Накануне состоялся телефонный разговор между премьер-министром Николом Пашиняном и президентом Казахстана Касым-Жомарт Токаевым, во время которого глава армянского правительства пригласил последнего в Армению. В связи с этим у стороннего наблюдателя может невольно возникнуть вопрос: почему именно в данный момент? Первое, что приходит на ум, это попытка Еревана заручиться поддержкой Астаны в условиях конфликта с Москвой в рамках ЕАЭС. Как известно, сегодня фактически из-за известных препон России сельскохозяйственная отрасль армянской экономики переживает нелегкие времена.
Но, помимо проблем с ЕАЭС, есть и другие важные моменты, которые интересны для обеих сторон. Предполагаемый визит приходится на момент, когда в регионе меняется сама логика транспортных и экономических связей. Для Армении это возможность занять место в новой системе грузоперевозок, для Казахстана — укрепить позиции одного из главных игроков Среднего коридора.
Не секрет, что за последние несколько лет Средний коридор превратился из альтернативного маршрута в одно из наиболее перспективных направлений торговли между Азией и Европой, и Казахстан находится в центре этих процессов. Через его территорию проходит значительная часть грузопотока, поэтому Астана активно инвестирует в развитие железных дорог, портов на Каспии и логистических терминалов. Фактически именно Казахстан сегодня во многом определяет темпы развития всего маршрута.
Стоит отметить, что в эту же систему постепенно вписывается и обсуждаемый проект «Маршрут Трампа», который в перспективе станет немаловажным звеном евразийской транспортной и логистической цепи. И в этом смысле TRIPP для Армении является вопросом не только экономики, но и выхода из многолетней инфраструктурной изоляции. Однако участие в подобных проектах требует готовой инфраструктуры. Именно здесь Ереван сталкивается с главным вызовом. Для запуска железнодорожного сообщения необходимо достроить около 42 километров пути на армянской территории. На первый взгляд расстояние небольшое, но именно оно сегодня остается одним из последних препятствий для формирования единой транспортной линии.
А для Азербайджана, напротив, в этом вопросе проблем нет. Как заявил накануне в интервью турецкому телеканалу CNN TÜRK помощник президента Хикмет Гаджиев, Азербайджан практически завершил выполнение своей части проекта. Он отметил, что Турция продолжает строительство новой железнодорожной линии из Карса, а Армения совместно с США взяла на себя обязательство построить 42-километровый участок. Поэтому дальнейшая судьба проекта во многом зависит уже от решений армянской стороны.
Но строительство — лишь одна часть вопроса. Не менее важен ответ на другой: кто будет управлять этой инфраструктурой. Как известно, сегодня железные дороги Армении находятся в концессионном управлении Российских железных дорог (РЖД). Такой расклад долгое время считался продолжением тесных экономических связей между двумя странами. Однако после заметного охлаждения отношений с Москвой Никол Пашинян не раз давал понять, что действующая модель может быть пересмотрена. Более того, среди возможных вариантов называлась передача управления железной дорогой другому государству, и в этом контексте упоминался Казахстан. Тогда подобные заявления выглядели скорее политическим сигналом. Теперь они приобретают вполне практический смысл.
Для Казахстана участие в таком проекте выглядело бы вполне логичным. Астана давно стремится не просто играть роль транзитной территории, а контролировать как можно больше звеньев всей логистической цепочки. Такой подход позволяет не зависеть исключительно от транзитных доходов, а превращаться в полноценного организатора перевозок между Востоком и Западом. И появление казахстанского партнера в армянской железнодорожной системе хорошо вписывалось бы в эту стратегию.
В свою очередь, для Еревана подобное сотрудничество также решало бы сразу несколько задач. Во-первых, появился бы инвестор и партнер, напрямую заинтересованный в скорейшем запуске маршрута. Во-вторых, Армения получила бы возможность интегрироваться в Средний коридор через страну, которая уже играет в нем одну из ведущих ролей. В-третьих, это стало бы очередным шагом в политике диверсификации внешнеэкономических связей, которую армянские власти стараются проводить на протяжении последних лет.
И вот в этом случае подобное решение может оказаться наиболее чувствительным для Москвы. Железнодорожная инфраструктура остается одним из крупных экономических отраслей, где российское присутствие сохраняет стратегическое значение.
Но тут наблюдается интересный момент. Несмотря на то, что отношения между Ереваном и Москвой далеко не безоблачные, власти Армении стараются особо не раздражать Россию. И в данном контексте выбор не какого-либо западного оператора, а именно Казахстана, неслучаен. Астана сохраняет рабочие отношения с Москвой, входит в ЕАЭС, одновременно развивает сотрудничество с Китаем, Европейским союзом и государствами Центральной Азии. То есть благодаря этим факторам возможное участие Казахстана трудно представить как антироссийский шаг. Скорее, речь может идти о перераспределении экономических ролей внутри самой евразийской системы.
Конечно же, пока нет официальной информации о том, что тема железной дороги будет затронута на возможных предстоящих переговорах. Однако сложившаяся политическая ситуация, в рамках которой строительство недостающих 42 километров железной дороги нуждается в ускорении, позволяет предположить, что главы двух стран не обойдут этот вопрос стороной.
Резюмируя вышесказанное можно отметить, что предстоящий визит президента Казахстана имеет гораздо большее значение, чем обычная встреча двух лидеров. Если транспортная повестка действительно станет основой переговоров, это будет означать, что Армения от голословных заявлений переходит к практическим шагам в вопросе интеграции в новую евразийскую логистику.
