Объявленное 22 июля американо-саудовское соглашение в сфере атомной энергетики вызвало серьезную обеспокоенность среди экспертов по нераспространению ядерного оружия. Сделка, рассчитанная на 30 лет, открывает американским компаниям путь к развитию ядерной инфраструктуры Саудовской Аравии, но одновременно может предоставить королевству возможность самостоятельно обогащать уран.
Хотя соглашение еще рассматривает Конгресс США, уже звучат опасения, что Вашингтон ослабит свой «золотой стандарт» — наиболее жесткие требования к партнерам в ядерной сфере. Это может подтолкнуть и другие страны Ближнего Востока добиваться аналогичных прав.
Неопределенности добавили заявления Дональда Трампа. Уже на следующий день после объявления сделки он сказал, что ее реализация зависит от нормализации отношений Саудовской Аравии с Израилем в рамках «Авраамовых соглашений», и подчеркнул, что «никакого обогащения урана не будет». Кроме того, появились сообщения о секретных дополнительных протоколах к соглашению, содержание которых неизвестно.
Тем не менее главный вопрос уже не в том, будет ли Саудовская Аравия развивать ядерную программу, а в том, как сделать это без запуска гонки ядерных вооружений на Ближнем Востоке.
Королевство завершает строительство исследовательского реактора и рассматривает предложения Китая, Франции, России и Южной Кореи по строительству двух АЭС. Несмотря на затянувшиеся переговоры с США, Эр-Рияд намерен как можно быстрее приступить к реализации своей ядерной программы.
Эксперты считают, что Вашингтону следует отказаться от поддержки национальной программы обогащения урана в Саудовской Аравии и вместо этого создать на территории королевства региональный банк ядерного топлива под международным контролем. Такой механизм снизил бы риски распространения чувствительных технологий и одновременно принес бы стратегические выгоды США и странам региона.
Если же США не предложат альтернативу, они могут фактически способствовать появлению сразу нескольких национальных программ по обогащению урана на Ближнем Востоке, что значительно повысит риск региональной ядерной гонки.
Эксперты по нераспространению считают опасения вполне обоснованными. Еще в 2018 году наследный принц Мухаммед бин Салман заявил, что если Иран создаст ядерное оружие, Саудовская Аравия последует его примеру. В 2025 году Эр-Рияд также заключил соглашение о взаимной обороне с обладающим ядерным оружием Пакистаном, что усилило предположения о наличии у королевства альтернативных гарантий безопасности помимо США.
При этом позиция Вашингтона постепенно смягчалась. Если раньше США категорически требовали от Саудовской Аравии отказаться от обогащения урана, то при администрации Джо Байдена уже обсуждалось строительство американского предприятия по обогащению урана на территории королевства. Переговоры были прерваны после нападения ХАМАС 7 октября 2023 года, однако администрация Дональда Трампа, судя по всему, пошла еще дальше.
Июльское соглашение не только открывает путь к возможному обогащению урана в Саудовской Аравии, но и не требует от Эр-Рияда присоединиться к Дополнительному протоколу МАГАТЭ, который предусматривает расширенные инспекции и контроль за мирным характером ядерной программы. С учетом ограниченной прозрачности саудовской ядерной политики это повышает риск использования соответствующей инфраструктуры в военных целях в случае кризиса.
Пока соглашение Трампа следует рассматривать скорее как рамочную договоренность, чем как окончательную сделку. Оно не решает ключевые вопросы, связанные с обогащением урана и режимом нераспространения, уже вызвав политические споры в Вашингтоне. Поэтому документ вряд ли будет реализован в нынешнем виде без новых переговоров и тщательного рассмотрения в Конгрессе.
Чтобы понять позицию США, важно учитывать, что вопрос обогащения урана остается главным предметом переговоров. Хотя администрация Трампа ранее утверждала, что соглашение «не касается обогащения», рамочная сделка 2026 года фактически оставляет Саудовской Аравии возможность получить такую технологию в будущем.
Для Эр-Рияда мирная атомная энергетика — это не только энергетика, но и вопрос суверенитета, международного статуса и стратегической независимости. Именно поэтому королевство настаивает на сохранении права самостоятельно обогащать уран, одновременно развивая контакты с Китаем и другими потенциальными партнерами.
Перед Вашингтоном стоит дилемма. Если разрешить Саудовской Аравии собственное обогащение урана, аналогичных прав могут потребовать ОАЭ, Египет и Турция, что повысит риск региональной ядерной гонки. Одновременно США стремятся не допустить усиления Китая в саудовском атомном секторе.
Авторы предлагают альтернативу — создать в Саудовской Аравии региональный банк ядерного топлива под управлением МАГАТЭ по примеру Казахстана. Это позволило бы обеспечить страны региона топливом для мирных реакторов без развития собственных программ по обогащению урана, усилив международный контроль и снизив риск распространения чувствительных технологий.
По мнению авторов, сегодня вопрос уже не в том, получит ли Саудовская Аравия право на обогащение урана, а в том, на каких условиях и под чьим контролем это произойдет. Они считают, что нынешняя сделка вряд ли сохранится без изменений, а наиболее безопасным решением станет международная региональная система вместо национальных программ, способных спровоцировать новую гонку ядерных вооружений на Ближнем Востоке.
