Ставший уже бывшим президент Афганистана Ашраф Гани мотивировал сдачу власти тем, что не пожелал пролития крови. Звучит может и красиво, но кощунственно. За долгие годы нестабильности Афганистан породнился с большой кровью, точнее, с кровопусканием. Вину за тягостное положение несут на себе все, кто примерял тогу правителя, да еще и под прикрытием внешних полюсов.
Как только не называют многострадальную страну, которой покой только снится. Кладбищем империй, пороховой бочкой, проклятием сильных и так далее. И каких только форм государственного устройства здесь не было.
Страной правили короли, республиканцы, республиканцы-народники левого толка, выборные президенты, а теперь настает черед эмира. Кстати вспомнить, что талибы, некогда ведомые небезызвестным муллой Омаром, с 1996 по 2001 год, пока его не свергли американцы, объявили страну эмиратом. Правда, тогда у них не было полной власти над страной.
Ко второй попытке воссоздания вожделенного эмирата талибы подошли более подготовленными. И чего же от них ждать теперь?
Вопросов о будущем государственного устройства, системе формирования органов власти, об управленческой модификации хоть отбавляй. Мало кто отважится дать вразумительные на них ответы.
Причина не в том, что афганцы не способны выработать наиболее приемлемую для жизненного уклада форму правления. Вековая беда афганцев в том, что вмешательство внешних сил в дела страны превратилось в норму, стало быть, рычаги дестабилизации и в будущем будут срабатывать безотказно.
Талибов воспринимают в качестве национальных сил, способных навести порядок и создать платформу национальной индустрии. Сдается, что предположения из этой серии базируются на неубедительных мотивах.
Пока движение «Талибан» на подъеме, важно анонсирует создание исламского эмирата, когда в регионах уже разворачиваются тревожные тенденции.
Ашраф Гани пытался выглядеть противником насилия и нового витка гражданской войны. Он сделал громкий заключительный ход, чтобы не потерять лицо и уйти достойно, как лидер, пожертвовавший властью ради национального примирения. Но хлопок его дверей сегодня не слышен, в стране по-прежнему стреляют, взрывают, словом, воюют. Обычное для афганцев состояние. По данным ООН, только за последний месяц в Афганистане убито более 1000 мирных жителей.
Одной из первых инициатив новых властителей стало амнистирование узников известной тюрьмы «Поли-Чархи», в которой содержались головорезы исламского террора. Власть Ашрафа Гани не особенно церемонилась с террористами, в случае необходимости выставляла непомерно высокие счета тем, кто убивал и насиловал женщин и детей, полицейских и военнослужащих только ради того, чтобы установить в стране власть креатуры Эр-Рияда, Абу-Даби, Исламабада и объединенного Запада.
Если называть вещи своими именами, движение «Талибан» являет собой организацию, идеология и деятельность которой строго коррелируется с понятием классического исламского террора. Финансово-идейное питание ей до сих пор обеспечивают радикальные круги королевств Персидского залива при четкой координации специальных служб и военной разведки ряда стран.
Разработки и организационные приготовления проекта велись под непосредственным надзором спецслужб Запада, в особенности США, которые курировали процесс инкубации исламского террора. На нее они возлагали большие надежды в контексте глобального переустройства огромного мусульманского ареала.
Сегодня в СМИ циркулирует контент, согласно которого талибы перед взятием Кабула получили приказ командования воздерживаться от насилия и свободно выпускать всех, кто захочет покинуть город и даже страну. Первыми сами американцы принялись эвакуировать чиновников и членов их семей, что сотрудничали с правительством Ашрафа Гани и с присутствовавшими в Афганистане западными миссиями.
Прекрасно понимая, что упертые радикалы никого не пощадят, ибо им важно физически избавляться от идеологических оппонентов, западные медиа воссоздали мягкий информационный фон, дабы подсобить процессу легитимации движения талибов в международном плане. Не секрет, что во многих странах движение Талибан до сих пор под запретом.
