В последние годы либеральные демократии Запада всё чаще сталкиваются с внутренним противоречием, которое эксперты описывают как конфликт между громкими универсальными лозунгами и банальным политическим удобством. События в Канаде вокруг возможного референдума в Альберте стали очередным ярким примером этой двойной морали.
На протяжении всего карабахского конфликта официальная позиция Канады отличалась весьма своеобразной «последовательностью»: Оттава упорно делала акцент на праве народов на самоопределение. Канадские власти, как и многие западные столицы, охотно прислушивавшиеся к армянскому лобби, предпочитали рассматривать конфликт не как факт оккупации азербайджанских территорий, а как вопрос «политического будущего» созданного на оккупированных землях сепаратистского режима. И заодно вводили санкции против Турции: запретили экспорт видеокамер для турецких беспилотников. Правда, в результате Турция заменила канадские камеры оптикой собственного производства, а канадская фирма — производитель оптики для БПЛА просто обанкротилась. Бывает.
Ещё один рекорд Канада умудрилась поставить уже после войны, отправив своего представителя в состав европейской миссии на границу Армении и Азербайджана — тех самых «любителей биноклей».
При этом Канада формально признавала территориальную целостность Азербайджана, но годами закрывала глаза на очевидное противоречие собственной позиции. Фактически в Оттаве пытались совместить несовместимое: поддерживать международно признанные границы и одновременно заигрывать с идеей сепаратизма, когда это было политически удобно.
Но стоило похожей теме возникнуть внутри самой Канады, как риторика резко изменилась.
Премьер-министр Марк Карни жёстко отреагировал на намерение главы Альберты Даниэля Смита провести референдум, который может открыть путь к обсуждению отделения провинции. И внезапно выяснилось, что разговоры о «демократическом волеизъявлении» и «праве определять собственную судьбу» уже не кажутся Оттаве такими романтичными и прогрессивными.
Сравнение с Brexit здесь выглядит особенно показательным. Карни, наблюдавший британский кризис практически изнутри, предупреждает: процессы, начинающиеся под красивыми лозунгами свободы выбора, быстро превращаются в тяжёлый политический, институциональный и экономический хаос. «Голосуйте за это, это будет мягко, а потом мы будем вести переговоры» — именно такую иллюзию, по его словам, однажды уже продали британскому обществу.
Более того, в Канаде уже не первый год и не первое десятилетие дают о себе знать сепаратистские настроения в Квебеке — здесь большую часть населения составляют этнические французы. Удержать в своём составе мятежный Квебек Канаде удалось с большим трудом. Выводов из всего этого, похоже, не сделали.
И здесь возникает вполне закономерный вопрос: почему право на самоопределение Канада годами активно поддерживала за тысячи километров от себя, когда речь шла об Азербайджане, но теперь столь нервно реагирует на аналогичные процессы уже внутри собственных границ?
И здесь уместно вспомнить азербайджанскую поговорку: «Gülmə qonşuva, gələr başıva» — не смейся над соседом, потому что завтра то же самое придёт к тебе. Годами в Оттаве рассуждали о «самоопределении» чужих территорий, играли в опасные политические эксперименты и фактически оправдывали сепаратизм, когда это касалось Азербайджана. Но стоило подобным настроениям приблизиться к самой Канаде, как красивые либеральные лозунги моментально сменились страхом перед распадом, кризисом и потерей контроля. Похоже, в Оттаве внезапно осознали простую истину: поддерживать сепаратизм на чужой земле легко — пока он не начинает стучаться в твою собственную дверь.
