Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган на прошлой неделе выступил с обширной речью на церемонии, посвящённой 25-летию со дня основания Партии справедливости и развития (ПСР). Это выступление с полным основанием можно назвать программным, поскольку турецкий лидер не только подвёл итоги четвертьвековой деятельности ПСР, большую часть которой партия находилась у власти, но и обозначил основные контуры дальнейшего развития как самой партии, так и Турции в целом.
По сути, в этой речи турецкий лидер дал понять, что рассматривает прошедшие 25 лет как период, в течение которого была заложена политическая, экономическая и институциональная основа будущей Турции. ПСР, по его логике, не просто управляла страной, а изменила саму модель её развития. Теперь созданную основу предстоит использовать следующим поколениям. Эрдоган заявил, что его команда планирует развитие страны на следующие 25 и даже 50 лет, вновь обозначив долгосрочные рубежи — 2053 и 2071 годы.
Ключом к пониманию этой стратегии является использованная самим Эрдоганом формула — «видение будущего, центрированного на Турции». Если раньше Анкара во многом определяла своё место через отношения с Западом и существующими международными институтами, то теперь отправной точкой становится собственное понимание национальных интересов. В соответствии с ним должны выстраиваться и отношения с США, НАТО, ЕС и другими центрами силы.
Впрочем, сами эти ориентиры не новы. О целях 2053 и 2071 годов Эрдоган говорит уже много лет. Не новы и развитие собственной оборонной промышленности, усиление позиций на Южном Кавказе и Ближнем Востоке, расширение связей с Центральной Азией и Балканами. Новизна нынешнего этапа заключается скорее в том, что все эти направления постепенно складываются в единую стратегию.
Особенно заметно это в отношении Европейского союза. В первые годы правления ПСР вступление в ЕС было одной из основных целей Анкары и важным ориентиром внутренней модернизации. Теперь Эрдоган даёт понять, что членство в ЕС больше не является приоритетом.
Это не столько разворот от Европы, сколько отказ от европоцентричной модели развития. ЕС остаётся важнейшим экономическим партнёром, а значение Турции для европейской безопасности может даже возрастать. Но Европа перестаёт быть конечной точкой политического развития страны. Отношения с ней Анкара намерена выстраивать исходя прежде всего из собственных интересов.
Другим важным направлением становится проект «Турция без терроризма». Эрдоган заявил, что следующим поколениям необходимо оставить не только «Турцию без терроризма», но и «регион без терроризма». Это показывает, что урегулирование курдского вопроса рассматривается уже не только как внутренняя задача, но и как условие укрепления позиций Турции в Сирии и Ираке.
Анкара всё чётче отделяет курдское население от вооружённых организаций. Эрдоган говорит об укреплении отношений с курдами региона и необходимости обеспечить сирийским курдам место в новой политической системе Сирии. В случае успеха такой политики Анкара сможет снизить внутренние риски и одновременно расширить возможности влияния на процессы в Сирии и Ираке.
Важнейшей опорой стратегии остаётся военно-технологическая самостоятельность. Действительно, за последние четверть века зависимость отрасли от импорта снизилась с 80% примерно до 20%, а экспорт вооружений в 2025 году превысил $10 млрд. К 2028 году Турция рассчитывает войти в десятку крупнейших мировых экспортёров оружия. Собственное производство уменьшает зависимость Анкары от иностранных поставщиков, тогда как экспорт вооружений создаёт долгосрочные связи с другими государствами через обслуживание техники, обучение и совместное производство.
При этом усиление военной мощи должно повысить и вес Турции внутри НАТО. Эрдоган напомнил, что страна располагает второй по численности сухопутной армией Альянса, а в 2028–2029 годах будет командовать его Силами реагирования. Поэтому задача состоит не в дистанцировании от НАТО, а в укреплении позиций внутри Альянса и расширении возможностей влиять на принимаемые им решения.
Те же подходы прослеживаются и в экономике. За годы правления ПСР турецкий экспорт, по данным Эрдогана, вырос примерно с $36 млрд до $278 млрд, а ВВП — с $240 млрд до $1,6 трлн. К 2028 году власти рассчитывают приблизить ВВП к $1,9 трлн, доход на душу населения — к $21 тыс. и снизить инфляцию до однозначного уровня.
При этом ставка делается прежде всего на отрасли, от которых зависит самостоятельность государства: энергетику, оборонную промышленность, атомную энергетику, добычу собственного газа, искусственный интеллект и высокотехнологичное производство.
С этим тесно связано и развитие транспортной инфраструктуры. Выгодное географическое положение всегда было одним из важнейших ресурсов Турции, однако в условиях растущей конкуренции за грузопотоки между Европой и Азией одного положения на карте недостаточно. Анкара вкладывает средства в железные дороги, порты и логистику, стремясь сделать маршруты через Турцию более конкурентоспособными.
Особое место здесь занимает Средний коридор. В частности, железная дорога Карс—Ыгдыр—Аралык—Дилуджу должна связать Турцию с Нахчываном и далее через Азербайджан — с Каспием и Центральной Азией. В результате значение Азербайджана для Турции становится шире двустороннего военно-политического союза. Союз с Баку, Средний коридор и Организация тюркских государств становятся частями одной политики, позволяющей Анкаре расширять позиции от Южного Кавказа до Центральной Азии.
В этом контексте следует воспринимать и прозвучавшие в конце выступления слова Эрдогана: «История переписывается, открывайте дороги — идёт Великая Турецкая Республика». Под «Великой Турцией» скорее понимается страна с гораздо большим политическим, экономическим, военным и технологическим влиянием за пределами собственных границ.
Именно поэтому Эрдоган так много говорил о следующих поколениях. Он исходит из того, что его поколение уже создало политическую и экономическую основу для усиления страны, а будущие руководители получат Турцию с гораздо большими возможностями, чем та, которую ПСР получила в начале 2000-х годов. И уже от них будет зависеть, насколько далеко страна сможет продвинуться дальше — от сильной региональной державы к одному из самостоятельных центров силы в международной политике.
