Уходящий 2019 год был полон политических ожиданий в отношении карабахской проблемы, однако они не оправдались. О том, как прошли переговоры глав МИД Азербайджана и Армении в Братиславе, к каким важным решениям пришли стороны, и о чем свидетельствует активность России в переговорном процессе в блиц-интервью «Минвалу» рассказал российский эксперт по безопасности Григорий Трофичук.
– На прошлой неделе состоялся визит главы внешнеполитического ведомства России Сергея Лаврова в Баку, а затем состоялась встреча глав МИД Азербайджана и Армении. Можно ли предположить, что стороны договорились о чем-то конкретном?
— С формальной точки зрения, стороны продолжают идти к соглашениям. Идут, идут и идут, уже почти три десятилетия. Но фактически, ситуация стоит на месте. Более того, она подорвана серией «инноваций», которые друг за другом внёс в переговорный формат Никол Пашинян, не встречая никаких недоумённых вопросов по этому поводу.
А именно: требование о том, чтобы Карабах принимал участие в процессе урегулирования; тезис «Мир на территории я не меняю», который уже сам по себе ставит точку на любой дискуссии, и так далее. Премьер Армении регулярно заявляет, что Карабах является суверенной республикой, и при этом контролирует процесс местных выборов, находясь там. То есть, для Баку это ещё более жёсткий вариант, чем было при Саргсяне, который просто тихо сидел за столом.
Пашинян дал понять всем участникам переговоров, включая международных наблюдателей, что он не собирается никому ничего отдавать, никакие земли в принципе. Поэтому можно беседовать и дальше ещё лет сорок-пятьдесят. Странно, что ни один из наблюдателей никак не отреагировал на «инновации» Пашиняна, как будто бы ничего не произошло. Поэтому после Братиславы остаётся ещё очень много городов, где можно встречаться министрам иностранных дел Армении и Азербайджана.
– Россия в последнее время заметно активизировалась в урегулировании карабахского конфликта. Как считаете, Москве важно само урегулировании конфликта или же предотвращение возможной эскалации?
– Для России важно, чтобы в Карабахе не было войны. И эта задача, после апреля 2016 года, решается достаточно успешно. Но отсутствие войны не менее важно для Азербайджана и Армении, так как куда заведёт регион война, никому до конца не ясно. Поэтому активность Москвы в качестве миротворца является одним из стабилизирующих факторов. Без Москвы бы там всё уже давно было подожжено.
При этом её позиция не меняется с самого начала: урегулирование конфликта должно произойти мирными, политическими, дипломатическими средствами. Россия, безусловно, хотела бы урегулировать этот конфликт на практике, однако для этого пока не сложились все обстоятельства.
Очень многое сегодня зависит от поведения Пашиняна, который продолжает везде и во всём гнуть свою линию, и такой стиль сложно назвать оптимальным, при существующих условиях уравнения. Поэтому остановку большого огня тоже можно считать результатом. Все видят, что после апрельской войны армянская и азербайджанская стороны ведут себя крайне воинственно. Но на словах говорить можно всё что угодно, главное, что на данный момент там никто никого не убивает в «промышленных» масштабах. А отдельные жертвы в зоне конфликта висят на совести международных наблюдателей.
Ниджат Гаджиев
