По программе Евросоюза «Восточное партнерство» нанесен новый удар. Свое участие в нем приостановила Беларусь. «Мы не можем выполнять свои обязательства в рамках данного Соглашения в условиях введенных Евросоюзом санкций и ограничений», — заявил МИД Беларуси. Формально Минск отвечал таким образом на пакет евросанкций, введенных в ответ на не совсем добровольную посадку лайнера RyanAir и арест Романа Протасевича. В реальности же дело не в одном Протасевиче: свою роль, без сомнения, сыграли и резкая реакция Брюсселя на жесткий разгон массовых акций протеста, и открытая поддержка европейскими политиками Светланы Тихановской — соперницы Лукашенко на выборах, которая, по мнению официального Минска, выборы проиграла, а по мнению Европы, как раз выиграла…
Заставит ли демарш Минска европейцев передумать и ослабить санкционное давление? Вряд ли. У Александра Лукашенко отношения с европейскими политиками и институтами и так складывались не очень, Беларусь приостановила своё участие в деятельности ПАСЕ, а теперь, после разгона поствыборных митингов, Лукашенко по сути окончательно превратился в «нерукопожатного политика». Так что в Минске предпочли хлопнуть дверью уже со своей стороны. Тем более трудно спрогнозировать, как это решение «отзовётся» в самой Беларуси. Одни эксперты советуют вспомнить Армению, чьи власти в лице Сержа Саргсяна в 2013 году отказались от евроинтеграциии. Другие — опыт киевского Майдана, толчком к которому тоже послужил отказ тогдашних властей Украины в лице Януковича от подписания соглашения об ассоциации с ЕС. Наконец, пик народных протестов в Беларуси уже был — и закончился по сути ничем.
Другой вопрос — судьба самого проекта «Восточного партнёрства». А точнее, всей политики ЕС в отношении государств постсоветского пространства — участников этой инициативы.
Разбирать ошибки Евросоюза на постсоветском пространстве можно долго. Но далеко не на последнем месте по важности — этакий «усреднённый подход», точнее, «евровысокомерие» брюссельской бюрократии, предлагавшей странам-участницам ВП соглашение об ассоциации этакой «конвейерной сборки».
Ставка Евросоюза на «усредненный подход» предсказуемо не сработала. «Восточное партнёрство» расслоилось. Президент Азербайджана Ильхам Алиев в своём выступлении на съезде партии «Йени Азербайджан» четко очертил «европейский вектор» политики нашей страны: «Я видел это соглашение. Это фактически не соглашение, а инструкция, просто инструкция. Этим странам даются инструкции: это следует делать так, а то иначе. Я же отказался от этого. Я сказал, что нам не нужна такая инструкция. Мы сами знаем, что надо делать. Сегодня мы работаем над равноправным соглашением с Европейским Союзом». В переводе: вместо соглашения об ассоциации с непонятными перспективами наша страна выбрала равноправное стратегическое партнёрство. Грузия и Молдова предложенное соглашение подписали, Украина, уже после Майдана, тоже, Армения и Беларусь предпочли ориентироваться на Москву и вступать в ЕАЭС. Другой вопрос, что при этом формальное членство в ВП предпочитали сохранять все. До открытого демарша в «Восточном партнёрстве» дело дошло впервые.
И для Европы это уже не просто «имиджевый удар». Демарш Беларуси по понятным причинам означает ее окончательный разворот в сторону Москвы. Что, без сомнения, получит и военно-силовое «прочтение». И если до последнего времени на территории Беларуси не было российских военных баз, а Минск в отношениях с Москвой демонстрировал известную самостоятельность, то теперь меняется многое, если не все. Обеспокоены в связи с происходящим в Украине. Просчитывают варианты в Литве и Польше, в том числе с учетом рисков, связанных с Сувалскским коридором — полоской земли между Беларусью, с одной стороны, и Калининградской областью РФ, с другой, где страны Балтии проще всего отрезать от союзников по НАТО.
И вряд ли это тот результат санкционного давления на Беларусь, который желали получить в Европе
Отдел политики
