Выступление Верховного комиссара ООН по правам человека Фолькера Тюрка на 63-й сессии Совета ООН по правам человека невольно заставляет вспомнить слова Ильхама Алиева, произнесенные в Бишкеке в присутствии генерального секретаря ООН.
Президент Азербайджана тогда напомнил простую вещь: четыре резолюции Совета Безопасности ООН, принятые еще в 1993 году, десятилетиями лежали мертвым грузом, а сама Организация Объединенных Наций, по его словам, не сыграла в их реализации никакой роли. Территориальную целостность и суверенитет Азербайджан восстановил сам — без чьей-либо помощи.
Теперь ООН вдруг проявляет активность в другой сфере. Тюрк заявляет, что «ограничения гражданского пространства и свободы СМИ усиливаются в Азербайджане и Грузии». Список «внушительный». Но в нем зияет одна дыра: а где Армения?
Неужели современная Армения настолько образцова в вопросах демократии, свободы слова, деятельности оппозиции и независимости правосудия, что Верховный комиссар не нашел повода упомянуть ее хотя бы вскользь? Факты говорят обратное — поводов для вопросов более чем достаточно.
За день до парламентских выборов 7 июня 2026 года в Армении были задержаны сразу десятки кандидатов от оппозиционной партии «Сильная Армения». Международные наблюдатели после голосования отмечали многочисленные уголовные дела против оппозиционных кандидатов и активистов — именно из-за них многие сторонники оппозиции предпочли отказаться от активного участия в кампании. Указывалось и на неравенство условий для участников выборов.
Еще до дня голосования делегация ПАСЕ сообщала, что слышала жалобы на двойные стандарты в судебной системе. Представители армянской оппозиции обращали внимание на большое число политиков и священнослужителей, находившихся под следствием или домашним арестом.
И дело не только в политической борьбе. Даже столь любимые в ООН международные правозащитные структуры фиксируют вполне конкретные проблемы. Human Rights Watch в докладе по Армении указывает на ограничения свободы СМИ, расширение государственной слежки, проблемы с независимостью судов и чрезмерное применение предварительного заключения. Amnesty International пишет об исках против правозащитников и журналистов, ограничивающих свободу выражения мнения, а также о неэффективном расследовании случаев незаконного применения силы полицией. Даже «Репортеры без границ» говорят о давлении на журналистов, оскорблениях, нападениях, злоупотреблении исками о диффамации и атмосфере, толкающей к самоцензуре.
Все это не значит, что критику в адрес Азербайджана или Грузии нужно запретить. Международные организации вправе задавать неудобные вопросы любому государству. Проблема начинается там, где принцип универсальности применяется выборочно.
Именно поэтому отсутствие Армении в перечне Тюрка так бросается в глаза. Можно сколько угодно спорить о масштабах нарушений, искать им оправдания, окрашивать их в удобные политические тона. Но избирательная слепота — это настоящий диагноз. Не замечать бревна в глазу одного государства, зато выносить громогласные приговоры другому — капитуляция перед собственными принципами. Доверие теряется именно так: не в момент ошибки, а в момент молчания там, где полагалось говорить.
Это и есть хроническая болезнь международных институтов подобного рода: стоит оценкам хоть раз показаться избирательными, как тут же встает вопрос — где заканчивается защита универсальных ценностей и начинается обслуживание политической конъюнктуры и чужих лоббистских интересов?
И тогда слова Ильхама Алиева об авторитете ООН звучат уже не как реплика в дипломатическом протоколе, а как диагноз. Авторитет международной организации измеряется не числом громких заявлений, а простой и неумолимой способностью применять собственные принципы одинаково ко всем — вне зависимости от политических симпатий, союзов и географии.
