Пентагон вывел с британской авиабазы Фэрфорд около дюжины бомбардировщиков Военно-воздушных сил США. По словам источников, беседовавших с The Wall Street Journal и другими изданиями, американское военное командование опасалось удара иранских беспилотников, возможно, по образцу дерзкой украинской операции «Паутина», проведённой в прошлом году. Тогда Украина использовала беспилотники, спрятанные в грузовых контейнерах, для внезапных атак на российские самолёты на расстоянии тысяч километров от линии фронта.
Как пишет Foreign Policy, если ситуация на авиабазе Фэрфорд показательна, то спустя год Соединённые Штаты по-прежнему не способны защищать свои военные базы от массированных атак беспилотников лучше, чем Россия.
Это унизительное отступление самой мощной армии мира произошло всего через несколько дней после очередного выступления министра обороны США Пита Хегсета перед военнослужащими в Куантико, штат Вирджиния.
В своей речи Хегсет вновь принялся восхвалять себя за якобы проведённую чистку американских вооружённых сил от «трансгендеров» и «бородачей».
«Идеологические клоуны ушли. На их место пришли патриотически настроенные ковбои — да ещё и с проверкой уровня тестостерона», — заявил он.
Остаётся лишь гадать, что именно он имел в виду и почему настолько одержим гормональным фоном военнослужащих.
Хегсет также объявил о намерении ускорить внедрение новых технологий при содействии Илона Маска, чьи многочисленные инвестиции в оборонную отрасль представляют собой практически воплощённый конфликт интересов, предпринимателя Палмера Лаки, заработавшего состояние на беспилотных технологиях и также близкого к нынешней администрации, и Ньюта Гингрича — пожилого бывшего конгрессмена-республиканца, который, судя по всему, не обладает сколько-нибудь значительной технологической экспертизой.
Хегсет обрушился с критикой на прессу, которую фактически обвинил в предательстве, превозносил предполагаемые успехи своей войны против Ирана и отрицал наличие тяжёлого кризиса морального состояния экипажа авианосца USS Abraham Lincoln.
При этом он не сказал практически ничего о более широких стратегических целях Соединённых Штатов или об отношениях Вашингтона с многочисленными союзниками по всему миру, которые остаются важнейшим фактором усиления американской военной мощи.
Ещё несколько лет назад подобные провалы в управлении Пентагоном стали бы национальным скандалом.
Однако за более чем семь месяцев непродуманной войны президента Дональда Трампа против Ирана американские законодатели продемонстрировали нежелание требовать ответственности за решения, нанёсшие очевидный ущерб национальным интересам США.
И дело не ограничивается самой войной с Ираном. Она уже привела к серьёзным повреждениям важнейшей американской военной базы в Персидском заливе — военно-морского объекта в Бахрейне, ухудшению отношений с региональными союзниками и поразительному истощению запасов высокоточного вооружения США, что ограничивает возможности Вашингтона по сдерживанию противников в других регионах мира.
Хегсет целенаправленно предпринимал шаги, подрывающие отношения Вашингтона с европейскими союзниками.
Он фактически обезглавил высшее руководство Пентагона, отправив в отставку значительное число высокопоставленных военных, не объяснив критериев, которыми руководствовался при принятии этих решений. Впрочем, тот факт, что среди уволенных оказалась непропорционально высокая доля афроамериканцев и женщин, позволяет предположить возможные мотивы.
Он также развернул масштабную кампанию по ограничению полномочий внутренних надзорных органов, призванных обеспечивать соблюдение вооружёнными силами американского законодательства и международных норм ведения войны.
Хегсет неоднократно демонстрировал презрение к любым ограничениям, которые, по его мнению, препятствуют повышению «летальности» американских военнослужащих.
Это особенно ярко проявилось в ударах его ведомства по судам в Карибском бассейне и Тихом океане, предположительно занимавшимся контрабандой наркотиков. Эти атаки проводились без каких-либо признаков соблюдения надлежащих правовых процедур.
