Исследуя вопрос гендерного неравенства на рынке труда, я часто встречался с распространенным мнением типа: испокон веков женщину воспринимали как кухарку, прислугу, существо без мнения и амбиций и попросту рабыню. Можно ли сказать тоже и об Азербайджане? Имело ли место подобное, и если да, то чувствуются ли отголоски этого стереотипа сегодня и в нашем обществе и конкретно на рынке труда? Служит ли это серьезной помехой в самореализации и личностном росте современных азербайджанских женщин?
Если говорить об истории, то в Азербайджане всегда почитали женщин за их особую миссию в истории существования человеческого рода, глубокую духовность и самоотверженность, способность любить и быть мудрой. Женщина в моей стране — прежде всего мать и дочь, жена и сестра, хранительница очага и общественный деятель, а нередко даже воительница. В истории Азербайджана известно немало случаев, когда на поле брани женщины сражались вместе со своими мужьями и ничем им не уступали в смелости и отваге. Однако… мы не говорим о нравственной, общественно-политической или социальной роли женщины. Мне интересно действительно ли в Азербайджане имеет место скрытое гендерное неравенство на рынке труда?
И, к сожалению, я получил совсем неутешительный ответ на этот свой вопрос… За ответом на него я отправился в Биржу труда Государственной службы занятости при Министерстве труда и социальной защиты населения. С официальным запросом в эту структуру я обращаться не стал, представился безработным и по мере того, как Ламия ханум (по просьбе респондента имя изменено) задавала дежурные вопросы по анкете, пытался узнать, максимум на какие должностные позиции в фирмах или государственных ведомствах могут рассчитывать женщины. Трюк не прошел, Ламия ханум оказалась опытным работником, и мне пришлось честно рассказать о причине визита. Она согласилась на короткую частную беседу, из которой стало ясно, что многие негосударственные структуры действительно предпочитают представителей мужского пола и отклоняют кандидатуры работниц-женщин даже на незначительные позиции. Из слов Ламии ханум следовало, что для устройства на соответствующие рабочие места в госструктурах необходимо сдать экзамен, дающий человеку статус государственного служащего. Однако данный вопрос не находится в ведении Биржи труда, как и в целом Госслужбы занятости.
Что касается конкретных причин отклонения бизнесменами кандидатур женщин, то они кроятся в некоторых статьях Трудового кодекса АР, предоставляющих работодателям определенные ограничения. Именно из-за того, что (да простят меня феминистки) представительницам слабого пола нельзя поручать работы с вредными и (или) опасными условиями труда, применять их труд на работах, связанных с подъемом и перемещением вручную тяжестей, превышающих предельно допустимые для них нормы, а также в связи с ограничениями по использованию труда беременных женщин и женщин, имеющих детей до полутора лет, бизнесмены отдают предпочтение найму на работу мужчин. В этих льготах и кроятся корни, так называемой, скрытой дискриминации и гендерных проблем женщин на рынке труда.
Кстати, для того чтобы убедиться в наличии гендерного дисбаланса в трудовой сфере страны достаточно обратиться к популярным еженедельным изданиям «БИРЖА» и «SUPERMARKET». Если просмотреть перечень объявлений о найме на работу и предлагаемые зарплаты, то можно убедиться, что в денежном эквиваленте женский труд в нашей стране оценивается гораздо ниже, чем мужской. На одни и те же позиции часто предлагаются совершенно разные зарплаты. Не говоря уже о проблеме сексуального домогательства на работе. Правда, это не относится непосредственно к выбранной мной тематике, однако то, что на английском языке имеет громкое звучание «харассмент», на нашем рынке труда очевидно. И намеки на это также можно встретить в размещаемых в местных СМИ объявлениях некоторых работодателей…
Официальным признанием гендерного дисбаланса в трудовой сфере можно считать заявление министра труда и социальной защиты населения Азербайджана Салима Муслимова, сделанное ровно год назад, в мае 2015-го, когда было сказано, что ведомство провело соответствующее среднесрочное исследование и оценку влияния гендерного дисбаланса на рынок труда и социальную сферу и приступило к разработке предложений по исправлению ситуации. При этом в министерстве смотрят на проблему шире и оказывается, что согласно прогнозам к 2025 году с учетом стабильного ежегодного естественного прироста на 1,34%, общая численность населения страны составит 1,0970 млн человек из которых 53,6% придется на лиц мужского, а 46,4% — женского пола. То есть, если исходить из позиции министерства, то проблема кроется в гендерном дисбалансе в рождаемости. Так ли это в самом деле? Может причины гораздо глубже, в сознании и во взглядах наших чиновников на определенные вопросы?
