Известный кинорежиссер, заслуженный деятель культуры Азербайджана Аяз Салаев в беседе с руководителем Центра РАД Наталией Красовской рассказал о месте русской культуры в своем мировоззрении. Ознакомившись с содержанием всего того, что наговорил человек, которого я лично знаю и к которому испытываю симпатию, пережил, мягко говоря, определенное разочарование.  Нет, я не стал считать Салаева менее талантливым кинорежиссером и знатоком «важнейшего из искусств». Наоборот, я понял, что этот замечательный человек слишком давно лишен возможности заниматься делом, которое обожает – снимать кино. А талант, энергия, знания, темперамент требуют своего выхода. Когда его нет, происходит сублимация.

Любой психолог подтвердит, что механизм сублимации трансформирует нежелательные переживания в различные виды конструктивной и востребованной деятельности. Вот и в нашем случае, как мне лично кажется, Аяз муаллим попросту переживает по поводу того, что давно не снимает кино, оттого и пытается найти себя в ипостаси человека, рассуждающего на темы, не имеющие прямого отношения к кинематографу. При этом, будучи человеком крайне эмоциональным и, к тому же, натурой увлекающейся, он может откровенно «перегибать палку» в вопросах, более глубокое понимание которых оградило бы господина Салаева от озвучивания того, о чем он с гордостью вещает.

К примеру, Аяз муаллим утверждает, что для интеллигента судьба его страны неотделима от его личной судьбы. Заявление, мягко говоря, спорное. Хотя бы потому, что далеко не каждый интеллигент является человеком, для которого судьба его Родины является категорией столь же важной, как личная судьба, собственная карьера. И наоборот, можно привести огромное количество примеров того, как люди, никогда не причислявшие себя к категории интеллигентов, в итоге демонстрировали чудеса героизма, патриотизма.

Да и в целом, видится ненужной, если не сказать спекулятивной сама постановка вопроса, согласно которой только судьба интеллигентов неразрывно связана с судьбой Азербайджана. Я лично себя интеллигентом не считаю, но моя судьба была, есть и будет неразрывно связана с Азербайджаном. Равно тоже самое могут сказать миллионы граждан нашей страны. Это важно и нужно понимать уважаемому кинорежиссеру, прежде, чем пускаться в рассуждения по столь щекотливому вопросу.

Увы, Аяз Салаев слишком увлекся и в итоге договорился до утверждения, что интеллигенция – это сугубо русское понятие, оно приходит с русской культурой. Поразительное открытие, я вам доложу! Особенно, в свете столь очевидной детали, как то, что слово интеллигенция является производным от латинского глагола intellego, что значит познавать, узнавать, мыслить. А непосредственно латинское слово intellegentia включает в себя ряд психологических понятий. В том числе —  познавательная сила, способность восприятия, умение, искусство.

По логике Салаева получается, что сам латинский язык является сугубо русским понятием. Таковыми же, если далее следовать логике кинорежиссера, является и искусство любого народа или индивида, не говоря уже о способности восприятия. Согласитесь, что это ну совсем уж смелое утверждение! А ведь Аяз муаллим, возможно сам того не подозревая, вступил в заочный спор с автором «Капитала».

Дело в том, что в отношении группы лиц слово «интеллигенция» 46 раз фиксируется у Карла Маркса в статьях «О сословных комиссиях Пруссии» (по-немецки — Intelligenz) при указании соотношения «между представительством интеллигенции и сословным представительством земельной собственности в ландтаге» (1842 год). Надеюсь, что Аяз муаллим не примется в дальнейшем доказывать, что и Карл Маркс также является представителем русской культуры.

При этом, уважаемому  кинорежиссеру неплохо было бы вспомнить о том, что русская интеллигенция, понимаемая как совокупность оппозиционных к власти лиц умственного труда, оказалась в дореволюционной России довольно изолированной социальной группой. Контраст между претензией на мессианство и оторванностью от народа приводил к культивированию среди русских интеллигентов постоянного покаяния и самобичевания. А оторванность от народа и склонность к мессианству — никак не состыкуются с утверждением Салаева о том, что для интеллигента судьба личная неотделима от судьбы государства.

Ну и напоследок вынужден напомнить о том, что Лев Николаевич Гумилев, когда его пытались записать в ряды представителей интеллигенции, отвечал: «Боже упаси, у меня профессия есть!». Гумилев был русским и беспокоился он о судьбе России. Но не считал себя, как видите, интеллигентом. Он считал, что можно и нужно быть патриотом, не именуясь интеллигентом. К пониманию и признанию этой прописной истины я и призываю Аяза Салаева.

При этом, вынужден заметить, что меня поразила в речах кинорежиссера не только весьма вольная трактовка термина «интеллигент».

«До сих пор в Азербайджане можно прожить, в принципе, не зная ни одного слова по-азербайджански», заявляет он. Это не просто неправда. Это неправда, демонстрирующая внутренний мир господина Салаева. Остается надеяться, что он снова всего лишь увлекся или рассуждал образно.

В реальности же, в Азербайджане невозможно получить работу в государственных учреждениях, не зная родного языка. В нашей стране невозможно получить справку в каком-либо ведомстве, службе, не зная азербайджанского языка, ибо все делопроизводство ведется именно на государственном, азербайджанском языке. И это правильно. Не правильно бравировать тем, что в независимом государстве можно жить, не зная его государственного языка.

А именно этим и занимается Аяз Салаев. Он гордо заявляет, что все его дети мыслят на русском языке. Я, безусловно, являюсь сторонником укрепления позиций русского языка в нашей стране. Безусловно, я считаю этот язык важным средством приобщения к богатейшей культуре, литературе. В конце концов, русский язык и для меня является языком, на котором я пишу. Но, я не считаю правильной ситуацию, при которой в нашей стране можно жить, не зная государственного языка, а тем паче гордясь тем, что мыслишь на языке иного народа.

Ведь что, помимо иного прочего, отличает нас от тех же армян?  Внешне многие армяне с азербайджанцами бывают поразительно похожи. Но они говорят на разных языках, а значит, воспитываются на разных традициях, в разной культурной среде. Очевидно же, что каждый национальный язык не только отражает, но и формирует национальный характер. То есть, думающий на русском языке, а тем паче, гордящийся данным обстоятельством азербайджанец по сути, является носителем русского же национального характера, только с азербайджанскими именем и фамилией.

Ну и последнее. Я как — то не могу себе представить ситуации, при которой Никита Михалков или Андрей Кончаловский, при всей их интеллигентности, а также любви к западному кинематографу вдруг радостно начали вещать о том, что они и их дети мыслят не по-русски, а по –итальянски, по-французски, по-американски.

Я не представляю себе ни одного российского деятеля кино, искусства, политика, который бы гордился тем, что в России можно жить, не зная русского языка. И именно потому считаю, мягко говоря, поразительными заявления Аяза Салаева. При этом, продолжаю верить в то, что он, будучи натурой увлекающейся, всего лишь погорячился или рассуждал образно. А главное — я искренне желаю Аязу-муаллиму обрести возможность сконцентрироваться на том, что он очень любит и в чем действительно разбирается — на кино.

Акпер Гасанов

Minval.az