Попытки разыграть «карабахскую карту» на внутриармянской арене могут привести к непредсказуемым последствиям
Сегодня мир политики и СМИ невозможно представить без сенсационных откровений и публикации конфиденциальных документов и подробностей. Уотергейтский скандал — пример классический, но уж точно не единственный. Вот и в Армении — очередная громкая «утечка». Офис Самвела Бабаяна, бывшего «министра обороны» (здесь и далее кавычки наши — Ред.) ханкендинского оккупационного режима, опубликовал ни много ни мало «Казанский документ», который некогда был предложен Азербайджану и Армении в качестве основы урегулирования.
Согласно публикации, уже на первом этапе урегулирования под контроль Азербайджана возвращались Агдамский, Физулинский, Джебраильский, Зангеланский и Кубатлинский районы, позднее — Кельбаджарский район и «не коридорный» участок Лачинского района. Выезд из Кельбаджарского района армянского населения (где его до войны и оккупации не было) авторы документа обещали «поощрить», но азербайджанские беженцы получали право вернуться туда только через пять лет после подписания мирного соглашения. После вывода армянских войск в регион предполагалось ввести миротворческие силы. Азербайджану предписывалось не направлять в освобожденные районы свои воинские контингенты, за исключением полиции и пограничников. Нагорному Карабаху присваивался некий «промежуточный статус», право выбирать свои органны власти, создавать суды и даже устанавливать внешние контакты. Окончательный же статус НК предполагалось определить «путем свободного волеизъявления населения Нагорного Карабаха». Оговаривалось, что «под населением Нагорного Карабаха подразумевается национальное соотношение всех народов, проживавших в НКАО в 1988 году, в таких этнических пропорциях, каковые были до начала конфликта». «Временным властям» Нагорного Карабаха предоставлялся также контроль над Лачинским коридором. Право на возвращение беженцев и «внутренних перемещенных лиц», то есть вынужденных переселенцев, вроде бы признавалось, но «с того момента, когда Bерховный комиссар ООН по делам беженцев объявит, что безопасность прежнего места жительства обеспечена». Зато тут же поощрялась «отмена блокады».
Этот документ вряд ли можно назвать приемлемым для Азербайджана. Армянские оккупационные войска из окружающих НК районов как бы выводится, но вот суверенитет Азербайджана над ними не восстанавливается. Нагорный Карабах остается под оккупацией, да еще и под охраной миротворцев. Возвращение беженцев вроде бы предусматривается, но его механизм прописан так, что «возвращение» окажется возможным лишь на бумаге. Непонятно и с референдумом: каким образом его организаторы собирались восстанавливать «довоенные» пропорции населения? Особенно с учетом такого милого факта, как зашкаливающая миграция и из оккупированного Карабаха, и из самой Армении? И это не считая разницы в уровне рождаемости и естественном приросте населения?
Но намеренно прервем анализ опубликованного офисом Самвела Бабаяна текста. Важно другое. Переговоры президентов Азербайджана и Армении Ильхама Алиева и Сержа Саргсяна в Казани при посредничестве их российского коллеги состоялись в июне 2011 года. И тогда, напомним в который уже раз, президент Азербайджана Ильхам Алиев отказался подписывать представленный сторонам документ, потому как на предыдущих встречах согласовывался один проект, а теперь на столе оказался уже другой. И куда более выгодный Армении.
Теоретически можно допустить, что через 7-8 лет в Баку вдруг решили к нему вернуться, но для этого нужна самая малость — расстановка сил должна была существенно «сдвинуться» в пользу Армении. Но в реальности усиливается как раз Азербайджан, причем и в военном, и в политическом, и в экономическом «прочтении». И вместо того, чтобы конвертировать это в переговорное преимущество, Баку решает вернуться к отвергнутому «казанскому документу»? Версия как минимум нелогичная. Кроме того, после апрельских боев переговоры сначала «зависли», потом Армения в лице Сержа Саргсяна и Эдварда Налбандяна пыталась вытребовать себе «гарантии безопасности», но без особого успеха… А весной 2018 года режим Саргсяна просто рухнул в результате уличных волнений.
