Прошедшая на днях в Баку Международная выставка и конференция «Водное хозяйство», с одной стороны, показала, какие большие задачи ставит перед собой государство в области сохранности и увеличения объемов собственных водных ресурсов, и продемонстрировала потенциал местных компаний в этой сфере, а с другой, были оглашены проблемы, с которыми сталкивается страна. И в немалой степени проблемы эти вызваны тем, что из-за особенностей географии Южного Кавказа Азербайджан является последним потребителем всех крупных рек, втекающих к нам с территории соседних государств. И потому воды этих рек зачастую бывают загрязнены как с биологической, так и химической точки зрения.
Прокомментировать эти вопросы Minval.az попросил исследователя Института развития и дипломатии, преподавателя университета АДА Назрин Багирову.
— Можно ли сказать, что Армения ведет против Азербайджана необъявленную экологическую войну?
— Сегодня однозначно ответить на этот вопрос сложно. Если бы вы спросили это четыре года назад, то скорее ответ был бы положительный. После победы в 44-дневной войне мы столкнулись с картиной экоцида и с загрязнением наших рек. Это сподвигло нас глубже изучать состояние рек и причины их загрязнения. И я думаю, что загрязнение рек можно отличить от целенаправленного экоцида, который проводился в течение 30-летней оккупации азербайджанских земель. Когда мы ознакомились с результатами исследований международных организаций о том, как армянская сторона загрязняет природу, мы поняли, что здесь по большей части речь идет о безответственном отношении армянских промышленников к вопросам охраны окружающей среды. К тому же, в рамках проекта Седьмой рамочной программы Европейского Союза «Действия Европейского Союза по борьбе с экологическими преступлениями» в 2015 году были опубликованы результаты исследований об «экологических преступлениях в Армении». В этих отчетах говорится, что проблемы, создаваемые армянами окружающей среде через свои горнодобывающие промышленные предприятия и другие компании, несут в себе угрозу не только Азербайджану, но и Грузии. То есть это больше региональная проблема, и даже европейские эксперты расценивают ее с точки зрения всеобщей угрозы миру и безопасности, Азербайджану и Грузии включительно.
К тому же, в Армении существуют неправительственные организации в области защиты природы, понимающие, насколько деструктивна работа некоторых заводов для самой Армении и ее экологии. Их исследования показывают, что за последние 20 лет на территории этой страны существенно сократились зеленые площади и лесные полосы. Страдает их сельское хозяйство, леса и поля. Фермеры, хозяйство которых находится возле этих загрязняющих экологию предприятий Армении, беднеют и не могут заниматься сельским хозяйством. Причем, повторюсь, это следует из тех же отчетов.
— Но это в принципе проблемы самой Армении. А как от этого экологического произвола мы можем себя обезопасить? Может, стоит подать на Армению в международный суд? Есть ли такие суды, которые занимаются решением экологических претензий между государствами?
— Конечно, есть. Существуют известные конвенции, например, “Конвенция по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер” (Конвенция Хельсинки, 1992), “Конвенция об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте” (Конвенция Эспо) или “Конвенция Европейской экономической комиссии (ЕЭК ООН) о доступе к информации, участии общественности в процессе принятия решений и доступе к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды” (Орхусская Конвенция). И некоторые из них Армения ратифицировала: Конвенция Эспо и Орхусская Конвенция. Существуют также судебные прецеденты. Например, запрет на серьезное трансграничное загрязнение окружающей среды был впервые упомянут в 1941 году международным арбитражным трибуналом, которому было поручено разрешить спор по делу Trail-Smelter между Соединенными Штатами и Канадой. По итогам разбирательства суд обязал Канаду компенсировать Америке экологический ущерб, причиненный дымом металлургического завода Trail-Smelter, частного предприятия, действующего на территории Канады. В его решении было четко указано, что ни одно государство не должно причинять вред территории другого или находящимся на ней лицам и имуществу». Это означает, что Армения несет ответственность за выполнение своих международных обязательств, касающихся охраны здоровья человека, защиты и сохранения окружающей среды, а также несет ответственность в соответствии с международным правом, даже несмотря на то, что она не ратифицировала Конвенцию Хельсинки об охране и использовании природных ресурсов трансграничных водотоков и международных озер..