Как объяснил мне один генерал в отставке:
«Представьте, что вы стоите у шоссе в Техасе и видите проезжающий грузовик. Возможно, в нём находятся люди. И вы говорите: нет, мне кажется, они перевозят наркотики. После этого дорожный полицейский просто открывает по грузовику огонь. Так поступать нельзя».
На протяжении всего этого времени Хегсет демонстрировал невозмутимое пренебрежение к своим критикам как в Конгрессе, так и за его пределами.
Его ощущение собственной безнаказанности было поистине поразительным — возможно, потому, что он знал: Трамп всегда его поддержит.
Однако теперь ситуация, похоже, начинает меняться.
8 октября Хегсет объявил, что Министерство обороны организует прямую трансляцию казни Нидаля Хасана — осуждённого террориста, убившего 13 человек на военной базе в 2009 году.
Эта новость вызвала возмущение как среди демократов, так и среди республиканцев.
Особенно примечательной оказалась реакция вице-президента Джей Ди Вэнса, который публично заявил, что не собирается смотреть трансляцию.
Несколько дней спустя сам Трамп сообщил, что окончательное решение о показе казни ещё не принято, и в разговорах с некоторыми советниками выразил сомнения в целесообразности этой идеи.
Неужели Хегсет наконец перешёл все допустимые границы?
На этом фоне конгрессмен Томас Мэсси неожиданно выглядит весьма дальновидным политиком.
15 сентября республиканец внёс резолюцию об импичменте Хегсета.
Многие средства массовой информации проигнорировали эту инициативу. Например, The New York Times поначалу даже не сочла нужным о ней упомянуть.
Возможно, редакция руководствовалась простой логикой: зачем сообщать об инициативе, практически не имеющей шансов получить поддержку двух третей сенаторов?
Многие наблюдатели полагали, что Мэсси, давно выступающий против Трампа республиканец, который ранее в этом году проиграл внутрипартийные выборы в своём округе Кентукки кандидату, поддержанному президентом, уже не располагает политическими ресурсами для серьёзного противостояния.
Однако последующие события показали, что Мэсси, возможно, нащупал действительно уязвимое место.
Уже на следующий день после внесения резолюции спикер Палаты представителей Майк Джонсон неожиданно объявил о прекращении заседаний палаты до завершения ноябрьских промежуточных выборов.
Это решение породило предположения, что Джонсон стремился избежать голосования по вопросу импичмента Хегсета, а значит, министр обороны превратился в политически токсичную фигуру.
Вскоре социологические исследования показали, что 51% американцев поддерживают импичмент главы Пентагона, включая 22% респондентов, идентифицирующих себя как республиканцы.
Война против Ирана крайне непопулярна среди значительной части республиканского электората. Недовольство распространяется и на сторонников движения MAGA, составляющих политическую базу Трампа.
Кроме того, Хегсет вызвал раздражение у многих конгрессменов обеих партий своим пренебрежительным отношением к их требованиям обеспечить прозрачность оборонного бюджета и предоставить информацию о потерях.
Восемь пунктов обвинения, содержащихся в резолюции Мэсси, призваны напомнить членам Палаты представителей о систематическом посягательстве Хегсета на конституционные полномочия Конгресса.
Документ обвиняет министра обороны в игнорировании Закона о военных полномочиях 1973 года, предусматривающего необходимость участия Конгресса в принятии решений о ведении войны.
Ему также вменяется нарушение законодательства, направленного на минимизацию жертв среди гражданского населения. Речь, в частности, идёт об американском ракетном ударе по школе для девочек на раннем этапе войны против Ирана.
Ещё одно обвинение касается незаконного похищения главы иностранного суверенного государства — бывшего президента Венесуэлы Николаса Мадуро.
Кроме того, Хегсету вменяются «внесудебные убийства» в рамках борьбы с наркотрафиком.
