В России 2026 года за слова, публикации и администрирование Telegram-каналов всё чаще выносят приговоры, сопоставимые с наказаниями за тяжкие преступления. 23-летнему студенту из Мурманска Рафаэлю Мамедову Северный флотский военный суд назначил 15 лет лишения свободы. Первые три года — в тюрьме, остальное — в колонии строгого режима. Обвинение: «государственная измена» и «участие в террористической организации».
Дело связано с Telegram-каналом «Свободная Лапландия», где публиковались материалы о Мурманской области и Крайнем Севере: фотографии региона, мемы, тексты по истории, культуре и мифологии, а также посты с критикой войны в Украине и рассуждения о культурной идентичности северных регионов России.
Мамедов — не профессиональный политик и не публичный активист. До ареста он был студентом Мурманского арктического университета, капитаном университетской команды «Что? Где? Когда?», участником интеллектуальных игр и олимпиад. Незадолго до задержания он пережил тяжёлый психологический кризис и находился на лечении. После выписки его задержали сотрудники ФСБ.
Этот приговор стал тревожным сигналом: для российских властей даже разговоры о войне, региональной идентичности и деколонизации превращаются в угрозу государственной безопасности. Когда за публикации в небольшом Telegram-канале с несколькими сотнями подписчиков студент получает 15 лет, это уже не выглядит как обычное уголовное дело. Это демонстрация того, насколько далеко зашла практика наказания за неугодные мысли и тексты.
Мамедов вину не признаёт. Обвинение запрашивало для него 18 лет.
Его мать Елена Мамедова рассказала проекту «Ветер», что сын всегда был увлечённым и спокойным человеком. «На протяжении всей жизни Рафаэль всегда очень хорошо учился. Он не дрался, не попадал в какие-то истории. Всегда был положительным человеком», — сказала она.
По словам Елены, 15 мая 2025 года сотрудники ФСБ задержали Рафаэля сразу после выписки из больницы.
«Вечером он позвонил мне и сказал: “Меня выписали”. Я попросила приехать домой. Он ответил: “Я не могу приехать, меня задержали, я в ФСБ”», — рассказала она.
Елена считает, что силовики воспользовались уязвимым состоянием её сына.
«Я сомневаюсь, что человек в таком состоянии мог нормально ориентироваться в происходящем. На мой взгляд, они воспользовались его беспомощным состоянием и подписали те показания, которые были им удобны», — заявила она.
По версии следствия, администрирование Telegram-канала было связано с «террористической» деятельностью. Однако Елена утверждает, что после задержания сама прочитала публикации и не увидела там призывов к насилию.
«Я перечитала всё, что там было опубликовано, чтобы понять, в чём его обвиняют. Но не нашла никаких призывов к насилию, убийствам или чему-то подобному. Там такого нет», — сказала она.
Позже Мамедову предъявили новое обвинение — в госизмене. Основанием, по версии обвинения, стали тексты о деколонизации, региональных конфликтах и будущем России, которые якобы «нанесли ущерб» стране. Елена назвала это обвинение абсурдным.
«Это рассуждения о региональных конфликтах, о деколонизации, о будущем страны. Почему об этом нельзя говорить или писать? Я этого не понимаю», — сказала она.
Все заседания по делу проходили в закрытом режиме. По словам Елены, дело Рафаэля стало частью более широкой практики контроля за интернетом: если что-то кажется подозрительным, начинаются слежка, проверки, изъятие телефонов и изучение переписок.
На допросы, по её словам, вызывали и знакомых сына, включая студентов и участников команды «Что? Где? Когда?».
Елена говорит, что арест Рафаэля разрушил жизнь всей семьи.
«Я всю жизнь прожила в России, здесь родилась, работала с утра до ночи, старалась жить честно. И вот такая “благодарность”. Абсолютное бесправие. Я поняла, что у меня нет ни прав, ни свободы, — вообще ничего нет. Сотрудники ФСБ просто обесценили и разрушили мою жизнь в один момент», — призналась она.
Сейчас, по словам Елены Мамедовой, она не знает, куда отправят сына, как они смогут видеться и что их ждёт дальше.
