Накануне COP17 в Армении вопрос биоразнообразия республики неизбежно выходит за пределы одной страны. И одна из наиболее показательных проблем — вода. Речь идет не просто о состоянии отдельных рек или озер, а о системном водном стрессе, который затрагивает сельское хозяйство, энергетику и экосистемы, а также имеет последствия для соседних государств.
Всемирный банк прямо характеризует Армению как страну, испытывающую водный стресс. В Араратской долине объем забора подземных вод для коммерческого рыбоводства и орошения превышает их ежегодное естественное восполнение. Одновременно разрешенные сбросы воды из озера Гёйча для нужд орошения значительно превышают исторический уровень естественного стока.
Особенно показателен в этом отношении Гёйча. Озеро является крупнейшим внутренним водоемом Армении и играет ключевую роль в обеспечении страны водой, сельском хозяйстве и энергетике. Именно поэтому оно оказывается под постоянным давлением хозяйственных потребностей.
В 2023 году власти Армении разрешили дополнительный забор воды из Гёйчи для орошения, что вызвало дискуссию об экологических последствиях такого решения. Само сочетание водного дефицита и необходимости регулировать водозабор из главного озера страны показывает, насколько тесно здесь связаны вопросы водоснабжения и состояния экосистемы.
При этом ситуация не сводится к простому утверждению о том, что Гёйча постоянно высыхает. По данным армянского правительства, в 2026 году объем воды, забранной из озера для орошения, составил 75,3 млн кубометров, что составляет самый низкий показатель за последние 65 лет. Для сравнения, в минувшем году было забрано 180,1 млн кубометров. Одновременно через тоннель Арпачай-Гёйча в 2026 году в озеро было переброшено 183,5 млн кубометров воды, а его уровень за год вырос на 21 сантиметр.
Эти цифры важны, поскольку речь идет об уязвимой системе, состояние которой во многом зависит от искусственного регулирования поступления и изъятия воды.
При этом проблема гораздо шире одного Гёйчи. Всемирный банк указывает, что потери воды в ирригационных системах Армении достигают 67%, а в муниципальных системах в среднем составляют около 70% объема поставок. На фоне изменения климата ситуация может ухудшиться, поскольку к 2050 году в некоторых бассейнах дефицит воды для орошения может составить более 50% от необходимого объема. Одновременно изменение климата будет сокращать доступность воды и создавать дополнительные риски для сельскохозяйственного производства.
Таким образом, Армения сталкивается сразу с несколькими взаимосвязанными факторами: ограниченными запасами воды, большими потерями в инфраструктуре, чрезмерной эксплуатацией отдельных источников и изменением климата.
Еще один показатель нагрузки на водную систему — ситуация в Араратской долине. Добыча подземных вод для рыбоводства и орошения здесь превышает естественное восполнение. Это создает риск истощения ресурса, который должен восстанавливаться значительно медленнее, чем используется.
Есть у этой проблемы и трансграничное измерение. Армения находится в бассейнах рек, связанных с Курой и Аразом, а состояние трансграничных вод зависит не только от действий одной страны. В исследованиях Всемирного банка по управлению водными ресурсами региона отмечаются проблемы качества трансграничных вод, в том числе загрязнение рек сельскохозяйственными стоками, а также риски, связанные с горнодобывающей деятельностью и общими подземными водоносными горизонтами. К слову, в отношении перечисленных вопросов Баку неоднократно привлекал внимание международной общественности.
Еще один показатель экологического неблагополучия — состояние растительности вокруг Гёйчи. Летом 2023 года в армянском национальном парке высохли более 8 тысяч сосен, еще около 10 тысяч деревьев оказались под угрозой высыхания. Эта деталь важна для оценки состояния экосистемы Гёйчи. Экологическая угроза не обязательно связана с промышленным загрязнением, потому что продолжительная засуха, дефицит воды и изменение гидрологического режима также способны приводить к деградации растительности и отражаться на биоразнообразии всего региона.
Для Азербайджана ситуация особенно чувствительна, так как 19–20,6 км³ водных ресурсов страны формируется за пределами ее территории. При этом Кура и Араз сталкиваются с проблемами качества воды при поступлении в Азербайджан. В документах ВБ указываются повышенные концентрации различных химических элементов и соединений, а для Араза отдельно отмечается повышенный уровень загрязнения при поступлении с территории Армении.
Иными словами, водная безопасность Азербайджана в значительной степени зависит от того, что происходит выше по течению. Известно, что основные водные источники страны — Кура, Араз и Самур — берут начало за пределами Азербайджана и подвержены рискам чрезмерного использования и загрязнения. Именно поэтому водные ресурсы нельзя рассматривать исключительно как внутреннее дело одной страны. Государство верхнего течения принимает решения о водозаборе, ирригации, использовании подземных вод и строительстве гидротехнических объектов, однако последствия таких решений могут распространяться вниз по бассейну.
Принципиальная особенность здесь в том, что вода может использоваться в рамках национальной юрисдикции, но сама водная система национальных границ не признает. Чем сильнее дефицит воды, тем важнее регулярно обмениваться данными о том, сколько воды забирается из рек и подземных источников, как меняется их уровень и насколько загрязнена вода.
Эффективное управление такими ресурсами требует не только национального законодательства, но и постоянного сотрудничества государств бассейна. Это особенно актуально на фоне изменения климата и роста нагрузки на водные системы. Всемирный банк прямо связывает будущую доступность воды в Азербайджане с объемом водозабора в соседних странах, климатическими изменениями и действиями государств, расположенных в одном бассейне.
На этом фоне разговор о биоразнообразии нельзя сводить исключительно к охраняемым территориям и редким видам. Экосистема начинается с воды, а ее объем и качество определяют состояние лесов, сельскохозяйственных земель, рыбных ресурсов и водно-болотных угодий.
Именно поэтому Гёйча, Араратская долина, трансграничные реки и подземные воды — фактически элементы одной экологической проблемы. Для Армении это вопрос устойчивости собственной экономики и природной среды. Для Азербайджана же — еще и вопрос водной безопасности.
И потому проведение COP17 в Армении неизбежно ставит перед принимающей страной вопрос, который выходит далеко за пределы протокольной повестки конференции. Насколько последовательно можно говорить о защите биоразнообразия, если водные ресурсы региона требуют общего, а не исключительно национального подхода? Вода не заканчивается на границе. А значит, и экологическая ответственность не может заканчиваться вместе с ней.