Резолюция также осуждает его угрозы принять ответные меры против сенатора Марка Келли, одного из нескольких бывших военнослужащих, призвавших действующих военных не выполнять незаконные приказы.
Аналогичные претензии касаются угроз Хегсета наказать других ветеранов вооружённых сил за публичную критику Министерства обороны.
Мэсси совершенно справедливо характеризует подобные действия как грубое нарушение свободы выражения мнений.
Это весьма убедительная аргументация.
Но помимо перечисленных обвинений Хегсет несёт ответственность и за масштабные провалы государственной политики, которые необязательно соответствуют строгому конституционному критерию «государственной измены, взяточничества или других тяжких преступлений и проступков», предусмотренному для импичмента.
Поразительное отсутствие у министра обороны интереса к стратегическому планированию и внешней политике само по себе представляло бы серьёзную проблему.
Однако ситуация становится значительно опаснее из-за его упорной готовности следовать за верховным главнокомандующим в одной из крупнейших и наиболее рискованных зарубежных военных авантюр за последние десятилетия.
Ни Хегсет, ни Трамп до сих пор не смогли объяснить, почему для ограничения иранской ядерной программы потребовалась полномасштабная война с целью свержения правительства страны с населением 93 миллиона человек.
Они также не предложили ответа на вопрос, каким образом Соединённые Штаты намерены совмещать эту кампанию со сдерживанием Китая в Индо-Тихоокеанском регионе и защитой американских интересов в Европе.
Одержимость Хегсета повышением «летальности» вооружённых сил наглядно демонстрирует проблему.
Подобный приоритет выглядит весьма странным для армии, которая уже неоднократно продемонстрировала значительную способность уничтожать противника в ходе недавних войн в Афганистане и Ираке.
К слову, с исторической точки зрения немногие армии могут сравниться по масштабам смертоносности с вооружёнными силами нацистской Германии.
В годы Второй мировой войны войска Гитлера убили более 20 миллионов человек, однако Германия всё равно проиграла войну.
То же пренебрежение серьёзным анализом проявляется и в попытках Хегсета представить себя героическим реформатором.
Необходимость срочной модернизации Министерства обороны США не вызывает сомнений.
Достаточно вспомнить военные учения, состоявшиеся в апреле и мае, во время которых украинские операторы беспилотников наглядно продемонстрировали, насколько сильно американская армия отстала от современных реалий поля боя.
Украинским военнослужащим удалось условно уничтожить целую американскую бронетанковую бригаду.
При этом стоит отметить, что многие украинские солдаты, успешно сдерживающие одну из крупнейших армий мира, носят бороды и далеко не всегда соответствуют представлениям Хегсета об идеальном мужском телосложении.
Навязчивое внимание к соотношению объёма талии и роста военнослужащих, а также к требованиям относительно их внешнего вида вряд ли поможет преодолеть хроническую неэффективность системы оборонных закупок Пентагона или устранить недостатки американского оборонного производства.
Для проведения реформ необходимо глубокое понимание той сферы, которую предполагается преобразовать.
Хегсет же производит впечатление реформатора, который имеет весьма ограниченное представление о системе, которую пытается изменить.
Будучи одним из наиболее заметных олицетворений войны, которая, судя по всему, с каждым днём теряет сторонников, Хегсет всё больше превращается в политическую обузу для администрации.
Недавно The New York Times сообщила о нескольких кандидатах от Республиканской партии, которые в ходе кампаний перед промежуточными выборами призвали положить конец войне.
Трамп понимает, что его новая затяжная война, обернувшаяся неудачей, становится серьёзным политическим бременем.
На данном этапе мало кто из политических обозревателей в Вашингтоне удивится, если именно Хегсет станет козлом отпущения, на которого Трамп возложит ответственность за иранское фиаско.
В конечном счёте для его отставки может даже не потребоваться процедура импичмента.
