Намеченная на 29 сентября встреча президентов Турции и России Реджепа Тайипа Эрдогана и Владимира Путина обречена на самое пристальное внимание экспертов. Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента РФ, уже озвучил свой анонс. По его словам, несмотря на то, что президент России находится в режиме самоизоляции и большинство мероприятий проводит по видеосвязи, с Эрдоганом Путин встретится лично. А повестку дня переговоров уже очертила пресс-служба Кремля: «Планируется обсудить различные аспекты российско-турецкого партнерства в политической и торгово-экономической областях. Будет также проведен обстоятельный обмен мнениями по актуальным международным вопросам, включая развитие ситуации в Сирии, Ливии, Афганистане и Закавказье» — притом что накануне Дмитрий Песков, встречаясь с журналистами, не назвал Южный Кавказ в числе возможных тем диалога Путина и Эрдогана.
Можно долго гадать, означает ли это, что ситуация на Южном Кавказе была включена в повестку дня переговоров в последний момент и по настоянию турецкой стороны. Но в чем нет сомнений, так это в том, что Путину и Эрдогану есть что обсудить. Достаточно вспомнить раздраженно-многообещающие намеки Марии Захаровой по поводу совместных учений спецназа Азербайджана и Турции вблизи Лачинского коридора, контролируемого российскими миротворцами — как и то обстоятельство, что деятельность этих самых миротворцев подвергается в Азербайджане жесткой критике. Причем если раньше недовольство официального Баку доводилось до сведения Москвы по конфиденциальным каналам, то теперь наличие претензий к МС РФ в своём интервью официально озвучил президент Азербайджана Ильхам Алиев. Не говоря о заявлениях МИДа и Минобороны Азербайджана.
И, наконец, с Азербайджаном самым непосредственным образом связан еще один пункт повестки дня будущей встречи, тот самый, где эксперты из «третьих стран» как раз и ждут наиболее острую дискуссию — Сирия. И не только потому, что турецкая разведка ликвидировала здесь бывшего представителя РКК по Армении.
Напомним: как раз накануне своей встречи с Эрдоганом Путин вызвал в Москву дамасского «халифа на комендантский час» Башара Асада. А затем наблюдатели с тревогой заговорили об опасной российской эскалации в сирийском Идлибе — «зоне безопасности», которую как раз контролирует Турция и где сосредоточены именно протурецкие силы умеренной сирийской оппозиции. Более того, по поводу роста интенсивности бомбовых ударов высказываются уже не только сирийские полевые командиры. Как заявил уже министр обороны Турции Хулуси Акар, который прямо обвиняет Москву в том, что там не держат слова и не выполняют подписанный с Турцией меморандум по Идлибу.
Строго говоря, подобные «обострения» случались и раньше, после чего следовали переговоры и новые договорённости, закреплявшие очередное «распределение сил». Но на сей раз все иначе. Как отметили еще накануне встречи Путина и Эрдогана источники в сирийской оппозиции, огонь по турецким и протурецким силам ведётся с позиций, которые занимают не только верные Башару Асаду подразделения, но и иранские «ополченцы». Та поддержка, которую Иран оказывает Башару Асаду, вряд ли для кого-то секрет или новость. Но вот втягивание иранских подразделений в прямое боевое соприкосновение с турецкой армией коренным образом меняет, скажем так, «уровень противостояния» Анкары и Тегерана. И если иранская игра на обострение с Турцией в Сирии совпала по времени с провокационными учениями КСИР вблизи азербайджанских границ, заявлениями аятоллы Амили и иранской «большегрузной контрабандой» в Ханкенди, это вряд ли можно назвать цепью случайностей. Сирия и Азербайджан — это как раз те «поля», где Тегеран вполне мог рассчитывать ударить по позициям Турции, не рискуя при этом втянуться в конфликт со всем блоком НАТО. Наконец, армянские СМИ и телеграмм-каналы активно «постят» статью иранского агентства «Тасним», эксперты которого уверены, что «Зангезурский коридор» представляет непосредственную угрозу для России, Ирана и Китая, усиливает позиции Турции и всего НАТО в Центральной Азии и т.д., наконец, угрожает «территориальной целостности Армении», и заканчивают свой опус призывом к проведению «совместной политики».
И вот тут уже как минимум небезынтересно, что Пескову накануне встречи пришлось еще и опровергать слухи о возможном участии в сочинском саммите президента ИРИ Раиси.
Это, конечно, еще не доказательство для суда, что, устроив «демонстрацию силы» вместе с Россией в Сирии и под аплодисменты российского побитого «форпоста» на Южном Кавказе, Иран предполагал далее включиться в многообещающий торг в ходе саммита в Сочи, которому предстояло стать трехсторонним, но в последний момент что-то сорвалось. Но Турция уже перебрасывает в Сирию дополнительные силы — и бронетехнику, и оружие, и личный состав, а глава ее оборонного ведомства Хулуси Акар предупреждает, что в Анкаре не потерпят угрозу своим южным границам. А Азербайджан делает свой ответный ход, устроив досмотр иранских грузовиков на дороге Гафан-Герус, что вызывает в ИРИ настоящую панику.
А это верный признак, что сочинский саммит пройдёт при совсем другом раскладе сил, чем это казалось московским и тегеранским экспертам еще накануне.
Нурани
