Явление политического радикализма с каждым годом все больше становится банальной обыденностью политических процессов, протекающих практически во всех странах мира. Этот жанр политического поведения, который ответвился от безобидной на первый взгляд демагогии, стал привлекать внимание масс своей эмоциональной «красочностью», обманчивой искренностью и массовой доступностью риторики. Парадигма радикалистского поведения заключается в следующей формуле: кричим громко, давим на эмоции, игнорируем рационализм, отвергаем любой компромисс и жжём «мосты».
Тем самым, радикализм в политике – это всего лишь дешевая популистская безответственность. Радикализм по определению не представляет альтернативные разработки разрешения волнующих общество вопросов. Это просто не входит в перечень их стратегических задач. Радикализм боится ответственности, именно поэтому в большинстве случаев у них не бывает программных и стратегических разработок по конкретным отраслям и направлениям. Их политическая активность ограничивается исключительно огульной критикой власти. Считаю, что в данном случае именно в этом обстоятельстве как раз и скрывается основная проблема наших горе-радикалов.
Для доходчивости мысли позволю себе небольшие аналогии. Исторически, одной из особенностей всех восточных рынков являются продавцы-зазывалы, которые громче всех других кричат и тем самым привлекают к себе внимание покупателей. Однако, спустя всего лишь несколько минут на этих «искренних», на первый взгляд, продавцов просто перестают обращать внимание. Более того, спустя еще некоторое время, для постоянных посетителей рынка эти «продавцы-зазывалы» ассоциируются уже с мошенниками и мошенничеством. Тот же социо-психологический эффект обнаруживает себя по отношению к радикализму и радикалам в политике.
Со временем радикалы становятся заложниками своего образа. Вот на этом этапе, как раз и начинается их трагедия. Причем, трагедия как в личностном плане, так и в сфере «профессиональной» активности. Радикализм в политике, как реслинг в спорте, через некоторое время это псевдо-зрелище просто надоедает. Когда начинаешь понимать, что все это всего лишь роль и инсценированная ложь, «зрелище» перестает развлекать, а тем более удивлять.
Радикалам, будучи заложниками своего образа, ничего другого не остается как сгущать краски и наращивать эмоции. Зададимся риторическим вопросом: «Что останется у радикалов, если отнять у них этот образ?» У этой прослойки политических активистов нет ни фундаментальных разработок, которые могли бы продемонстрировать уровень их профессионализма; нет личных успехов, которые могли бы стать примером для подражания и доказательством их конкурентоспособности; нет стабильного, а тем более преданного электората; нет кадровой базы, нет, нет и нет. Вот и приходится им всеми правдами и неправдами держаться за свой образ.
Лишенный рациональности радикализм, это некий мираж негатива. Ведь именно благодаря негативу они оправдывают свое присутствие и свое поведение. Их задача концентрировать внимание общества исключительно на «пустую часть стакана». Успехи, перспективы, потенциалы и объективность не входят в круг их интересов. Поэтому следует понимать, что радикализм – это не политические убеждения или функциональная оппозиция, которая оппонирует власти, а некий политический «сорняк», который препятствует развитию общественных отношений.
Политика – это конструктивный диалог, благодаря которому ты демонстрируешь свои разработки, озвучиваешь идеи и, тем самым, можешь доказать свое превосходство над оппонентом. Таким образом, диалог – это не только признак конструктивизма, но и критерий демократических отношений. В таком случае, почему под разными предлогами радикалы отвергают даже саму вероятность своего участия в политическом диалоге? Ответ очевиден: диалог смывает «актуальность» и «значимость» радикализма, он теряет смысл и перестает давать дивиденды.
Развивая контекст, хотелось бы привести цитату из обращения президента Азербайджана Ильхама Алиева к своему народу от ноября месяца 2020-го года: «Я всегда говорил, что в политической плоскости есть и должны быть различные взгляды, это нормально. Должна быть оппозиция, это нормально. У нас, как и в любой демократической стране, конечно же, есть все эти свободы. Не должно быть лишь одного – нельзя находиться в оппозиции к государству, государственности. Нельзя жить мыслью “Чем хуже власти, государству, тем лучше мне».
Таким образом, мы вновь выходим на вопрос понимания значимости политического диалога, который благодаря различным инициативам власти активно продвигается у нас в стране. Не лишним будет напомнить, что именно атмосфера политического диалога уравновешивает позиции сторон, снимает необходимость в применении силы и дарит шанс на самореализацию.
Асиф Адиль