Так, взрывы бомб, перестрелки и локальные боевые столкновения далеко не редкость для сегодняшних афганских будней. Разумеется, все эксцессы сопровождаются новыми смертями, что воспринимается некоторыми внешними силами в качестве естественного положения.
Талибы контролируют границы страны и надежно заблокировали все пути выезда, но кроме аэропорта Кабула, который остается под контролем США. Там же и турецкие военные. В столице действует комендантский час.
Как только потерпел крах проект «Исламское государство», и остатки живой силы террора стали расползаться по огромному региону, начался процесс ребрендинга террористических сил и соединений. Многие гадали, как и в каком направлении осуществится перегруппировка террористического интернационала, заботу о котором осуществляли все те же западники в содружестве с Саудовской Аравией, ОАЭ и другими спонсорами.
Собрать их под единым флагом в Йемене не получилось. Хуситы оказались крепким орешком, и до сих пор навязывают так называемой антитеррористической коалиции тактику активного противодействия.
Теперь после победы радикалов в Афганистане становится ясно, что возникновение опорной базы исламского террора находит конкретную прописку. Это Афганистан с его извечной мозаикой этно-религиозного многообразия. Чем не удобное лоно для масштабного эксперимента, чтобы аккумулировать силы для открытия сразу нескольких фронтов для борьбы с так называемой осью зла?!
Соединенные Штаты эвакуировались, посольство перебазировали, секретные документы уничтожили, но позаботились о минировании геополитического поля, как внутри страны, так и вокруг нее. Раз талибы дошли до цели и прибрали к рукам всю страну, можно ли считать дело завершенным? Нет, нет и еще раз нет. Все только начинается.
Пекин, Москва, Тегеран, Ташкент, Душанбе и другие столицы проявили сдержанную реакцию, понимая, что острому сюжету еще только предстоит раскрутка. США для острастки устами президента Байдена заявили, что во избежание нежелательных явлений направляют в Афганистан 5 тысяч военнослужащих, чтобы обеспечить безопасную эвакуацию дипломатических работников.
Еще не так давно из Вашингтона вещали, мол, талибам не удастся захватить Афганистан, поскольку американцы подготовили армию, полицию и жандармерию. Хотели как лучше, а получилось, как всегда.
Стало быть, 300 тысяч хорошо подготовленных и оснащенных солдат и других силовиков оказались не способными выполнить задачу.
Вспоминается «боеспособность» иракских военных, которых много лет готовили американцы против ИГ, Ан-Нусры и прочей террористической нечисти. Когда грянул час испытаний, на линию противодействия вышли всего лишь десятки людей, которые тоже сбежали с поля боя.
А ведь Вашингтон громогласно возвещал, что потраченные на подготовку антитеррористических сил сотни миллионов долларов покажут свою эффективность. И показали.
При всех метаморфозах талибы станут новой властью. Как они себя поведут, как будут выстраивать внешнеполитические парадигмы и позаботятся ли об имидже? Вопросы не риторические, а вполне жизненные для них.
Одно не вызывает сомнений. Если талибам удастся своевременно избавиться от внешних поводырей и усилить координацию с национальными силами, они смогут преобразоваться в адекватную силу, способную покончить с вековой разрухой и беспределом.
Для этого остро требуется внутриталибский консенсус, а потом уже внутриафганский диалог. Он не только возможен, но и неизбежен, чтобы начать процесс возрождения с чистого листа. Попытки оказать воздействие извне будут. Чтобы сбить их накал и охоту попечителей решать за афганцев, нужны будут радикальные действия.
Иногда радикализм тоже бывает нужен, чтобы раз и навсегда покончить с порочной практикой. Ею на протяжении времен увлекались иностранные менторы, приведшие Афганистан к краю бездны. Не пора отрезать им руки?
Тофик Аббасов, аналитик
