Состоявшееся государство от failed state отличает множество признаков. Один из них, и далеко не последний по важности, — это чёткая позиция. Не берёмся утверждать, знает ли это посол Франции в Армении Оливье Декотиньи. Но на днях сей, как он сам себя считает, наследник Талейрана дал интервью Общественному телевидению Армении. Где — ну надо же! — выдавил из себя: во-первых, Карабах является территорией Азербайджана, что признано как международным сообществом, так и самой Арменией.
А во-вторых, Армения признала это ещё в Алматинской декларации, поскольку Карабах был регионом советского Азербайджана. Декотиньи подчеркнул, что утверждения о признании Карабаха частью Азербайджана в Праге в 2022 году не соответствуют действительности, поскольку этот факт был зафиксирован ещё в Алматы, а Пражское заявление лишь ссылается на него.
Похвально, конечно. И мы даже не станем задавать вопросов, как понимать, что, признав в 1991 году в Алма-Ате границы Азербайджана, Армения продолжала политику «миацума», пока не получила по голове «Железным кулаком». Но, во-первых, как в этом случае понимать дешёвые наскоки господина Декотиньи, который, как обратили внимание в МИД Азербайджана, в том же интервью пытался ставить под сомнение законные и легитимные меры Азербайджана по деоккупации своей территории? То есть, по мнению Парижа, Карабах считается территорией Азербайджана, но контролировать его должна Армения, поскольку она «сестричка Франции»? В Париже так понимают международное право? Или это открытие совершил лично Декотиньи?
Во-вторых, непонятно, о каком «ответе» Азербайджана на оккупацию Арменией четырёх сёл в Газахском районе рассуждает французский дипломат. Азербайджан не оккупирует ни одного метра армянской территории. Так какого ответа ждут в Париже? Что мы возьмём и подарим Армении всю территорию бывшей НКАО и ещё Кельбаджарский район впридачу?
И, наконец, самое главное. Если в Париже считали и считают Карабах территорией Азербайджана, то как объяснить всю истерику французских политиков в поддержку оккупационно-сепаратистской хунты в Ханкенди? Что там делала, к примеру, Валери Пекресс? Что делал её будущий на тот момент премьер-министр Франции Мишель Барнье? Каким образом мэр Парижа Анн Идальго позволяла себе фотографироваться на фоне грузовичков с плакатами «помощь арцахским братьям», в то время как Азербайджан открыл Агдамскую дорогу для доставки гуманитарной помощи?
И самое главное — какого корнеплода ни разу — НИ РАЗУ! — МИД Франции не посчитал своим долгом от этих действий отмежеваться и напомнить, что Карабах — это территория Азербайджана, а признанные границы надо уважать? Словом, тот случай, когда за державу обидно…
