главное, Азербайджан за последние годы многократно снизил масштабы трудовой миграции в Россию. Штампы в стиле «в России зарабатывают на хлеб три миллиона азербайджанцев» (хорошо что не все 10 или не 30) звучат эффектно, но слишком уж оторваны от реальности. А это значит, что риск для нашей страны, конечно, существует, но гораздо меньше, чем для тех же Таджикистана, Киргизстана и тем более Армении, где действительно до трети семей выживает за счет частных переводов из-за рубежа, прежде всего из России. Как минимум это означает, что дядя Ашот, работая штукатуром на московской стройке, по-прежнему будет посылать домой энную сумму денег в рублях, но из-за падения курса рубля в пересчете на драмы это уже будет на две трети меньше. Как максимум, экономический коллапс, закрытие производств, падение уровня жизни «выплюнут» из России и многих «гастарбайтеров», которые будут терять работу куда быстрее, чем местные граждане.
И самое главное, под ударом на фоне всех неприятностей оказывается та уже «государственная» помощь, которую Москва оказывала и оказывает Еревану. Просто потому, что в ближайшем будущем Кремлю будет просто не до ереванских капризов и всхлипываний. И, учитывая степень зависимости Армении от России, для нее это уже катастрофа.
А тем временем за рубежом уже звучат предложения распространить санкции на весь ЕАЭС, включая Армению. Пойдёт ли дело дальше идей и предложений, вопрос открытый, но если Армения будет использоваться для обхода санкций, наложенных на РФ, то опасность угодить под собственные «рестриктивные меры» для нее многократно возрастёт Тем более что прецедент уже создан — с закрытием европейского неба для армянской авиации.
И вот это уже серьезно.
Нурани, обозреватель Minval.az
