На днях в Брюсселе состоялось первое заседание НАТО-Россия. Для Москвы это заседание представляется как формирование нового миропорядка, где Запад зафиксировал бы доминирование России на постсоветском пространстве, включая Украину и Грузию.
Читайте нас в Telegram, подписавшись на официальный канал. Там вы найдете самые свежие материалы!
С другой стороны, Кремль требует, чтобы НАТО не продвигалось на восток к границам России и дал гарантии того, что ни Украина, ни Грузия не станут членами НАТО, на что западные страны ответили отказом. О переговорах НАТО и России рассказал в интервью Mival.az российский политолог Александр Сытин.
— Как вы оцениваете переговоры России и НАТО? Какие главные требования у Москвы?
— Требования Москвы были озвучены задолго до встречи. Интересно, что и ответ Запада из уст чиновников США, ЕС и НАТО самых разных рангов тоже были озвучены, но Рябков, которого люди, с ним контактировавшие, характеризуют как человека вполне вменяемого и всё понимающего, по каркасу Кремля настаивал на том, что им надо объяснить и обосновать позицию России, они услышат и поймут, пойдут на какие-то компромиссы. Главное и, по сути, единственное требование России состояло в достижении юридически обязывающего документа о не расширении НАТО на Восток, прежде всего, это касалось Украины, во вторую очередь — Грузии и Молдове.
Звучало также пожелание вернуть НАТО к границам 1997 года, но это уж совсем смехотворно и непостижимо! Как вообще возможно реализовать подобный сценарий? В качестве аргументов приводился расчет подлётного времени ракет, что довольно странно, учитывая возможность размещения вооружений любого уровня на территории, например, Эстонии. Дополнительным аргументом служило «обещание НАТО не расширяться», якобы данное в эпоху объединения ФРГ с ГДР. Средством давления (шантажа) служило стратегическое устрашение, основанное на угрозах украинской государственности и демонстрации новых типов ракет, вкупе с заявлениями о том, что Россия уже не та, что была раньше.
Была развернута беспрецедентная PR-кампания, однако её воздействие, судя по всему, не вышло за пределы внутренней русской аудитории. Как можно было изначально не понимать, что Запад просто в принципе не может принять точку зрения России, не говоря уже о том, чтобы взять на себя некие обязательства, в вопросе, являющемся его исключительной прерогативой (о расширении Альянса) — для меня остается загадкой.
— Удовлетворит ли Запад требования Москвы по Украине и Грузии? Или желания Кремля так и останутся желанием?
— Русская дипломатия, с моей точки зрения, добилась прямо противоположного эффекта. Если бы не то, что условно можно назвать меморандумом (меню, ультиматумом Рябкова) США и НАТО могли бы еще неопределенно долго рассматривать вопрос о расширении НАТО за счет Грузии и Украины, учитывая такие факторы, как несоответствие стран необходимым стандартам, повальную (в случаях Украины и Молдавии) коррупцию, наличие территориальных конфликтов, а главное — наличие во всех перечисленных странах огромной сети русской агентуры, ликвидировать которую нет ни сил, ни особого желания.
Теперь же Запад просто не может без совершенной потери лица не расширить пределы НАТО. Удивительно, что кгб-шное руководство Кремля сделало ставку на стратегическое устрашение, базируясь на своем опыте внушения подсознательного коллективного страха, характерного для русского, в том числе и постсоветского общества. Но к странам, в частности, к Восточной Европе, это не относится. Феномен непонимания этого в Кремле является для меня второй загадкой во всей этой истории.
Теперь Москве остается ТОЛЬКО путь вооруженной конфронтации, на что она пойти не может из-за того, что называется неприемлемым политическим, военным и, главное, экономическим ущербом. Так что результаты переговоров я склонен оценивать, как однозначное дипломатическое поражение России. Реальное же расширение НАТО станет для нее крупной внешнеполитической неудачей, сопоставимой с Крымской войной и выводом войск из Афганистана. Последствия пока предсказывать не возьмусь, но внешнеполитические поражения ВСЕГДА приводили Россию к глубокому кризису.
Беседовал Ниджат Гаджиев