Кстати, согласно информации Report, в сентябре 2023 года Министерство экологии и природных ресурсов Азербайджана, ссылаясь на Конвенцию Эспо, обратилось к исполнительному секретарю Европейской экономической комиссии ООН с просьбой о создании комиссии по оценке уровня загрязнения окружающей среды металлургическим заводом в деревне Ерасх (Армения), недалеко от Нахчывана и в 6 км от реки Араз, трансграничного водотока. Министерство потребовало, чтобы Армения немедленно остановила строительство завода до тех пор, пока не будет проведена эта оценка, а также, чтобы помогла Азербайджану в получении возможной информации (документов) о заводе. Естественно, мы не хотели повторения проблем с Охчучаем и другими нашими загрязненными армянской стороной реками. В октябре 2023 года от имени исполнительного секретаря ООН в Азербайджан было направлено ответное письмо. В письме было подтверждено, что у Армении есть обязательства по проведению обсуждений, представлению экологической и проектной документации. Но даже на стадии планирования, согласно Конвенции Эспо, Армения обязана информировать Азербайджан о нормах выбросов и предполагаемом уровне будущего загрязнения земли, воздуха и реки.
— Предприятие еще не построено, правильно?
— Да. Они начали его строить, но после того, как Азербайджан поднял вопрос о недопустимости строительства такого предприятия возле своих границ, они перевели строительство на несколько километров севернее к городу Арарат. Но мне кажется, что после переноса места строительства оно стало еще ближе к реке Араз. Так что переговоры на эту тему очень актуальны. Но сегодня, после второй Карабахской войны, решать эти вопросы, как мне кажется, станет легче. Относительно, конечно, но все же стало легче с ними общаться и отправлять запросы.
— Но ведь и раньше, до второй Карабахской войны, у Азербайджана были постоянные экологические проблемы из-за Армении. Раньше от них к нам притекала по реке очень грязная вода. А с этим общим и давним злом как мы можем бороться?
— Есть эксперты в области экологии, специальные экспертные комиссии и международные комиссии, посредством которых Министерство экологии и природных ресурсов Азербайджана может провести, и, скорее всего, проводило, реальную оценку загрязнения окружающей среды. Проблема в том, что когда наши земли на протяжении 30 лет находились под оккупацией, то произвести такую оценку было очень сложно, поскольку мы не видели, как и где именно меняется качество воды в реках. Но после того, как земли были возвращены, минэкологии незамедлительно приступило к экологической оценке ситуации, провело очень хороший анализ, который был отражен в отчетах. Сразу стало ясно, насколько уровень тяжелых металлов превышает норму в том же Охчучае, и что конкретно является причиной массовой гибели рыб в этом водном бассейне, который, в свою очередь, впадает в Араз. Надо отметит, что загрязняя Араз, Армения наносит значительный экологический ущерб не только Азербайджану, но и Ирану, и другим прикаспийским странам, так как река впадает в Куру и потом в Каспийское море.
— Возможно, этот вопрос было бы правильно адресовать политологам, но он содержит экологический аспект, и я задам его вам. Поскольку речь идет о таком стратегически важном ресурсе, как вода, то, может, стоило бы вопрос загрязнения рек, которые текут через Армению в Азербайджан, включить в мирный договор, обсуждаемый сегодня с армянской стороной?
— Это интересный вопрос. Но боюсь, я не знаю ответа на него. Однако я уверена, что все стратегически важные аспекты были учтены правительством Азербайджана. Мы все ждем и надеемся на мир и процветание на Южном Кавказе.
Рауф Насиров
