В течение двух дней, 1–2 октября, столица Дании Копенгаген превратилась в политический центр Европы: здесь с интервалом в один день состоялись сначала саммит ЕС, а затем саммит Европейского политического сообщества. Среди многочисленных встреч, прошедших на полях этих мероприятий, особое внимание привлекли переговоры президента Ильхама Алиева. В частности, выделяется его отдельная встреча с премьер-министром Армении Николом Пашиняном. Примечательно, что по её итогам был опубликован короткий отчёт, который практически слово в слово совпал в версиях как азербайджанской, так и армянской сторон. Этот факт сам по себе символичен: он свидетельствует о согласованности позиций в отстаивании мирной повестки в постконфликтный период.
Особое значение имело то, что президент Азербайджана и премьер-министр Армении подчеркнули важность транспортных коммуникаций для региона, обсудили ход реализации инфраструктурных проектов на территории Азербайджана и проекта TRIPP в Армении, а также обменялись мнениями по выполнению Вашингтонской декларации. Однако на этом фоне сразу бросается в глаза дисбаланс: если азербайджанская сторона активно строит свою часть коммуникаций в рамках Зангезурского транспортного коридора, фактически способствуя реальной разблокировке сообщений, то Армения к практическим работам так и не приступила.
Более того, 29 сентября во время визита в Страсбург Никол Пашинян заявил, что от Армении не следует ожидать немедленной реализации договорённостей. «Наше представление такое: утром 9 августа мы смотрим, а там экскаватор? Ой, экскаватора нет, снова очередной фейк… Так это не работает», — образно заметил премьер. По его словам, в этом процессе «скорость должна быть медленной, но непрерывной», и любые попытки ускорить события обречены на провал. В настоящее время, уточнил он, ведутся лишь обсуждения по проектированию железной дороги — решается, кто будет отвечать за её строительство и кто возьмёт на себя финансирование.
И здесь закономерно возникает вопрос: сколько ещё придётся ждать, пока Ереван перейдёт от слов к делу? Ведь время имеет и политическую, и экономическую цену. Азербайджан уже к началу 2026 года планирует завершить строительство участка Горадиз–Агбенд, активно модернизирует железные дороги в Нахчыване и совместно с Турцией реализует стратегический проект линии Нахчыван–Игдыр, напрямую связывающей анклав с турецкой сетью и, фактически, с Европой. То есть Баку на деле демонстрирует поступательность и готовность довести процесс разблокировки коммуникаций до реального результата.
Армения же продолжает оставаться в стадии обсуждений и предварительного проектирования, словно сознательно откладывая практические шаги. Складывается впечатление, что Ереван намеренно тянет время, стремясь повысить ставки и выторговать для себя более выгодные условия — будь то в вопросах финансирования, контроля или политических гарантий. Но такая тактика чревата тем, что к моменту, когда инфраструктурные проекты Азербайджана и его партнёров будут завершены, Армения окажется в стороне от новой транспортной архитектуры региона. Тогда вопрос встанет иначе: не упустит ли Ереван шанс превратить свою территорию из тупика в полноценный транзитный узел?
В этой логике ситуация приобретает ещё более острый характер. Азербайджан демонстрирует готовность к ускоренной реализации проектов, формируя новую транспортную карту региона, где уже к 2026 году его инфраструктура способна стать ключевым звеном всей транскавказской логистики. Армения же, ограничиваясь дискуссиями и декларациями, производит впечатление страны, которая либо пытается выждать и выторговать максимум, либо просто избегает быстрых решений, опасаясь их последствий. Но время работает против неё: чем дальше продвинутся Баку, Анкара и их партнёры, тем меньше у Армении останется пространства для манёвра. В глазах международных игроков такая позиция всё больше выглядит не как осторожность, а как отсутствие политической воли.
В перспективе это означает риск потерять исторический шанс: вместо того чтобы стать транзитным центром и связующим звеном, Армения может окончательно закрепиться в роли периферии. И тогда её медлительность превратится не в осторожную стратегию, а в стратегическую ошибку, последствия которой уже трудно будет исправить.
Достаточно отметить, что в результате длительного конфликта с Азербайджаном, на сегодняшний день все стратегические региональные транспортные и энергетические проекты прошли в обход армянской территории. Зангезурский коридор – это последний шанс Армении догнать уходящий поезд, причем, в скором времени может статься не только в переносном смысле.