Наконец, нет и ясности, откуда такой сногсшибательный документ, как «казанские предложения», появился в распоряжении Самвела Бабаяна. Да, он бывший «министр обороны Нагорного Карабаха», но в 1999 году Бабаян угодил в тюрьму за попытку покушения на тогдашнего «президента» Нагорного Карабаха Аркадия Гукасяна. В 2004 году Бабаян вышел на свободу, отсидев только 4 с половиной года из отмеренных судом 14, создал свою партию, но весной 2017 года Бабаян опять оказался за решеткой — на сей раз ни много ни мало за попытку ввезти в Армению ПЗРК «Игла» и сбить с ее помощью…вертолет президента Армении Сержа Саргсяна. В суде попытались спустить дело на тормозах, обвинение в подготовке теракта с Бабаяна сняли, оставили только контрабанду оружия и незаконные валютные операции, приговорили к шести годам тюрьмы, но он вновь вышел на свободу куда раньше, чем это предусматривал приговор. Словом, вряд ли Самвел Бабаян — та персона, с которой «команда» Саргсяна стала бы доверительно обсуждать «казанский документ».
Другое дело, что армянскую аудиторию уже несколько недель «бомбардируют» выкладками аналитиков и комментариями действующих политиков на тему, что именно обсуждает на переговорах премьер-министр Никол Пашинян, причем с явным «уклоном», что речь идет о «непозволительных» уступках Азербайджану, «сдаче земель» и т.д. Уже отстраненные от власти, но не теряющие надежд на реванш или хотя бы на политическую месть политики из лагеря бывшей правящей Республиканской партии Армении не стоят от этой дискуссии в стороне.
На этом фоне «ответного удара» Пашиняна следовало ждать. И он последовал. В интервью радио «Азатутюн» Самвел Бабаян заявил: в 2017 году Серж Саргсян провел в Ханкенди совещание, где говорил о необходимости подготовить народ к «территориальным уступкам», и тогдашнее «руководство Арцаха» никак на это не возразило.
Конечно, Бабаяну поторопились ответить. Бывший «государственный министр» Нагорного Карабаха Араик Арутюнян на своей странице в Facebook подтвердил, что встреч Саргсяна с карабахской «элитой» было даже две, но не в 2017, а в 2016 году, в апреле и июле. Причем ее участники сошлись во мнении, что «в повестке переговоров не может быть какого-либо отступления назад от нынешнего статуса «Арцаха», и безопасность населения «Арцаха» в окончательном урегулировании конфликта должна быть абсолютно гарантирована». Против Самвела Бабаяна выступил и влиятельный «полевой командир» Виталий Баласанян. В ответ на это Самвел Бабаян и опубликовал, как он утверждает, «Казанский документ», снабдив его впечатляющим предисловием: «Господин Араик Арутюнян, мы уверены, что вы знакомы с Казанским документом, встреча состоялась не в апреле, июне или июле, в конце 2016 года». «Bы молча слушали, что народ «Арцаха» больше ничего не будет решать, что референдума не будет, что «Арцах» будет иметь промежуточный статус, что возвращение семи регионов поделено на первый и второй этапы, а в будущем безопасность будут обеспечивать силы ОДКБ, лишив «арцахцев» права на волеизъявление на своей собственной земле, или же территорию Шуши-Лачина заселить перемещенными азербайджанцами, т.е. возвращение к 1988 году» — негодовал Бабаян. Не будем уточнять, где в документе говорится о миротворцах ОДКБ, и не перепутал ли Самвел Бабаян «Казанский документ» с нашумевшим «планом Лаврова». Это все, конечно, похоже на «войну компроматов» на фоне резко обострившейся в Ханкенди борьбы за власть. Через полтора года здесь «президентские выборы», и о своем желании побороться уже заявили и Самвел Бабаян, и Виталий Баласанян, и Араик Арутюнян. Только вот на деле сенсационные откровения от Самвела Бабаяна полностью укладываются в логику развернувшейся в Армении «войны утечек» — с подачи России, для которой ну очень не по нраву успешное карабахское посредничество Джона Болтона, да еще не в пользу ее «форпоста». Они, пусть и с другой стороны, но тоже повышают «политическую температуру» вокруг переговоров по Карабаху — настолько, что о недавнем «переговорном оптимизме» неудобно даже вспоминать. И самое главное, в очередной раз демонстрируют «недоговороспособность» армянской политической элиты, и старой, и новой, и повышают вероятность новой вспышки военных действий.
Только вот… расклад сил в случае этой вспышки будет уже совсем не таким, как в девяностые, когда Самвел Бабаян набирался своего «боевого опыта». И хотелось бы, чтобы по ту сторону границы кто-то объяснил бы это и ему, и другим «полевым командирам», которые вновь с упоением готовятся к прошедшей войне.
Нурани
