Возможный удар по Ирану остаётся «темой дня». В последние недели в фокусе внимания по понятной причине находились планы и обещания администрации Дональда Трампа «разобраться» с ИРИ. События развивались прямо-таки в мультипликационном темпе. В Вашингтоне озвучивали жёсткие заявления. В Тегеране на них отвечали. Через посредников из третьих стран передавались письма. В команде Трампа давали понять: Ирану лучше согласиться на сделку, иначе будет очень плохо. Власти Ирана в ответ обещали нанести удар по американской военной базе на острове Диего-Гарсия и заблокировать Ормузский пролив.
Показательно, что на сей раз в качестве возможных мишеней ответного удара не упомянуты американские войска, которые всё ещё остаются в Сирии и Ираке. Тем более что прежде в Тегеране «отвечать» предпочитали именно по американским базам в других странах Ближнего Востока.
Справедливости ради, обещание Ирана ударить по острову Диего-Гарсия далеко не все эксперты восприняли всерьёз. Всё же на такое расстояние иранские ракеты ещё не «работали». Да и одна из крупнейших военных баз США, по логике вещей, должна располагать неплохой системой ПВО и ПРО. Другое дело — перекрытие Ормузского пролива. Эта задача вполне по силам иранским ВМС, такой сценарий неоднократно отрабатывался на учениях. Наконец, у Ирана есть опыт «танкерной войны» времён конфликта с Ираком.
Но пока стороны замерли, как два соперника в боевой стойке, не предпринимая никаких видимых «враждебных действий». Немного попритихли даже хуситы, которые в праздники объявляли едва ли не об уничтожении американских авианосцев. Но означает ли это, что у мира появился шанс избежать нового конфликта?
Война, конечно, дело хлопотное и рискованное. Но в Вашингтоне озвучивали слишком жёсткие ультиматумы в адрес Тегерана. И смогут ли они теперь позволить себе, чтобы все обещания закончились, по сути, ничем? С другой стороны, готовы ли США ввязаться в масштабный и долгосрочный конфликт с Ираном, который вряд ли будет «лёгкой прогулкой»? Ближний Восток — не тот регион, где серьёзные политические проблемы решаются «за два часа силами двух полков». Быстро и эффектно можно нанести ракетные удары по стратегическим объектам Ирана, резко ослабить военный потенциал тех же «стражей исламской революции», но прийти к долгосрочному решению — увы и ах.
Примечательно, что именно на этом фоне заговорили о возможном ударе по Ирану со стороны Израиля. Причём ударе беспрецедентном по масштабу — он должен превзойти всё, что происходило в регионе после Второй мировой войны. Такой анонс окончательно путает карты большинству экспертов: надо ли это понимать так, что теперь «право первого удара» США передали Израилю? Израильтяне будут разбираться с иранцами самостоятельно или же израильский удар будет частью американской стратегии? Наконец, не сместились ли акценты в «анонсе» и его восприятии, и не идёт ли речь всё же об американском ударе?
Так или иначе, на нынешнем фоне странам региона необходимо быть готовыми к «горячему сценарию» вокруг Ирана. Первый и наиболее очевидный фактор риска — это массовый поток беженцев из ИРИ. Но не только. Есть ещё и политические риски. В Азербайджане не без оснований рассчитывали и рассчитывают на укрепление партнёрских связей с США с приходом к власти администрации Трампа. Уже сегодня в Баку прибыл высокопоставленный сотрудник Госдепартамента. Отношения с Израилем, имеющие давнюю историю, тоже на подъёме — достаточно вспомнить и взаимные визиты, и «нефтяные» договорённости. Наконец, на подъёме и отношения с Ираном. В Баку ждут президента этой страны Масуда Пезешкиана.
В такой ситуации для Азербайджана велик риск попыток кого-либо из внешних акторов втянуть нашу страну в свою игру против кого-то, чего Азербайджан на протяжении всех лет независимости старательно избегал. И, наконец, есть и такая опасность: Иран — точнее, консервативные круги в этой стране — вполне могут попытаться «ответить» на американские или израильские удары по целям в Азербайджане. Здесь нет никаких американских или израильских баз, но иранским консерваторам ничего не стоит выбрать в качестве целей ответного удара дипломатические представительства или коммерческие структуры, включая, например, контрактные платформы. Война у границ всегда несёт риски. И к ним надо быть готовыми.
