Пашинян, похоже, решил использовать любую подходящую возможность, чтобы постепенно сократить зависимость Армении от России. И такая возможность вновь подвернулась 9–10 сентября. Формально армянский премьер отправился во Францию для участия в первом Международном космическом саммите.
Впрочем, трудно было ожидать, что страна с весьма скромной космической программой посвятит двухдневный визит в Париж исключительно разговорам о космосе. Уже вечером 9 сентября Пашинян отправился в Елисейский дворец на отдельные переговоры с Эммануэлем Макроном. И там разговор быстро вышел далеко за пределы спутников и космических технологий.
Интересно и то, что буквально накануне поездки Пашиняна в Париж в Ереване сменился французский посол. 5 сентября к работе приступил Флориан Эскюдье, сменивший Оливье Декоттиньи, при котором особенно заметно активизировалось франко-армянское военное сотрудничество. Выбор преемника тоже оказался вполне характерным. Эскюдье ранее занимался в том числе вопросами стратегической безопасности и кибербезопасности.
Да и сам новый посол довольно быстро объяснил, чем намерен заниматься в Ереване. Уже 7 сентября он заявил о намерении вывести отношения двух стран на «беспрецедентный уровень», отдельно назвав среди приоритетов экономическую дипломатию и оборонное партнерство. Так что после майских деклараций Париж, судя по всему, намерен переходить к более практической работе.
Одним из первых таких проектов должен стать Баргушатский тоннель. Он войдет в участок Сисиан–Каджаран коридора «Север–Юг» и значительно улучшит сообщение между центральной частью Армении, Сюником и далее Ираном. В Ереване рассчитывают таким образом сохранить надежный собственный маршрут на юг и снизить зависимость от будущих транспортных коммуникаций через Азербайджан.
Франция как и ожидалось оказалась рядом. В строительстве участвуют французские VINCI Construction Grands Projets и Razel-Bec, а Пашинян и Макрон 9 сентября отдельно обсудили необходимость скорейшего начала работ.
Конечно, для Парижа подобные проекты отнюдь не благотворительность. Франция последовательно стремится уменьшить зависимость Армении от Азербайджана и Турции в вопросах безопасности и коммуникаций и одновременно получает возможность закрепиться в стратегической инфраструктуре Южного Кавказа. Чем больше Ереван нуждается в альтернативных партнерах, тем больше пространства появляется здесь у самого Парижа.
Еще интереснее выглядит обсуждавшаяся Пашиняном и Макроном «диверсификация армянской экономики». За этим довольно нейтральным термином скрывается одна из главных проблем нынешней внешней политики Еревана. Политически Армения все активнее движется в сторону ЕС, но экономически по-прежнему тесно связана с Россией и остается членом ЕАЭС. Поэтому европейский курс требует вполне материальных вещей — новых рынков, инвестиций, источников финансирования, технологий и инфраструктуры, способных постепенно заменить часть российских связей.
И здесь особенно интересны сроки поездки. Всего за восемь дней до встречи с Макроном Пашинян встречался в Бишкеке с Владимиром Путиным. Тогда армянский премьер заговорил о необходимости «переформатирования» отношений с Россией с учетом новых условий. Стороны договорились продолжить разговор уже в Москве.
Получилась любопытная последовательность: Бишкек — Париж — Москва.
Перед новым разговором с Путиным Пашинян фактически отправился в Париж выяснять, насколько Франция готова подстраховать Армению в случае дальнейшего охлаждения отношений с Россией. Чем больше Париж сможет предложить Еревану в сфере экономики, обороны, технологиях и инфраструктуре, тем меньше у Москвы останется рычагов давления на армянское руководство. Причем экономика — лишь часть этой истории. Еще в мае Франция и Армения договорились расширять взаимодействие в области военных технологий и оборонных систем. Теперь к этому добавляется и космос. А современные космические технологии — это уже давно не только спутники ради науки. Это связь, навигация, наблюдение, разведка и целый набор технологий двойного назначения.
Франция охотно открывает для Армении и эту дверь. Парижу выгодно теснее привязать Ереван к собственным и европейским технологическим проектам, дополнив ими уже растущее французское присутствие в армянской обороне и инфраструктуре.
Впрочем, амбиции Парижа начинают раздражать уже не только Москву. Франция пытается использовать космическую сферу и для продвижения собственной идеи европейской стратегической автономии, в том числе от США. Накануне саммита дело дошло до того, что американская администрация стала оказывать давление на компании США, добиваясь их отказа от участия в парижском мероприятии.
Получается, что Макрон играет сразу на нескольких досках. Под лозунгом европейской автономии Париж пытается потеснить американское технологическое доминирование, а через расширение сотрудничества с Арменией — укрепить собственные позиции на Южном Кавказе и еще немного сузить пространство российского влияния. Армения в этой комбинации оказывается весьма удобным партнером.
Но и Пашинян здесь вовсе не пассивный объект французской политики. Он фактически подыгрывает Парижу там, где французские амбиции совпадают с его собственными интересами. Чем активнее Франция входит в армянскую оборону, инфраструктуру, экономику и технологии, тем больше у Еревана появляется альтернатив России. А тесные отношения с Макроном дают Пашиняну еще и влиятельного союзника внутри ЕС, поддержка которого будет особенно нужна по мере дальнейшего продвижения Армении по пути евроинтеграции.
В результате ситуация входит в зону неопределенности, и многое теперь будет зависеть от того, во что на практике выльются договоренности с Парижем. Пашинян явно пытается играть с Францией вдолгую, постепенно создавая альтернативу прежней зависимости от России. С Москвой же его тактика пока выглядит значительно проще. Очевидно, действуя по принципу «нам бы день продержаться да ночь простоять», Пашинян пытается сохранить отношения с Москвой ровно настолько, насколько это необходимо, пока французская и европейская альтернатива не приобретет более реальные очертания.
