Элемент игры в политике не только имеет место быть, в отдельных случаях он очень даже оказывается к месту. С его помощью снимается напряженность, достигается разрядка, открывающая дорогу к долгожданным прорывам, иной раз помогает восстанавливать сожженные мосты. Но все хорошо в меру.
Никол Пашинян на глазах превращает игру из второстепенного компонента в заглавное звено. Так, позиционирование армянского премьера все больше обрастает компонентами театральности, смахивая на дешевое шоу.
Если бы это приносило легкость или на худой конец ясность, то Бог с ним. Беда в другом. Заигравшись c улицей и горсткой романтиков-единомышленников, он все глубже уходит в стихию иллюзий, и ему кажется, что все его выкрутасы и нелепости воспринимаются с пониманием.
При упоминании его имени нервно вибрируют уже не только оппоненты, но и сторонники. Многие не могут взять в толк, как умудряется человек с полномочиями отдаляться от насущных проблем, все глубже погружаясь в стихию абсурда. И всему причиной сакраментальное заявление — «выстроить прямую дорогу к демократии».
Тут просматривается маленькое рациональное зерно, если вспомнить, что курс предыдущего руководителя Сержа Саргсяна и впрямь был неполноценным. В остальном озвученный клич открывает широкие врата в поле экспериментов, где Пашинян чувствует себя вольготно.
Видать, ему в рабочем кабинете, нет, не тесно, а муторно, ибо по нему плачет миссия массовика-затейника. В лучшем случае предводителя уличной колонны. Он не случайно грозится облачиться в камуфляжную форму, угрожая оппонентам. Как видно, улица из него никак не выйдет.
Постоянно угрожает улицей всем, кто не соответствует его представлениям в государственном управлении. А оппозиционеры в открытую подтрунивают, справедливо указывая на укореняющееся двоевластие. При наличии законного парламента второй, уличный вызывает опасения. Дубляжное народовластие – еще один армянский феномен, не имеющий аналогов. Может Пашинян и в самом деле метит в Книгу рекордов Гиннеса. Если да, то успех не в состоянии превратиться в противоядие от многочисленных проблем.
Уж не думает ли премьер, что вырученный народный кредит бессрочный и беспроцентный?! Такой чести в большой политике еще никто не удостаивался.
В условиях, когда действует Национальное собрание, уполномоченное принимать решения, народный (уличный) не только ничего не решает, но и рушит остатки порядка и субъектности. Поддакивание площади, принося эмоциональные дивиденды, воспринимается Пашиняном, как дубина, способная сразить несогласных. Но если даже так, инструмент народного доверия, как фактор, это крайне хрупкое средство, которое может вмиг раствориться. Тем более в условиях, когда острые проблемы страны пущены на самотек. Сами собой они, естественно, не решатся.
Угрозы, которыми премьер сотрясал ереванский воздух в последние дни, вновь подтвердили, что улица остается последним пристанищем Пашиняна. Он при каждом эксцессе приноровился выходить в народ и разогревать костер страстей. Насколько подобная метода вяжется с выполнением премьерских функций?
Судьба антикризисной программы, которой все еще нет, экстраординарных решений по болевым вопросам, которых пруд пруди, острой Карабахской дилеммы не может быть прерогативой толпы.
Открываясь публике, премьер обнажает собственную интеллектуальную и управленческую несостоятельность. Вот почему охотно вступает в перепалки с противниками. Этим он растрачивает полезное время на суету, и без того беспокойное армянское море (не путать с Севаном) выходит из берегов, что не сулит ничего обнадеживающего.
В плоскости Карабахского кризиса его видения не вписываются в орбиту адекватности. Гневно обрушиваясь на предшественника, обвиняя его в готовности «уступить территории вокруг Карабаха Азербайджану без каких-либо гарантий относительно статуса конфликтного региона», Пашинян не приемлет принципа «отвергая, предлагай». Используя гремучий микс демагогии и популизма, прячется за прозрачной ширмой.
Мало того, что боится подступиться к насущной теме, еще и бравирует топорной непоколебимостью, полагая, будто вымоленный у Москвы стомиллионный оружейный кредит станет панацеей от тысячи бед.
Спору нет, Пашинян получил в наследство неподъемный груз, под тяжестью которого реально загибается страна. Вместо того чтобы, проворно переключиться на главное, ударяется в мелкую возню, не осознавая, что политическим недругам выгодно выключать его из активной функции.
Его базовых возможностей не достает для полноценного управления, не по Сеньке шапка. А более матерые интриганы успели нащупать его слабости, вот и навязывают то, на что премьер охотно клюет. И кто же виноват?
Искушенный в политике человек никогда не дает себя завлекать в игрища и размениваться на мелочи. Был бы тертым калачом, взялся бы за Карабах, который стал генератором всех армянских бед. Однако Пашинян пошел своим путем. Он в своей игре. Только вот в чем вопрос — насколько продолжительной она окажется?
Тофик Аббасов, обозреватель Minval.az
