Пришла пора прощаться с 2016 годом. Это был год реальных провалов и фейковых побед. Застыла в растерянности западная цивилизация. Ударный отряд анти- либерализма в лице России, Китая и Ирана попытался проверить либеральное сообщество на наличие мускулов, не встретив особого отпора. Запад не в первый раз теряет драйв. Ирония в том, что прежде именно СССР укреплял его устойчивость, заставляя либеральное сообщество обновлять терявшие эластичность механизмы. Сегодня Западу тяжелее: он не выдержал испытание открытостью и отсутствием идеологического оппонента, не сумев ни справиться с инфильтрацией исламской культуры, ни отстоять свои принципы, столкнувшись с российским вызовом.
Но хоронить Запад рановато – у этой цивилизации огромный запас жизнеспособности. Угроза его основам неизбежно вызовет сплочение общества и выход боеспособной элиты, готовой к защите западных устоев. Правда, это еще впереди. Президентство Трампа и дезориентация Америки затягивают период замешательства в либеральном мире.
А что Россия? Кремль можно поздравить: власти удалось решить две задачи- легитимировать новый охранительно-репрессивный режим через думские выборы и заставить общество адаптироваться к стагнации. Но зачистка политического поля порождает эффект кипящего чайника с закрытой крышкой: отсутствие каналов для выхода настроений народа оставляет для него один шанс самовыражения — через выход на улицу. Власть сумела справиться с политическим брожением меньшинства, но что она будет делать с растущим социальным недовольством большинства?
Может показаться, что паралич Запада создает для Кремля уникальные возможности для игры на международном поле, чтобы отвлечь общество от внутренних проблем. Но реальность оказывается для России безжалостной. События 2016 г (участие России в сирийской войне и трагедия Алеппо, скандал с допингом в российском спорте и подозрения о вмешательстве России в избирательный процесс в США) формируют в мире имидж России, как государства- хищника, не признающего правил игры. Добавим к этому стремление западных государств свернуть глобализацию, вернувшись к защите своего суверенитета и национальных интересов.
Следовательно, сужаются возможности для существования России через использование ресурсов Запада и интеграцию правящего класса «в Запад». А к выживанию через опору на собственные силы Россия не готова. К изоляции тем более — великая держава не может быть маргиналом!
Пока нет оснований полагать, что в 2017 г российские самодержавие столкнется с альтернативой на международном и внутреннем поле. Но сам его механизм выживания — через бои без правил и поиск врага — порождает ситуацию «воронки», когда попытка решить одну проблему, порождает новую и еще более тяжелую. Так, попытка закрыть «украинскую тему» через вмешательство в сирийский конфликт, привела к тому, что теперь непонятно, как их него выползти. Стремление принудить Запад «к любви» через устрашение заставляет Запад искать свой нетривиальный ответ, который вряд ли облегчит России жизнь. Так, Запад будет искать пути сдерживания России, но не через открытое противостояние, а через ее истощение: «Хотите взять на себя решение сирийской проблемы? Пожалуйста! Ввязывайтесь в новый Афганистан, а мы постоим и посмотрим! Хотите новой ядерной гонки? С удовольствием поддержим ваше желание». Тем, кто у нас надеется на диалог с Трампом, следует обратить внимание на его последний комментарий в твиттере в ответ на выступление президента Путина 22 декабря: «Нужно серьёзно усилить и расширить американские ядерные возможности». А еще раньше Трамп ныл: «Мы устарели с нашим ядерным вооружением». Пентагон планирует тратить около 18 млрд долл на обновление ядерного потенциала США ежегодно в течение 15 лет. И как Россия выдержит эту гонку?
Стало очевидно и исчерпание военно-патриотической легитимации власти и готовности населения жить в «Осажденной Крепости». А новой легитимации у власти нет. Если, конечно, она не найдет новых доказательств необходимости возвратиться в крепость. «Воронка», тем временем, продолжает засасывать и именно «воронка», видимо, станет основной российской темой 2017 г.
Лилия Шевцова
Российский политолог, доктор исторических наук, старший научный сотрудник Brookings Institution