Благодаря соответствующему указу президента Ильхама Алиева от 5 февраля 2013 года об утверждении «Положения о портале «Электронное правительство» и мерах по расширению электронных услуг», в рамках так называемой системы EHDİS или e-Gov, каждая госструктура страны должна иметь свой сайт в интернете и постоянно его обновлять. Прекрасное начинание, которое позволяет получить максимально полную информацию о государственных структурах страны. На этих страницах можно также ознакомиться со структурой руководящего аппарата ведомств, узнать кто и какую в них занимает должность. И в результате мне, в частности, удалось узнать, что все четыре заместителя министра труда и социальной защиты населения – лица мужского пола. Женщиной является лишь одна из 11 членов коллегии возглавляемого им ведомства. Я решил пойти дальше и исследовал сайты других министерств, и вот какая картина у нас с вами получается. Практически в каждом азербайджанском министерстве женщины максимум могут рассчитывать на позиции начальников неключевых отделов.
Источник: ссылки на страницы сайтов государственных ведомств, где приводится описание их руководящей структуры: Министерство труда и социальной защиты населения (http://www.mlspp.gov.az/az/pages/2/21), Министерство иностранных дел, (http://mfa.gov.az//files/file/AR%20XIN-in%20strukturu%2018_04_2013.jpg), Министерство культуры и туризма (http://www.mct.gov.az/structure), Министерство внутренних дел (http://www.din.gov.az/?/az/content/128/), Министерство здравоохранения (http://www.mednet.az/), Министерство молодежи и спорта (http://www.mys.gov.az/ministry/structure/), Министерство налогов (http://www.taxes.gov.az/modul.php?name=haqqinda&cat=3&lang=), Министерство оборонной промышленности (http://www.mdi.gov.az/?/az/content/355/), Министерство образования (http://edu.gov.az/az/page/44), Министерство по чрезвычайным ситуациям (http://www.fhn.gov.az/?aze/menu/1), Министерство промышленности и энергетики (http://www.minenergy.gov.az/?e=501&a=5), Министерство связи и высоких технологий (http://www.mincom.gov.az/nazirlik/kollegiya/terkib/), Министерство сельского хозяйства (http://www.agro.gov.az/nazirlik2/rhbrlik/), Министерство транспорта (http://mot.gov.az/az/content/366#.VzmYz_mLSUk), Министерство финансов (http://www.maliyye.gov.az/node/10), Министерство экологии и природных ресурсов (http://eco.gov.az/az/3-qebul-gunleri), Министерство экономики и промышленности (http://www.economy.gov.az/index.php?option=com_content&view=article&id=10&Itemid=123&lang=az), Министерство юстиции (http://www.justice.gov.az/reception.php), Государственный комитет по проблемам семьи, женщин и детей (http://scfwca.gov.az/).
Почему в самом конце этой таблицы я привел ссылку на сайт Госкомитета по проблемам семьи, женщин и детей? Это же естественно! Кому защищать права женщин и решать гендерный дисбаланс на рынке труда, если не этой государственной структуре? Видимо, что-то в этом направлении у нас все-таки делается, поскольку в разделе «женская политика» приводится информация о миссии комитета, целях и задачах. Только вот о результатах этой деятельности в статистическом выражении остается лишь гадать, поскольку раздел «статистика» сайта оказался совершенно пустым.
Между тем, мне (думаю и другим членам нашего общества) очень хотелось бы знать, как осуществляется в Азербайджане развитие малого и среднего женского предпринимательства, который, осмелюсь заметить является одним из главных направлений реализации конституционного права женщин на труд. Сколько частных фирм и компаний возглавляют женщины, и каковы обороты этих хозяйствующих структур? Насколько успешно (прежде всего) государство и (в частности) женщины решают вопросы собственного трудоустройства. Насколько заработная плата (являющаяся в системе рыночных цен особо важной категорией) женщин превышает или наоборот уступает зарплате мужчин? Ведется ли такая статистика в Азербайджане? Судя по всему нет. А значить всем нам еще предстоит творить историю, поскольку история становления системы гендерных отношений представляет собой активную борьбу женщин за свои права и в том числе трудовые.
P.S. Статья написана в рамках журналистского конкурса на тему «Трудовое право: законодательство и практика», объявленного региональной программой «Адаптация к Европейским стандартам правового поля на Южном Кавказе» Общества международного сотрудничества Германии (GIZ).
Тогрул РУХУЛЛАОГЛУ
