В Армении снова достают из политического архива события 12–13 сентября 2022 года. Формальный повод — годовщина боев. Но содержание некоторых публикаций куда интереснее даты в календаре. Тут есть все и сразу: героизация погибших вояк, разговоры о «неотомщенной крови» и попытки представить поражение как незаконченный конфликт.
Иными словами, мирный процесс идет своим путем, а реваншизм — своим. Причем есть острое ощущение того, что эти два маршрута в Ереване вовсе не считаются взаимоисключающими.
Между тем сентябрьские столкновения 2022 года имели вполне конкретный контекст. Азербайджанская сторона заявляла о провокациях армянских сил на нескольких направлениях, после чего азербайджанская армия нанесла ответный удар и заняла ряд стратегических позиций.
Сегодня же часть армянского информационного пространства пытается превратить эти события в удобный миф о том, что погибшие становятся символами так называемого национального сопротивления», а идея реванша получает эмоциональную огранку. Это подходит для внутренней политики, но крайне опасно для мирного процесса.
Но в Армении реваншизм давно вышел за пределы узкого круга радикалов. На последних парламентских выборах более 40% голосов получили силы, выступавшие с оппозиционных и реваншистских позиций, при этом часть партий не преодолела проходной барьер и осталась за пределами парламента. Поражение на выборах еще не означает исчезновения соответствующего электората.
Ереван козыряет, что одновременно сделал ставку на мир и противостоит оппозиции, но готовность Армении к миру – весьма сомнительное предприятие, поскольку никаких следов борьбы с идеологией реванша нет.
Посему, картина выглядит неоднозначно. Оппозиционеры оказываются под арестами, при том, что западные структуры демонстрируют удивительную сдержанность. А борьба с укоренившейся азербайджанофобией почему-то не становится столь же приоритетной задачей. Кроме того, в Армении продолжается героизация персонажей, связанных с террористическим прошлым, а отдельные структуры, относящиеся к прежней военной и идеологической повестке, сохраняют возможность вольготного существования.
Если уже вы начали говорить о новой странице отношений с Азербайджаном, то надо сказать, что она плохо сочетается с попытками писать старую историю чернилами реванша.
К слову, не стоит питать иллюзии по поводу причин, по которым Ереван пошел на мирный процесс. Это вовсе не потому, что в какой-то момент обнаружил в себе исключительно миролюбивую политическую волю. К этому его подтолкнула изменившаяся реальность, сформированная в том числе последовательной политикой президента Азербайджана Ильхама Алиева.
Сегодня Баку демонстрирует готовность двигаться дальше через развитие экономических контактов, обсуждения новых форматов взаимодействия, встречи представителей гражданского общества.
Но нельзя путать два важных момента: наличие всего перечисленного и мир в целом не требуют от Азербайджана забыть собственную историю. Разрушенные города и села, уничтоженное культурное наследие, военные преступления, преступления против человечности и Ходжалинский геноцид — не материал для удобного политического забвения.
Если Ереван действительно хочет мира, это должно быть видно не только за столом переговоров. Это должно быть видно и внутри самой Армении — по тому, насколько последовательно государство пресекает реваншистскую риторику. Потому что мирный договор можно подписать за один день. А мирное мышление приходится доказывать годами.
