Возможно, когда нынешняя пандемия коронавируса уйдет в прошлое, и ее исследованием займутся не только и не столько медики и вирусологи, сколько историки, день 12 апреля 2020 года в ее «азербайджанской» хронике будет отмечен «с красной строки». В этот день впервые с начала эпидемии COVID-19 число выздоровевших оказалось больше, чем количество вновь заразившихся. Это, конечно, еще не причина отменять карантин, тем более что, как отмечают эксперты, развивается ситуация «по спирали», но, вне сомнения, «свет в конце тоннеля» и повод для пусть осторожного, но все же оптимизма. А еще — несомненный успех азербайджанских медиков, тех самых, которые с конца марта живут в строгой изоляции, не видят своих родных, проводят по 8 часов в медицинских «скафандрах», пребывание в которых неподготовленный человек не выдерживает даже в течение пары часов, и «вытаскивают» тяжелых и «возрастных» пациентов с коронавирусом — показатели смертности от COVID-19 в Азербайджане значительно ниже, чем, простите за «черный юмор», «в лучших домах Европы».
И вот это обстоятельство заслуживает особого внимания. Пандемия коронавируса заставила переоценить многие стереотипы. Серьезно пошатнув, в числе прочего, и представления о прекрасной, передовой и самой лучшей медицине в странах Евросоюза, в США и заодно в Иране — словом, как раз по тем адресам, куда наши сограждане охотно ездили лечиться. Это именно там сегодня разворачивается настоящий «медицинский апокалипсис» — с больными, лежащими в коридоре, с деятельностью по «военным протоколам», когда врачи вынуждены проводить «сортировку» больных и решать, кого спасать, а кого — уже нет, потому как аппаратов ИВЛ не хватает на всех, с острейшим дефицитом защитных средств для самих медиков и, как результат, большим количеством заболевших и умерших среди них…Система здравоохранения США и стран Евросоюза проходит «коронавирусную аттестацию», и не сказать чтобы на «отлично».
И как это понимать? Как так получилось, что в самых развитых и богатых странах разворачиваются картины и сюжеты, приличествующие «третьему миру»?
А вот теперь внимательнее. И, если можно так выразиться, «на холодную голову». Привлекательный имидж европейской и вообще западной медицины возник, конечно, не на пустом месте. Его создали передовые клиники, научные лаборатории, где совершались и совершаются революционные открытия, университеты, где готовили и готовят специалистов для работы в этих самых передовых клиниках, оснащенных и оборудованных по последнему слову техники, и лабораториях, чья деятельность находится в центре внимания научной «тусовки». А еще немалую роль здесь сыграла целая индустрия «медицинского туризма» — деятельность фирм и фирмочек, обещавших клиентам лечение в лучших клиниках Европы и США, за «живые» и немалые деньги, разумеется.
Строго говоря, еще до коронавируса находились «противные скептики», которые предупреждали: в реальности европейская, да и американская, медицина вовсе не так хороша, как это принято считать. Напоминали, что, по данным, к примеру, British Medical Journal, в США от врачебных ошибок ежегодно гибнет четверть миллиона человек. Еще в «нулевых» в руководстве ЕС (!) ошарашенно констатировали: в среднем каждый десятый случай лечения в ЕС наносит ущерб пациентам. Как указывалось в нашумевшем докладе “О состоянии лечебного процесса в больницах и клиниках Германии”, который был представлен Объединенной больничной кассой (Allgemeine Ortskrankenkasse, AOK), из 18,6 миллиона пациентов, которые каждый год проходят лечение в немецких клиниках, 190 тысяч жалуются на врачебные ошибки. Гибнет в результате этих же врачебных ошибок 19 тысяч человек каждый год — и это на фоне известного нежелания врачей «выносить сор из избы», того факта, что доказать врачебную ошибку вообще сложно и т.д. Словом, в тех самых «лучших домах Европы и США» тоже бывают и ошибки в диагнозе, и неправильное лечение, и от этого тоже умирают люди — пусть даже в палатах с евроремонтом.
А теперь «коронавирусная аттестация» выявляет и другое малоприятные реалии. Несколько «образцово-показательных» и передовых по всем показателям клиник и научных центров — это еще не решение всех проблем. Масштабная эпидемия, неважно, коронавируса COVID-19, «гонконгского гриппа» или забытого на сегодня сыпного тифа — это прежде всего экзамен на организацию здравоохранения. На то самое пресловутое количество квалифицированных врачей на 10 тысяч населения, на число «инфекционных», «реанимационных» или даже обычных терапевтических коек, на наличие в стране специальных палат для больных особо опасными инфекциями — так называемых «мельтцеровских боксов» с отдельным входом с улицы, «санпропускником», «шлюзовой» дверью и т.д.
Можно, конечно, изобрести удобоваримую версию. И заявить, что страны «золотого миллиарда» просто привыкли жить в мире, где опасные эпидемии с многочисленными жертвами — это сюжет кинофильма в жанре «хоррор» или в худшем случае международного «блока» теленовостей, но никак не событие из жизни собственного городка. А нынешний вирус COVID-19, во-первых, новый, против него у людей нет никакого иммунитета, во-вторых, очень «заразный», а в-третьих, отличается тяжелой «клиникой». Это, конечно, правда. Но не вся.
В США с ужасом заговорили о том, что у слишком многих граждан страны просто нет медицинской страховки, а значит, квалифицированная медицинская помощь им недоступна по финансовым и экономическим причинам. В результате к врачам они просто не идут.
Казалось бы, в странах Европы, где «финансовая сторона» модели здравоохранения была куда более «социально-ориентированной», ситуация должна была бы быть принципиально иной. Но именно здесь апокалипсис развернулся еще раньше, чем в США — система здравоохранения просто не справлялась с наплывом заболевших. Внезапно другую цену и другое прочтение получили те реалии западной медицины, которые редко попадали на страницы СМИ и тем более в рекламные буклеты фирм, специализирующихся на «медицинском туризме» — о том, что в той же Испании или Швеции больному, желающему воспользоваться «публичной» системой здравоохранения, надо или ждать приема у врача по несколько месяцев, или обращаться в частную клинику. Этот «режим ожидания» уже был явным признаком «перегрузки» даже без форс-мажора — система здравоохранения безо всякого коронавируса не справлялась с реальным потоком больных. И, по логике вещей, ситуация уже требовала немедленного вмешательства, строительства новых клиник, подготовки врачей и т.д. Но…Не то чтобы у богатейших стран Европы не было денег на строительство новых клиник или зарплату врачам — просто легче, приятнее и соблазнительнее было потратить эти деньги на пособия, пенсии, выплаты, субсидии и прочую, назовем вещи своими именами, «покупку голосов». Поэтому на тревожные «звоночки» просто не обращали внимания. Пока не случилась «короновирусная аттестация системы здравоохранения», где страны ЕС и США получили «двойку». И это не считая не отмененных вовремя футбольных матчей и непозволительного затягивания с карантином.
Пока трудно сказать, какую «работу над ошибками» проведут в США и странах Евросоюза — и проведут ли вообще. Но вот для нас, граждан Азербайджана, этот «провал евромечты» — хороший повод заново оценить социальную политику собственной страны. Где в последние годы на нефтяные деньги как раз строили лечебно-диагностические центры, в том числе в регионах, реконструировали старые и возводили новые больницы, и где сегодня на фоне коронавирусной тревоги дан старт реализации программы «модульных клиник». И еще, размышляя, как изменится мир после коронавируса, задуматься, будет ли иметь прежнюю популярность не только «медицинский туризм», но и вообще очарование «евромедициной».
Нурани, политический обозреватель
