Догматизм в политике — вещь опасная. Впрочем, не только в политике. Особенно если речь идет не об устоявшихся за десятилетия и века политических союзах и ориентирах, а об обещаниях и декларациях, родившихся в прямом смысле слова под аккомпанемент митинговых «кричалок». Но и устраивать слишком уж резкие «полицейские развороты» в политике тоже не получится. Особенно по ключевым и резонансным вопросам. Но как быть, если имеет место откровенное «выкручивание рук», визави полон решимости «дожать», и самое главное, весовые категории сильно не совпадают?
Примерно в таком положении оказался сегодня премьер-министр Армении Никол Пашинян. Да еще по столь чувствительному вопросу, как расследование трагических событий 1 марта.
Напомним: не так давно «народно-революционного премьера» по части арестов «бывших» недвусмысленно одернул Сергей Викторович Лавров. Глава МИД РФ не в режиме конфиденциальных переговоров, а открыто, «на камеру» и «под диктофон», сделал Пашиняну «ну-ну-ну» за аресты бывших госчиновников. Как заявил тогда Лавров, последние события «идут вразрез с недавними заявлениями нового руководства Армении о том, что у него нет намерений организовывать преследования своих предшественников по политическим мотивам». Затем с металлом в голосе продолжил: «Происходящее в Армении не может нас не беспокоить, в том числе и с точки зрения задач нормальной работы организаций на пространстве СНГ», — добавив, что за последние дни представители РФ «несколько раз доводили свои озабоченности до армянского руководства».
И вот теперь Никол Воваевич, выждав довольно-таки долгую паузу, решил ответить.«Это новая ситуация и мы все, в том числе и наши российские партнёры, должны адаптироваться к ней», — заявил Никол Пашинян на встрече с журналистами в армянском городе Берд 10 августа, добавив, что не видит здесь никаких проблем. «Так что, все нормально», — пытался он уверить собравшихся. Только вот насколько на самом деле все нормально, мнения, как говорится, расходятся. «Народному премьеру» в ближайшее время предстоит пройти непростую «проверку Кочаряном».
В эти дни в Апелляционном суде Армении закончилось рассмотрение апелляционной жалобы второго президента Армении Роберта Кочаряна, и судья удалился в совещательную комнату для принятия решения, сообщил журналистам адвокат Роберта Кочаряна Арам Орбелян. Решение, правда, будет оглашено только 13 августа. Однако адвокат с нескрываемым оптимизмом заявил: «У нас позитивные ожидания, думаю, что апелляционная жалоба будет удовлетворена».
Напомним: адвокаты Кочаряна оспаривают применение в его отношении меры пресечения в виде заключения под стражу. За него поручились депутаты парламента Армении и, что возмутило многих ереванцев, депутаты «парламента Нагорного Карабаха». И Москва в лице Лаврова. И теперь, после лавровского заявления, все прекрасно понимают: вердикт этого самого Апелляционного суда определится не правовыми соображениями, а теми самыми закулисными договоренностями Москвы и Еревана.
Сам Никол Пашинян, еще недавно такой принципиальный и жесткий, теперь не торопится заявлять, что расследование трагических событий 1 марта — это «внутреннее дело Армении». Победитель революции резко меняет пластинку и рассуждает, что, оказывается, на данном этапе, когда идут правовые процессы, он воздержится от комментариев по поводу предъявленного второму президенту Армении Роберту Кочаряну обвинения, его заключения под стражу и заявлений его сторонников о политическом преследовании в его отношении. «Я считаю, что в данный момент неправильно, чтобы я давал какой-либо комментарии по этой теме, поскольку любой комментарий может быть рассмотрен, интерпретирован как вмешательство, воздействие на дело. Но я считаю, что у всех вас и любого гражданина Армении есть ответ на этот вопрос», — заявил Никол Пашинян журналистам в Берде. И можно только догадываться, какой отчаянный торг «за закрытыми дверями» идет сегодня между Москвой и Ереваном по этому самому «делу 1 марта».
Еще по горячим следам подзатыльника от Лаврова в Ереване начали спешно выводить из-под удара Юрия Хачатурова, генсека ОДКБ. И, похоже, искренне полагали, что в первопрестольной удовлетворятся тем, что этот самый Хачатуров не увидит ереванской тюремной камеры изнутри, а вот Кочаряном Москва может и пожертвовать. Тем более что ставки для Пашиняна весьма и весьма высоки. Расследование событий 1 марта 2008 года, когда на улицах Еревана были убиты 10 человек, для нынешней правящей «команды» и их сторонников тема прямо-таки сакральная. Отступить в этом вопросе Никол Воваевич позволить себе не может.
Но похоже, Никол Воваевич недооценил, каковы здесь ставки уже для Москвы. В Кремле и так уже порядком раздражены попытками Пашиняна наводить мосты с Западом и пользоваться при этом всеми преференциями со стороны РФ. Еще больше недели назад заместитель директора Института стран СНГ Владимир Евсеев отмечал, что Пашинян хочет быть на Западе, однако при этом все получать от России в прежних объемах. И хочет, чтобы Россия его поддерживала. «Но если ты хочешь, чтобы тебя поддерживал Запад, тогда пусть тебя Запад защищает и в зоне Нагорного Карабаха. Пусть заботится о твоей безопасности от Турции — государства-члена НАТО. Пусть этим тогда занимаются твои западные партнеры, если ты так уж настроен на все более тесное сотрудничество с Западом» — припечатал эксперт с московской прямотой. К тому же Лавров открытом текстом говорил именно про «преследования своих предшественников по политическим мотивам». Того, чтобы московские фавориты после очередного «майдана» оказывались в тюрьме, Россия по понятным причинам позволить себе не может. И теперь Кремль, по всей видимости, намерен преподать «форпосту» урок и надежно вылечить ереванцев от иллюзий и завышенной самооценки. Так что Николу Воваевичу на примере ареста Роберта Седраковича доходчиво объясняют, где проходит граница его полномочий. Решать, в темном или в светлом пиджаке отправиться в Берд — пожалуйста, но кого казнить, а кого миловать — извольте спросить разрешения. И ни в коем случае не трогать пророссийские фигуры. Как после этого Никол Воваевич будет решать свои внутриполитические проблемы — Москву волнует далеко не в первую очередь. Тем более что он не входит в число ее фаворитов на внутриармянском поле. А что касается разговоров о «суверенитете», «внутренних делах» и того, как на все эти высокие материи повлияла пашиняновская «революция»,..то здесь, возможно, самое время вспомнить бурные события 2014 года, по понятным причинам оставшиеся в тени российской аннексии Крыма. Тогда, напомним, разразился еще и внутренний кризис в оккупированной грузинской Абхазии. Где тоже были и народные волнения, и штурм зданий, где располагались местные оккупационные «власти». В конце концов власть сменить удалось — пост «президента Абхазии» занял лидер тогдашней оппозиции Рауль Хаджимба. Но вот вряд ли эта «буря в стакане воды» хоть как-то повлияла на реальный статус оккупированной Абхазии. Так что и Армении, которая, в отличие от Абхазии, де-юре все-таки признанное государство, но де-факто все равно «форпост», тоже вряд ли стоит особо обольщаться по поводу своего реального статуса. Даже на фоне эйфории от победы «шашлычной революции». Что и показала нынешняя «проверка Кочаряном».
Нурани, политический обозреватель Minval.az
