Азербайджан подводит итоги исторических президентских выборов 7 февраля — выборов Победы. Президент Ильхам Алиев, получивший, по последним данным, 92,5% голосов, принимает поздравления и от мировых лидеров, и, согласно неписаным правилам политической вежливости, от своих соперников на выборах, признающих тем самым свое поражение. За пост президента боролись семь кандидатов, в том числе депутаты ММ Захид Орудж, Рази Нуруллаев, Гудрат Гасангулиев, Фазиль Мустафа…
А вот ПНФА умудрилась…объявить о «непризнании выборов». Оказывается, не было «условий для честной конкуренции».
И вот интересно: бумага не покраснела? А мониторы?
Напомним: по мнению международных наблюдателей, выборы проходили в прозрачной и конкурентной обстановке. Возможности для бесплатной и платной агитации, дебаты на ТВ, наконец, полная свобода агитации в соцсетях — на выборах для соперничающих кандидатов были созданы все условия. От выдвижения своего кандидата на выборы оппозиция отказалась сама, даже не начав предвыборной кампании. Точно так же, как воздержались от участия в президентских выборах 2018 года. И теперь, мягко говоря, абсурдно пытаться «перевесить» ответственность за неучастие радикальной оппозиции на власть— решение отказаться выдвигать своего кандидата оппозиционные лидеры приняли сами, даже не начав предвыборной кампании. И причины этого решения проанализировать стоило бы.
В самом деле, «беспроигрышного» сценария у оппозиции не было. Ее лидеры, несмотря на все агитационные штампы, трезво представляли себе расстановку сил в Азербайджане и понимали, что составить конкуренцию Ильхаму Алиеву не смогут. Выиграть выборы им не удалось даже в 2003 году, а сегодня, после реализации программы реформ и тем более победы в Карабахе, шансов на сногсшибательные цифры не оставалось даже в теории.
Можно было постараться выдвинуть единого кандидата от оппозиционного лагеря и собрать хоть что-то. Но и тут особо ничего не светило. Последняя попытка оппозиции принять участие в президентских выборах с единым кандидатом — в 2013 году — тоже закончилась громким провалом. Вначале единым кандидатом от оппозиции попытались выдвинуть кинорежиссера Рустама Ибрагимбекова, но тот не успел вовремя отказаться от российского гражданства. Затем единым кандидатом стал историк Джамиль Гасанлы, но такая смена лидерства на пользу точно не пошла. Особенно на фоне серии «расколов», союзов, выступления одних оппозиционных партий против других и т.д. В оппозиции всегда имелся переизбыток лидерских амбиций на крохотном электоральном поле. К тому же, не факт, что Рази Нуруллаев или Гудрат Гасангулиев, выходы из «Народного Фронта», стали бы объединяться с Керимли, чья богатая политическая биография сегодня играет против него.
В Азербайджане слишком хорошо помнят, как дорого обошлось стране пребывание у власти лидеров нынешней оппозиции в 1992-1993 гг. И слишком хорошо осведомлены о предательских — иначе не скажешь — шагах радикальной оппозиции в последующие годы, начиная еще с провокаций во время «Евровидения». Вот и получился «анти-мастер-класс» на тему «как проиграть выборы, не участвуя в них».
А если раздвинуть хронологические рамки, то картина еще хуже. Теоретически у оппозиции был шанс провести «работу над ошибками» или хотя бы эти ошибки признать. Публично ответить на вопрос «что мы делали не так». Наконец, набрать управленческого опыта, которого так не хватало и не хватает оппозиционерам. Тем более что для этого был такой инструмент, как муниципальные выборы. Но муниципальные выборы в оппозиционном лагере с презрением игнорировали. Ведь там надо было заниматься конкретикой — ремонтом дорог, освещением улиц, — а не произносить громовые речи о будущем страны и мира.
А сегодня в итоге всего того, что сделано и чего не сделано, вырисовывается весьма печальная для самой радикальной оппозиции картина. Да, оппозиционные партии — это часть нормального демократического процесса. Да, «протестный электорат» есть в любой стране и любом обществе. Но сегодня азербайджанская радикальная оппозиция не в состоянии собрать вокруг себя даже протестный электорат, уступая его кому угодно, от исламистов до анархистов. Там за все прошедшие годы кризисов и неизбежного падения рейтингов не изменилось ничего — ни программы, состоящие из броских лозунгов и более ничего, ни лозунги родом из ранних девяностых, ни лидеры. И вот это уже однозначно рисует «застойную» атмосферу в самом оппозиционном лагере. Где любят, конечно, кидать штампы о «сменяемости власти», но применить те же требования к собственным партиям не торопятся. Да, если опытный многолетний лидер успешно справляется с задачами и вызовами, это можно только приветствовать. Но в оппозиционном лагере ничего похожего на успех не просматривается. К старым проблемам добавились новые — с одной стороны, неумение договориться между собой, с другой, готовность идти на союз с достаточно сомнительными «партнерами», от нардаранских религиозных радикалов до пророссийского «Союза миллиардеров». Не считая разнообразных НПО, находящихся уже на западном финансировании.
И вот с этой публикой нам предлагают связывать надежды на демократизацию и реформы?
Но даже при таком невеселом раскладе у оппозиционных лидеров был шанс просто НЕ ПОЗОРИТЬСЯ. Не тиражировать откровенную ложь по заказам антиазербайджанских сил. Не врать и не пробивать очередное «дно». Но даже на это не хватило пороха. Силы, которые претендуют на статус «главной надежды протестного электората», выродились в дешевый балаган по обслуживанию внешних заказов.
И все это надо держать в голове, когда в оппозиционном лагере начинается писк о «вброшенных бюллетенях», «недемократичных выборах» и т.д.
Отдел политики Minval.az
